<<
>>

ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫЕ СИЛЫ АГРАРНОГО СЕКТОРА РОССИИ

Не менее сложная ситуация складывается с другим важнейшим элементом производительных сил - самими сельскими производителями. Сельское население Российской Федерации на 1 января 1996 г.

составляло 39 520 тыс. человек или примерно 30% жителей страны. Зафиксированная в 1991-1992 г. тенденция роста его численности прервалась, несмотря на приток русскоязычного населения из стран Ближнего зарубежья. (Следует учитывать, что из примерно 4 миллионов беженцев и переселенцев, вернувшихся в Россию с конца 80-х годов, не менее половины осело в деревне. Если бы не этот приток, за девяностые годы сельское население сократилось бы примерно на 4-5%).

Обращает на себя внимание неблагоприятная половозрастная структура современного сельского населения.

В сельском хозяйстве России занято примерно 13%. В сельской местности из общего числа занятых лишь- до 53% работает именно в сельском хозяйстве. В промышленности занято 11% сельских жителей, в непроизводственной сфере - 21%, остальные 15% работают в строительстве, на транспорте, в заготовках.

Доля занятого в сельском хозяйстве сельского населения в последние годы увеличилась. Произошло это за счет значительного сокращения на селе других сфер занятости. При этом важно отметить, что занятость в общественном сельском хозяйстве (колхозы, акционерные общества и т.д.) в настоящее время уже перестала играть роль основного источника существования работников. Зарплата в сельском хозяйстве на протяжении всего периода реформ остается самой низкой по сравнению с другими отраслями, причем выплаты нерегулярны, осуществляются со значительными задержками. В этой ситуации главным для населения все более становится личное подсобное хозяйство.

В условиях девяностых годов в социально-экономической структуре аграрного сектора России произошли существенные изменения. Так, если в 1990 г. на долю личных подсобных хозяйств, а также садово-огородных участков приходилось 24% валовой продукции сельского хозяйства, то в 1997 г.

- уже примерно 50% (без фермерских хозяйств, удельный вес которых в валовой продукции впрочем, не превышает 2%). В 1997 г. в хозяйствах населения было произведено 90% картофеля, 73% овощей, 77% плодов и ягод, 55% мяса скота и птицы (в убойной массе), 47% молока, 51% шерсти, 30% яиц, 74% меда и много другой продукции.

Следует отметить, что за счет хозяйств населения удалось полностью возместить падение производства картофеля и овощей в крупных сельскохозяйственных предприятиях. Сегодня в стране приусадебными хозяйствами, садово-огородными и дачными участками располагают 44 миллиона из 50 миллионов домохозяйств. Производство в целях самообеспечения стало необходимым условием выживания для подавляющего большинства и в первую очередь - для малообеспеченных семей. В большинстве районов страны люди продолжают работать в общественном хозяйстве только потому, что это дает преимущества при ведении личного хозяйства.

В сравнении с городским населением, сельское сегодня по-прежнему отличается более низким уровнем образования и квалификации. В общественном сельском хозяйстве он даже снизился в последние годы за счет ухода в фермерство более образованных и квалифицированных работников.

В профессиональной структуре сельского населения за последние годы также существенно уменьшилась доля занятых на работах "индустриального" типа - в животноводческих комплексах, птицефабриках, промышленных и ремонтных предприятиях. Кроме того, рост значения личного подсобного хозяйства ведет к большей занятости тяжелым физическим трудом всех слоев сельского населения. Таким образом, сложность труда и требуемая для него квалификация в целом для сельского населения снижаются.

Высвобождение сельских жителей, занятых в промышленности, непроизводственной сфере и других отраслях хозяйства, способствовало формированию рынка труда в сельской местности. Однако имеющиеся на нем в небольшом количестве рабочие места, требующие неквалифицированной рабочей силы, абсолютно непривлекательны для городских безработных, переселенцев и беженцев из стран СНГ, да и самих оставшихся без работы сельчан.

Значительная часть последних регистрируется на бирже в качестве безработных - таких, по состоянию на 1997 год, было примерно 500 тысяч. В целом, уровень безработицы на селе, начиная с 1994 г., стабильно превышает этот показатель для городского населения страны.

