<<
>>

1. ДЕЙСТВУЮЩИЕ НОРМЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ, .'. ПРОМЫШЛЕННЫХ И КУЛЬТУРНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ

В книгах по юриспруденции проводится различие между «физическим лицом» и «юридическим лицом»; первое — это человек как продукт природы; второе — совокупность индивидов, существующая только с точки зрения права.

Но с точки зрения закона физическое лицо также является искусственным, а юридическое — естественным, настолько же, насколько естественно физическое лицо. И первое, и второе — персони­фикация; и первое, и второе — психологический процесс. Государство рассматривает индивидов и объединения индивидов как существующих до или, по крайней мере, независимо от любого действия закона. Тем не менее оно рассматривает их как неотделимых друг от друга, поскольку никакой индивид не может пройти путь от животного до человека, толь­ко участвуя в разнообразных объединениях с другими людьми, подчиня­ясь воле других или осуществляя свою власть над ними. Если индивид не обладает никакими правами, то он уже не человек, а вещь, которую можно захватывать, разводить, использовать, уничтожать, не нарушая при этом никаких обязанностей перед ней. Если нет прав у сообщества, то оно также объявляется вне закона, и его члены могут подвергаться пре­следованию как участники заговора. То, чем занимается государство, — это персонификация, т.е. образование лиц из индивидов и сообществ посредством наделения их правами, обязанностями, свободами и неза-щищенностями; и если говорят об искусственности такового процесса применительно к сообществам, то следует признать, что в отношении ин­дивидов он является не менее искусственным. Это — процесс мышления, а мышление «искусственно». Ребенок вырастает во взрослого человека в результате естественного процесса, но государство «измышляет» его как лицо. Так же и иностранец обладает частичным гражданством — в той мере, в которой государство наделяет его правами и свободами граждан. Люди организуются в семьи, товарищества, объединения, союзы, нации, но закон вменяет этим сообществам как неким единицам многие из тех правовых отношений, которые он приписывает физическим лицам.

Тот факт, что корпорации не наделены всеми теми правами, которыми обладают физические лица (прежде всего это относится к так называе­мым «неотъемлемым правам»), не является основанием для проведения

161

Джон Р. Коммонс. правовые основания капитализма

различия между юридическими и физическими лицами. Физические лица сильно различаются по своему статусу, который заключается в при­писываемых им правах, обязанностях, свободах и незащищенностях, а о корпорациях, в определенном смысле, можно говорить как об обладаю­щих более высоким, нежели индивиды, статусом, поскольку они могут быть наделены юридической бессрочностью, которую можно описать как их «бессмертие». Более того, ни права индивидов, ни права корпо­раций не являются неотъемлемыми: они закреплены за ними благодаря действию закона и вступают в силу только на основании имеющих юри­дическую силу фактов, признанных судом; кроме того, ими обладают при условии, что (или настолько, насколько) имеют силу определенные взаимные обязанности. Качество, общее для них, которое признается су­дом, — это индивидуальная воля или объединенные воли. Государство наделяет их (индивидуально или коллективно) определенным набором прав, обязанностей, свобод и незащищенностей, — они устанавливают пределы, в которых может действовать воля.

Председатель Верховного суда Маршалл, следуя сэру Эдварду Коу-ку и идеям XVII и XVIII вв., описывал корпорацию как «искусственное существо, невидимое, нематериальное и существующее только в пред­ставлении закона. Будучи не более чем созданием закона, она обладает только теми свойствами, которыми наделил ее создавший ее документ, либо специально, либо привходящим образом... Среди наиболее важ­ных свойств следует назвать бессмертие и, если можно так выразиться, индивидуальность: свойства, благодаря которым не имеющая предела во времени последовательность многих лиц может рассматриваться и действовать как один индивид»1.

Здесь два понятия — «нематериальность» и «невидимость» — соеди­няются в одно.

«Создавший корпорацию документ» — учредительный акт компании — есть не что иное, как набор обещаний и директив, ко­торые государство формулирует в виде действующих норм, показываю­щих, как должностные лица государства будут действовать в будущем в отношении того, что воздействует на объединение, членов объединения и лиц, которые не являются его членами. Именно эти обещания и ди­рективы, или действующие нормы должностных лиц, являются уставом и определяют статус ассоциации. Это нормы будущего поведения для исполнительной, законодательной и судебной власти, установленные ранее другими должностными лицами для будущего взаимодействия с членами предприятия.