Проблемы сельской занятости различны в разных регионах России. Так, например, в сильноурбанизированных Московской и Ленинградской областях проблемы занятости в первую очередь связаны со спадом производства в наиболее капиталоемких и технически вооруженных отраслях (птицефабрики, крупные откормочные комплексы, теплицы и др.), отводом земель для горожан, притоком мигрантов. Вместе с тем, острота ситуации с занятостью смягчается близостью столичных, а также и других больших городов, в которых могут появиться и появляются новые рабочие места.

В русских аграрных трудоизбыточных сельских регионах (Ростовская область, регионы Центрально-Черноземного и Поволжского районов, Брянская и Орловская области в Центральном районе, Нижегородская область) условия для развития сельского хозяйства благоприятны по российским меркам. Будучи в конце 80-х гг. "трудообеспеченными" регионами с примерным соответствием спроса и предложения рабочей силы, с началом реформ эти регионы перешли в проблемную группу. Это связано и с некоторым сокращением числа рабочих мест в сельской местности, и с притоком мигрантов из ближнего зарубежья. В принципе в этих регионах существуют большие возможности создания рабочих мест в сельской местности: возникновение новых промышленных предприятий (в основном по переработке местной сельхозпродукции), развитие непроизводственной сферы, строительство дорог и прокладка других коммуникаций, газификация, благоустройство населенных пунктов и т.д. Но эти меры потребуют больших капитальных вложений, малореальных в рассматриваемой двадцатипятилетней перспективе.

В представлениях современного общества о российской деревне прочно утвердился приоритет сельскохозяйственной функции как основного вида деятельности в сельской местности.

Однако мировой опыт показывает, что в развитых странах сельская местность становится все более многофункциональной, в чем и состоит залог ее устойчивого развития. Так, помимо очевидной необходимости расширения переработки сельскохозяйственного сырья, все более значимую роль играют непроизводственные функции, обеспечивающие социальное воспроизводство сельского населения и рекреационное использование сельской местности. Процесс диверсификации функциональной структуры деревни стал заметным еще в 80-е годы, особенно в Нечерноземной зоне России, заселенной достаточно плотно, но имеющей не слишком благоприятные условия для ведения сельского хозяйства. Кризис 90-х годов в чем-то усилил, а в чем-то исказил эти тенденции: наряду с ускорившимся свертыванием производства в сельскохозяйственных предприятиях трансформировалась рекреационная деятельность горожан, которая по существу превратилась в натуральное сельскохозяйственное производство на садово-огородных и приусадебных участках.

В то же время остро встал вопрос о сохранении социально-воспроизводственной функции сельской местности, поскольку немалая часть учреждений и предприятий сферы услуг лишилась финансовой поддержки сельхозпредприятий. Передача их в ведение местных властей - неизбежный шаг. Однако из-за финансовых проблем имело место свертывания их сети. Издержки этого крайне велики: население не обеспечивается самыми необходимыми услугами и в то же время в сельской местности сокращаются рабочие места.

Мировой опыт показывает, что более низкий платежеспособный спрос сельских жителей и узкая клиентская база не позволяют (за исключением густонаселенных пригородных районов) добиться окупаемости большинства видов обслуживания. Это приводит к почти повсеместной дотационности сельской сферы услуг. Необходимость, даже неизбежность государственной поддержки должна быть осознана. Государственным органам и местным властям, исходя из своих возможностей, надлежит вырабатывать стратегию поддержки сферы услуг с учетом территориальной доступности учреждений обслуживания и необходимого набора видов услуг.

Очевидно, что приоритетными являются услуги первой необходимости, финансируемые из бюджета - образование, здравоохранение, социальное обслуживание престарелых, доля которых в сельской местности, например, центральных областей достигает почти 40% населения. Но и платные услуги на селе, особенно торговля, пассажирский транспорт и бытовое обслуживание нуждаются в продуманной системе государственной поддержки.

Эта стратегия должна быть территориально дифференцирована. Так, в развитых аграрных регионах черноземного юга, где сельскохозяйственные предприятия еще способны хотя бы частично поддерживать сельскую сферу услуг, "тяжесть ноши" необходимо разделить между ними и органами местной власти. В нечерноземных регионах Центра государство должно само финансировать минимум необходимых социально-воспроизводственных функций, исходя из принципа стратегического выживания староосвоенных территорий или даже консервации их до лучших времен. Именно в этих урбанизированных регионах аграрное производство будет замещаться рекреационной деятельностью, которая по мере роста доходов населения все меньше будет выглядеть как вторичная занятость горожан в подсобном хозяйстве. В более отдаленной перспективе, вслед за рекреацией в нечерноземном селе появятся и новые функции постиндустриального типа. Но пока социальная инфраструктура должна обеспечить хотя бы минимально необходимый уровень воспроизводства и социальной защиты населения в сельской местности.

Традиционно принято считать, что сначала нужно "поднять" сельское хозяйство, а затем из полученных доходов направить средства на социальное развитие села, повышение качества населения. Но многолетний мировой опыт показал, что такие представления ошибочны: неквалифицированное, необразованное сельское население "топит" все реформы в сельскохозяйственном производстве. С другой стороны, отдача вложений в социальную сферу станет заметной лишь через годы. Следовательно, единственно возможный путь - одновременное реформирование производства и социальной инфраструктуры, требующее четкой координации.

Особая роль в этих процессах принадлежит органам управления. В новых условиях жесткая управленческая вертикаль государственных органов в сельской местности показала низкую эффективность. В то же время процесс формирования органов местного самоуправления, названный приоритетным, идет крайне медленно, во многом из-за искусственного конструирования его основ. Очевидно, что в деревне, где интенсивность и плотность контактов местных жителей намного выше, чем в городах, ускорить формирование органов местного самоуправления значительно легче. Как правило, в сельской местности территориальные общности уже имеют сложившуюся социальную стратификацию, своих формальных и неформальных лидеров. Но местное самоуправление в деревне будет тенью государственных органов (сельских администраций) до тех пор, пока не будут законодательно определены полномочия этих структур, а также источники финансирования их деятельности.

В то же время существующая социальная стратификация деревни создает немало проблем в начальной стадии формирования органов местного самоуправления. Необходимо учитывать, что до 30-40% сельских жителей трудоспособного возраста в результате "противоестественного отбора" превратились в люмпенов, практически не имеющих и не стремящихся иметь собственность, за которую нужно нести ответственность. Почти столь же велика в некоторых регионах и доля престарелых, мнением которых легко манипулировать, поэтому зрелого выбора лидеров местного самоуправления может и не получиться. Необходимо делать ставку на наиболее социально активные и подготовленные группы сельского социума - интеллигенцию и мигрантов из ближнего зарубежья. В свою очередь, сельская интеллигенция и наиболее авторитетные представители мигрантов, могут справиться с ролью организатора местного самоуправления только при условии повышения их социального статуса, хотя это и проблематично в кризисный период. Однако в этом случае нужно выбирать приоритеты: либо государство поддерживает тех, кто сохранит генофонд села и организует сельское самоуправление, либо мы получим еще один вариант беспомощной или криминализованно-клановой управленческой структуры.

Обозначенные тенденции в рассматриваемой перспективе скорее всего приведут к изменениям в качестве работников, занятых в сельскохозяйственном производстве и сельских жителей. Во-первых, и далее будут происходить перемены в их составе. С одной стороны, за счет естественного сокращения коренного деревенского населения, с другой - за счет прихода в сельские районы мигрантов из бывших республик СССР, из депрессивных или деиндустриализирующихся регионов России, включая районы Дальнего Востока и Крайнего Севера, из сокращающихся вооруженных сил. Если политика правительства не будет переориентирована в расчете на рациональное использование образовательного, квалификационного и демографического потенциала мигрантов, который чаще всего выше потенциалов коренного сельского населения, то происходящие сегодня в селе вялотекущие деградационные процессы останутся преобладающими.

В среде сельских жителей (и это второй вывод) будут усиливаться наметившиеся с середины девяностых годов тенденции социальной дифференциации. Некоторым специалистам это дало повод несколько лет назад говорить о новом резком социальном расслоении в аграрном секторе на "новых сильных" и "новых слабых" (по аналогии с использовавшимися в начале века, например, П. Столыпиным и В. Лениным, определениями "сильных" и "слабых" хозяев). К первым можно отнести производителей перспективных аграрных регионов страны, 19% хозяйств, рентабельных по состоянию на 1 января 1998 г., товарные фермерские (крестьянские) хозяйства. В категорию "новых слабых", естественно, попадает остальная часть сельхозпроизводителей и, что особенно тревожно, практически все категории работников сельской социальной сферы.

Приведенные доводы за необходимость первоочередного, с помощью государства, возрождения социальной сферы села могут быть усилены еще одним тезисом: без мер поддержки процесс деградации в ближайшее десятилетие усилится не менее, чем на порядок и в двадцатипятилетней перспективе страна получит не только загнивающую в основной своей части сельскую общность, но и задыхающиеся от ее криминальных выбросов города. Примеры разложения латиноамериканской или африканской деревни в ходе радикальных капиталистических перестроек аграрного сектора этих стран в полной мере показательны и для России.