Но наряду с этим нематериальным обещанным поведением публич­ных должностных лиц имеет место вполне осязаемый и видимый, живой

1 Dartmouth College v. Woodard. 4 Wheat. 518, 636. 1819.

162

организм людей, которые составляют то, что известно как «действующее предприятие». Действующее предприятие вдохновляется общей целью, которая определяется самостоятельно сформулированными общими нормами, а коллективное поведение, направленное на достижение этой цели, мы можем определить как «действующий бизнес». Именно это коллективное поведение этой коллективной воли, этот поток сделок в направлениях, намеченных действующими нормами, этот действую­щий бизнес действующего предприятия конституируют то невидимое и нематериальное существо из определения Маршалла. Оно — не ис­кусственный «продукт законотворчества»; оно существует до закона в намерениях и сделках его членов и, таким образом, существует в самой природе человеческой воли, так же как и с точки зрения права.

Этот коллективный нематериальный процесс жизни индивидов в некоем нестабильном состоянии предстает перед должностными лица­ми государства, которые «искусственным путем» направляют соответ­ствующих индивидов и придают этому процессу более надежный ха­рактер. Руководство индивидами осуществляется через обещание того, что официальные должностные лица, которые устанавливают пределы для их частного поведения, будут придерживаться определенной линии поведения, а также через обещание помощи, которую индивиды могут ожидать со стороны должностных лиц.

Официальное поведение также является коллективным и нематериальным. Два понятия нематериаль­ности — суть нематериальность обещанного коллективного поведения публичных должностных лиц, которое узаконивает частное поведение, и нематериальность ожидаемого коллективного поведения членов само­го объединения, которое есть таким вот образом узаконенное частное поведение. Одно — это обещанное поведение государства, установлен­ное в действующих нормах для публичных должностных лиц; другое — желаемое поведение действующего предприятия, установленное в дей­ствующих нормах для его работников, доверенных и должностных лиц.

Именно эти два набора действующих норм скрепляют действующее предприятие, обусловливая ожидание получения в результате совмест­ной деятельности валового дохода, который распределяется среди чле­нов предприятия. Данное предсказание основывается на деловых свя­зях, наличии постоянных клиентов и гудвилле, которые были обретены в прошлом и, как ожидается, будут увеличиваться в будущем до тех пор, пока продолжают действовать эти нормы. Если ожидание не оправды­вается, исчезает бессмертие. Пока ожидание сохраняется, корпорация является «действующим предприятием». По этой причине правовая форма является второстепенной. Предприятие может существовать как товарищество, союз, ассоциация, корпорация, кооператив. Важнейший момент — это видимое, материальное действующее предприятие, со-

163

Джон Р. Коммонс. правовые основания капитализма

стоящее из определенных лиц, с его невидимым, нематериальным пове­дением в неопределенном и отдаленном будущем, стабильность которо­го обеспечивается действующими нормами. Необходимо отметить, что современная корпоративная модель имеет определенное преимущество над прочими в силу свойственной ей ограниченной ответственности индивидов и бессрочной преемственности индивидуальных членов без использования тех многочисленных юридических механизмов, кото­рые в других случаях необходимы для обеспечения функционирования предприятия.

Действующее предприятие, государственное или частное, государ­ство или корпорация действуют, безусловно, через физических лиц, и поэтому последние обладают двойной «правосубъектностью».

Они явля­ются чиновниками, служащими, рабочими, чья воля причастна коллек­тивной воле; и они же являются индивидами, действующими отдельно в других своих качествах или как члены неких иных сообществ или пред­приятий. Акционеры, например, являются руководителями или работо­дателями в рамках одного предприятия и, в то же время, членами других предприятий в иных своих деловых отношениях. Обычно считается, что корпорация есть ее акционеры, но это главным образом для того, чтобы можно было провести правовое разграничение между руководителями, служащими и рабочими. Служащие и рабочие получают часть валового дохода корпорации, но их доли заранее определены и оговорены. Руко­водители, т.е. акционеры, претендуют на оставшуюся часть дохода, и их волю закон рассматривает как высшую в определенных пределах.

1 Однако фактически, как экономическая организация, воля действую-

щего предприятия есть объединенная воля всех его членов — настолько, насколько каждый из них в своих действиях обладает определенной сво­бодой. Закон может не всегда отражать реальность, которая включает в себя всех лиц, даже низшего работника физического труда. Он обладает определенной свободой действий, в противном случае его работа могла бы выполняться животным, слабоумным или машиной. Благодаря при­частности к коллективной воле все члены предприятия в той или иной мере вносят свой вклад в действия объединенной воли. Работник физи­ческого труда, действуя в соответствии с цеховыми нормами, обладает минимальной свободой действий при взаимодействии с силами приро­ды, где его воля, хотя и в малой степени, изменяет конечный результат. Решения мастеров, директоров, управляющих, продавцов и покупателей (т.е. тех, кто взаимодействует с человеческой природой), принимаемые в рамках касающихся их действующих норм, оказывают на конечный ре­зультат большее влияние. Влияние акционеров, держателей облигаций, банкиров может быть большим или меньшим, а также различаться по качеству или функции.

164

Таким образом, мы наблюдаем шкалу служебных или самостоятель­ных действий воли: от работника физического труда, который действу­ет, главным образом подчиняясь воле других, до президента, акционера, учредителя, банкира или финансиста, которые действуют в более широ­ких пределах на основании своих собственных убеждений.

Коллективная воля есть организованное собрание всех связанных с принятием решений действий всех участников, осуществляемое день за днем в соответствии с нормами организации. Она есть организованное массовое движение.

Однако в то же самое время коллективная воля направляется действи­ями прошлых участников. Традиции, установленные порядки, обычаи, прецеденты, методы работы прошлого были собраны и унаследованы в качестве действующих норм, которые ограничивают свободу действий в настоящем. Имеющие обязательную силу договоры, неформальные со­глашения, договоренности и решения акционеров сохраняют действую­щие нормы прошлого в настоящем поведении. Учредительные документы компании, контракты с держателями облигаций ведут еще дальше и еще крепче связывают настоящие и будущие акты воли. В общем и целом ста­тутное право, общее право, решения судов, короче говоря, действующие нормы государства вкладывают особый смысл и в учредительные доку­менты, и в сделки начальника и подчиненного, работодателя и работника, акционеров, держателей облигаций, постоянных покупателей, клиентов и потребителей, так что воля государства или, вернее, его действующие нор­мы, навсегда сохраняют права, обязанности, свободы и незащищенности, в рамках которых формулируются действующие нормы подчиненного предприятия и развивается его коллективное поведение.

Таким образом, действующее предприятие может рассматриваться как некое лицо, обладающее составной волей, но эта так называемая «воля» есть не что иное, как действующие нормы предприятия, опериру­ющего при посредстве действий и сделок тех, кто следует этим нормам. Ибо любая действующая норма любого действующего предприятия со­держит — в разной степени значимости — четыре уже упоминавшиеся категории, которые служат руководством для тех участников, которых затрагивает эта норма. Правило, во-первых, указывает, что индивид дол­жен или не должен делать. Таким образом, это — принуждающая норма, или обязанность, за соблюдением которой, как предполагается, будет следить руководство предприятия. • • •>••••.

Во-вторых, норма указывает, что индивид может делать: в том смыс­ле, что если он делает это, то власть предприятия будет оказывать ему помощь, придавая законную силу его действиям. Это — узаконивающая норма, или право, поскольку руководство предприятия будет употреб­лять коллективную власть для того, чтобы помочь индивиду принудить других к исполнению его приказаний.

165

Джон Р. Коммонс. правовые основания капитализма

В-третьих, норма указывает, что индивид не может делать, — в том смысле, что хотя ему не запрещено делать это, тем не менее власть пред­приятия не будет защищать его от любого ущерба, которому он может подвергнуться из-за этого по причине действий других. Это норма об отсутствии разрешения, или отсутствии помощи, т.е. состояние неза­щищенности, или опасности, заключающееся в том, что свободные дей­ствия индивида могут повлечь за собой любой вид ущерба, который мо­жет быть причинен ему дозволенными действиями других.