В производственном секторе аграрной сферы, в-третьих, продолжатся и усилятся процессы натурализации производства. Все большее число хозяйств будут относиться к категории не товарного, а натурально-потребительского типа.

Рост валового сельскохозяйственного продукта, произведенного в личных хозяйствах с 24% в 1990 г. до 51% в 1997 г. показывает скорость и масштабность этого процесса. Некоторые отечественные аграрные экономисты и политики не видят большой беды в процессах деиндустриализации и натурализации аграрного производства. Их расчеты на то, что спад в крупном производстве индустриального типа может быть компенсирован тем же количеством продукции, произведенной на индивидуальных подворьях, сродни надеждам китайцев, в свое время рассчитывавших производить нужное стране количество чугуна и стали путем организации мини-домен в крестьянских дворах. Создаваемая на индивидуальных подворьях продукция, например, мясная, некондиционна и бракуется крупными переработчиками: в ней много кровоподтеков, в одном случае преобладает "тощак", а в другом - мясо с избытком жира. Предприятиям по переработке мяса, работающим на современных технологиях, требуется однородное, промышленное сырье со строго соблюдаемыми параметрами по категории, соотношению мяса и жира, запаху, цвету, весу и т.д. Вот почему в тех странах, где на откорме крупного рогатого скота преобладает или даже господствует мелкое фермерское производство (например, в Швейцарии или Ирландии), жестко контролируются задаваемые мясопереработчиками стандарты выращивания скота. Это, однако, достигается высокой ценой - значительными инвестициями, выработанной десятилетиями привычкой к культурному труду, постоянным государственным и корпоративным контролем - и стоит это государству существенно больше, чем, например, в США, где преобладает система откорма на огромных - в тысячи голов - специализированных фермах.

<< | >>
Источник: Львов Д.С.. Путь в XXI век (стратегические проблемы и перспективы российской экономики). 1999

Еще по теме ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫЕ СИЛЫ АГРАРНОГО СЕКТОРА РОССИИ:

  1. 3. Рынок земли. Основные организационно-правовые формы хозяйствования в аграрном секторе экономики России.
  2. Аграрный сектор. 
  3. Развитие аграрного сектора. 
  4. 3.3. Производительные силы
  5. Производительные силы феодализма.
  6. Производительные силы командной экономики.
  7. ПРОБЛЕМЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ ФИНАНСОВОГО И АГРАРНОГО СЕКТОРОВ ЭКОНОМИКИ
  8. Глава 12 РЫНОЧНЫЕ ОТНОШЕНИЯ В АГРАРНОМ СЕКТОРЕ ЭКОНОМИКИ
  9. § 2. Производительные силы и производственные отношения. Экономические законы
  10. 2. Факторы производства. Производительные силы и производственные отношения
  11. Глава 7. Производительные силы в нефтяной и газовой промышленности.
  12. Производительные силы, производственные отношения и социальные предпосылки социализма
  13. 8.3 Модель производительных услугчастным производителям, оказываемыхобщественными благамигосударственного сектора
  14. ГЛАВА 4 АГРАРНЫЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ в XIX-XX вв.
  15. 3. Сущность и направления аграрной реформы в России
- Бюджетная система - Внешнеэкономическая деятельность - Государственное регулирование экономики - Инновационная экономика - Институциональная экономика - Институциональная экономическая теория - Информационные системы в экономике - Информационные технологии в экономике - История мировой экономики - История экономических учений - Кризисная экономика - Логистика - Макроэкономика (учебник) - Математические методы и моделирование в экономике - Международные экономические отношения - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги и налолгообложение - Основы коммерческой деятельности - Отраслевая экономика - Оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Политэкономия - Региональная и национальная экономика - Российская экономика - Системы технологий - Страхование - Товароведение - Торговое дело - Философия экономики - Финансовое планирование и прогнозирование - Ценообразование - Экономика зарубежных стран - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика машиностроения - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика полезных ископаемых - Экономика предприятий - Экономика природных ресурсов - Экономика природопользования - Экономика сельского хозяйства - Экономика таможенного дел - Экономика транспорта - Экономика труда - Экономика туризма - Экономическая история - Экономическая публицистика - Экономическая социология - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ - Эффективность производства -