Наконец, действующая норма указывает этому же индивиду, что ему позволено делать: в том смысле, что хотя от него не требуют этого и пред­приятие не обещает ему помощь, если он потребует от других подчи­ниться его воле, тем не менее власть предприятия будет использоваться для того, чтобы другие не вмешивались, когда он осуществляет эти свои дозволенные действия. Это — разрешающее правило, т.е. свобода делать то, что заблагорассудится, при невмешательстве других.

Эти четыре поведенческие описания действующих норм были пред­ставлены в предыдущей главе. Здесь достаточно отметить, что они об­разуют так называемую «коллективную волю» любого действующего предприятия, — в смысле отношений между поведением его членов и сопутствующим поведением предприятия как целого, причем эти нор­мы используются во всех предприятиях, будь это семья, племя, коммер­ческая компания или государство. Эти нормы сообщают, что позволено члену предприятия, а также что он может, не может, должен и не должен делать в той степени, в которой объединенная власть предприятия, как предполагается, распространяется на его поведение. Нормы дают инди­виду власть (право) действовать в качестве представителя предприятия; они дают ему свободу действовать — тем, что предприятие будет удер­живать других от вмешательства. Они ограничивают его власть дей­ствовать на благо предприятия — тем, что за указанными пределами он становится незащищенным от ущерба, которому предприятие не при­дает значения; и они требуют от него действовать (или не действовать) в определенном направлении под угрозой наказания в случае нарушения нормы (обязанность).

Таким образом, действующие нормы предприятия обязательно пре­доставляют любому его члену свободу действий, или выбора, заключаю­щуюся во власти (право) и иммунитете (свобода), допускаемых данной нормой и ограниченных реально доступными индивиду альтернатива­ми. Всякий раз, когда рабочий избирает между двумя способами произ­водства вещи, или служащий делает выбор между двумя деталями до­говора купли-продажи, или представитель исполнительной (судебной, законодательной) власти выбирает между двумя линиями поведения, он, в этих пределах, конструирует волю всего предприятия. В случае,

166

когда он сомневается, решения принимает более высокая власть, вплоть до высшего должностного лица, президента, совета директоров или Верховного суда, которые, вынося постановления и истолковывая дей­ствующие нормы, говорят от имени коллективной воли объединенных директоров, партнеров или акционеров. Независимо от того, решает ли все сильная личность, определяющая характер всего предприятия, или же речь идет о колеблющейся и нерешительной воле многих, коллектив­ность тем не менее выступает как единая воля, сильная или колеблю­щаяся, длительная или преходящая, действуя посредством многих воль, каждая из которых руководствуется нормами, и как таковое предпри­ятие может быть наделено (что и происходит в реальности) правами и свободами или обременено обязанностями и открыто свободе других, подобно физическому лицу.

Таким образом, концепция Коука и Маршалла, в соответствии с кото­рой только ради искусственного удобства закон объединяет индивидов и рассматривает их как единое лицо (в связи с чем объединение индиви­дов является не более чем юридической фикцией), игнорирует саму сущ­ность воли, понимая ее так, как если бы воля была атомом, не связанным с другими атомами. Каждая индивидуальная воля есть действие и про­тиводействие другим волям в многообразных вариациях коллективных воль. Государство лишь регулирует форму, определяя в соответствии с собственными правилами пределы, в которых индивиды действуют совместно: оно неспособно объединять их действенным образом, если при этом не учитываются те способы, посредством которых индивиды совершают совместные действия самостоятельно. Они действуют как начальники и подчиненные, как сотрудники и члены предприятия, как тот, кто дает обязательство, и тот, которому это обязательство дано, как кредитор и заемщик, как ведущий и ведомый, и все, что может сделать государство, — это определить, сколь далеко должностные лица должны заходить, помогая индивидам в их сделках, разрешая эти сделки, при­нуждая индивидов и оставляя их незащищенными2.

Само государство есть не что иное, как одно из действующих пред­приятий, чьи верховные действующие нормы суть лишь более значи­мая коллективная воля, а поведение должностных лиц государства есть коллективное поведение. Государство также обладает служащими с на­столько незначительной свободой действий, что закон рассматривает их как «наемных работников». Кроме того, у государства есть должностные лица, которые могут действовать по собственному усмотрению (неваж­но, к какой ветви власти они относятся — исполнительной, законода­тельной или судебной), и их коллективный выбор определяет политику,

г Baty Т. The Rights of Ideas — and Corporations // 33 Harv. Law Rew. 1920. P. 364.

167

Джон Р. Коммонс. правовые основания капитализма

которую государство проводит в жизнь день за днем. Они также обла­дают двойной «правосубъектностью». Они являются должностными и доверенными лицами, наемными работниками, которые действуют кол­лективно, и они являются частными лицами, которые действуют в иных своих качествах или как члены других действующих предприятий. Дей­ствуя коллективно, они действуют в соответствии с прецедентным пра­вом, обычаями, судебными решениями, статутным правом и, вероятно, теми учредительными документами корпораций, которые составляют писаную конституцию государства; и все таковое вместе составляет дей­ствующие нормы3. Государство — это не «народ», не «общественность», но действующие нормы должностных лиц, поступающих по собствен­ному усмотрению в прошлом и настоящем и обладающих законной властью осуществлять свою волю в пределах, установленных другими должностными лицами в прошлом и настоящем, через посредство дру­гих должностных лиц и наемных работников — как прошлых, так и на­стоящих.

Государство при помощи своих действующих норм наделяет себя или, вернее, своих служащих (как тех, кто действует по своему усмотрению, так и тех, кто только выполняет приказы) определенной властью и им­мунитетами, а также налагает на них обязанности и ограничения в пра­вах, которые определяют их поведение по отношению друг к другу или к тем, кто считается частными лицами. Государство также является неким очень большим лицом, собранием воль, действующих в соответствии с принятыми нормами, действующим предприятием, подобным частным корпорациям с их «действующим бизнесом», так что коллективное пове­дение должностных лиц государства в их взаимодействии с населением и другими государствами является «государственным бизнесом».

Именно по этой причине мы отличаем «государство» и «правитель­ство» от «общества» и «народа». Государство возникает из «народа» как одно из нескольких действующих предприятий, поскольку получает право на применение насилия в соответствии с определенными прави­лами, именуемое также верховной властью. С другой стороны, «прави­тельство» — это ряд сделок, заключаемых между должностными лицами и гражданами, а также между должностными лицами одного и того же или разных государств. Правительство — это не вещь, а процесс, про­исходящий в соответствии с определенными правилами. В сделках, со-ставляющих этот процесс, каждый гражданин или должностное лицо

3 Ср.: Maitland F.W. The Crown as Corporations // 17 L.Q.R. 1901. P. 131; Moore H. 20 L.Q.R. 1901. P. 351; Brown W.J. The Auslinian Theory of Law. 1912. P. 254 ff; Laski HJ. Studies in the Problem of Sovereignty. 1917. Эти авторы, однако, в общем и це­лом придерживаются скорее идеи сущности, а не набора действующих норм.

168

V. действующие предприятия

соучаствует в контроле над насилием. Как «действующий бизнес» есть не что иное, как ряд сделок, заключаемых между членами одного или различных действующих предприятий ради контроля над богатством и бедностью, так и политическое правительство есть действующий бизнес должностных лиц, взаимодействующих друг с другом и с гражданами ради контроля над миром и насилием. Таким образом, термины «госу­дарство» и «правительство» являются взаимозаменяемыми. Государ­ство — это действующее предприятие объединенных лиц, а правитель­ство — это их действующий бизнес. Первое — это лица, причастные к верховной власти, второе — это сама их причастность.

То же самое касается всех остальных открытых или закрытых, вре­менных или постоянных объединений, действующих как особая едини­ца. Семья, церковь, клуб — это действующие предприятия; сделки между их членами — это их действующий бизнес; действующие нормы — это то, что поддерживает их функционирование.

Таким образом, имеется три типа лиц (граждане, частные предприя­тия и государство), признание которых осуществляется через наделение правами, привилегиями, властью, иммунитетами и их противоположно­стями. Они суть лица, поскольку обладают большей или меньшей сво­бодой воли; или, вернее, они являются независимо действующими субъ­ектами, чьи будущие действия могут направляться, контролироваться, предупреждаться и ограничиваться наложением обязанностей и неза-щищенностей или же поощряться наделением правами и свободами. Они суть лица, поскольку обладают качествами и возможностями, кото­рые могут быть защищены, поддержаны или ограничены в соответствии с распределением прав и обязанностей. Они обладают своей внутренней экономикой, соразмеряющей сделки внешними отношениями возмож­ности и власти, а также ожиданиями будущего. Гражданин — это лицо, являющееся членом многих предприятий, и его сделки с другими граж­данами составляют, с одной стороны, его личность, его собственность, его свободу и гражданство, а с другой стороны — его долю в действую­щем бизнесе и общественном бизнесе всех предприятий и государства.

Следовательно, имеется определенная доля истины в характерном для XVII и XVIII вв. понятии о корпорации или государстве как об искус­ственном лице, существующем только с точки зрения права. Действую­щие нормы этого искусстенного лица вполне могут стать причиной его затруднительного положения — обвинения в заговоре или преступной деятельности, если суды не отберут и не поддержат его хорошие нор­мы и не отвергнут его плохие обычаи. Маршалл взял свое определение корпорации у сэра Эдварда Коука, а Коук (вместе со знатоками общего права эпохи Английской Республики) понимал дело так, что корпорация существует исключительно в виде дарованной на основании королев-

169

Джон Р. Коммонс. правовые основания капитализма

ских прерогатив лицензии, предоставляющей ей право на существова­ние и деятельность. Корпорация продолжала существовать лишь до тех пор, пока королевский суд признавал дар верховной власти, а испол­нители короля обеспечивали возможность пользоваться дарованными привилегиями. Корпорация существовала только «с точки зрения пра­ва». То же касается понятия государства и «общего блага». Государство рассматривалось исключительно как сумма всех индивидов, которые в своих коллективных возможностях образуют единую абстрактную сущ­ность — «общественность», или «общую волю»; с другой стороны, «об­щее благо» есть не что иное, как сумма всего частного богатства.

Позже учение об индивидуальной свободе и об индивиде как едини­це общества давало экономистам возможность расчленять государство, равно как и корпорацию, на единицы лиц и единицы богатства, которые, сложенные вместе, образуют целое (причем объединяться они могут лишь посредством некоей абстрактной сущности, существующей только в умозрении). От Коука (начало XVII в.) до Джона Локка (конец XVII в.), от Руссо и Адама Смита (XVIII в.) вплоть до Герберта Спенсера (XIX в.) сохраняется индивидуалистическое представление о государстве как о сумме всех индивидов, с одной стороны, и как о некоей абстрактной сущности, с другой. И когда Спенсер уничтожил эту метафизическую сущность, ему — для того, чтобы объяснить соединение частей — не оставалось ничего, кроме как заменить эту сущность другой, обладаю­щей аналогией с биологическим организмом. Здесь вообще не было кол­лективной воли — только абстрактная формула индивидуальных прав, благодаря которым индивиды отстраняются друг от друга, соединяясь при этом по аналогии с биологическим организмом. Однако на самом деле их соединяют действующие нормы.

Этот дуализм возник из конфликта между свободой и обязанностью в XVII в. Отцы Церкви, Папа, вновь учрежденная английская Церковь, сторонники королевских прерогатив из числа роялистов — все были согласны в том, что единство христианского мира или единство нации может сохраняться только через подчинение всех одной воле4. Боже­ственное право короля и божественное право Папы были не чем иным, как религиозной обязанностью подданного подчиняться одной воле5. Даже такой иконоборец, как Томас Гоббс, уничтоживший эту религиоз­ную сущность, должен был (так же, как Герберт Спенсер) заменить ее другой — чудовищным Левиафаном, в котором — по аналогии — граж­дане были ногами, руками и другими членами, а суверен — единствен­ной волей, удерживающей их вместе при помощи страха. Философ Кант,

4 Ср.: Freemantle W.H. The World as the Subject of Redemption. 1888.

5 Ср.: Figgis J.N. The Theory of the Divine Right of Kings. 1896.

170

разложив государство на индивидуальные воли, должен был восстано­вить единство всего при помощи «царства целей», которое обернулось прусской монархией6. В более позднее время эта линия была продолже­на Карлом Марксом, который упразднил индивидуальное и обнаружил единство общества в «общественной рабочей силе», которая обернулась «диктатурой пролетариата» и новыми королевскими прерогативами с Лениным и Троцким на троне.

В это же время постепенно формировалась теория действующего предприятия — благодаря решениям судов, которые выносились по мере возникновения спорных ситуаций. Эта теория, впрочем, поддер­живалась теорией искусственной сущности, существующей только в со­зерцании ума: введение данной сущности помогало преодолеть насле­дие трех столетий, минувших с тех пор, когда Коук и его современники начали подрывать божественное право королей своей «свободой субъ­екта» и разрушать корпорации и гильдии как всего лишь «монополии», основанные на привилегиях, обеспечиваемых должностными лицами короля. Тем не менее действующее предприятие — это больше, чем сущ­ность; оно является коллективным действием; оно есть массовое дви­жение и массовая психология; оно есть действующие нормы, которые разрешают споры и сплачивают массы в поддержке норм. Разработка теории, осуществлявшаяся посредством включения и исключения сде­лок, по которым требовалось принять судебные решения, была необхо­дима для того, чтобы отдать должное тем, кто объединился в сообщества, основал собственный бизнес, принял на себя ответственность, поверил в кредитную систему — в надежде, что их прошлые и настоящие дело­вые связи будет дозволено сохранять и в будущем. Эти надежды нельзя было разрушать — иначе разрушилась бы вся структура общества. Суды и законодатели нашли их там, в обычных сделках индивидов, признали их, а затем — узаконили; а узаконивание придает надежность действую­щим нормам. Теперь надежды опираются на закон, а то, что существова­ло в самой природе сделок людей между собой, начинает существовать «с точки зрения права».

<< | >>
Источник: Коммонс Дж.Р.. Правовые основания капитализма.. 2011

Еще по теме 1. ДЕЙСТВУЮЩИЕ НОРМЫ ПОЛИТИЧЕСКИХ, .'. ПРОМЫШЛЕННЫХ И КУЛЬТУРНЫХ ПРЕДПРИЯТИЙ:

  1. 3. ДЕЙСТВУЮЩИЕ НОРМЫ ПРЕДПРИЯТИЯ
  2. КУЛЬТУРНЫЙ И ПОЛИТИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ
  3. 6. ДЕЙСТВУЮЩИЕ НОРМЫ
  4. I. Механицизм, ограниченность ресурсов, действующие нормы
  5. Лекция № 3 НОРМЫ: РЕЗУЛЬТАТ РАЦИОНАЛЬНОГО ВЫБОРА ИЛИ АБСОЛЮТНЫЙ ДЕТЕРМИНАНТ ДЕЙСТВИЯ?
  6. Политическая экономия коллективного действия
  7. Глава 9. Концепция формирования государственной и региональной промышленной и институциональной политики по управлению экономической и внешнеэкономической деятельностью промышленных предприятий
  8. 4.6. Нормы труда, разрабатываемыена предприятиях и фирмах
  9. Глава 9. Концепция формирования государственной и региональной промышленной и институциональной политики по управлению государственным унитарным промышленным предприятием
  10. Метод расчета внутренней нормы прибыли (нормы доходности) инвестиционного проекта
  11. Тема 10. ПРЕДПРИЯТИЕ В СИСТЕМЕ РЫНОЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ. ОРГАНИЗАЦИОННО-ПРАВОВЫЕ ФОРМЫ ПРЕДПРИЯТИЙ ПИЩЕВОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
  12. 9.3.2 Метод простой бухгалтерской нормы прибыли (расчетной нормы прибыли) (AROR)
  13. Покупка действующего предприятия
  14. Количество действующих малых предприятий
  15. V. Действующие предприятия
  16. 18.2.1. Предприятие, действующее в командной экономике
- Бюджетная система - Внешнеэкономическая деятельность - Государственное регулирование экономики - Инновационная экономика - Институциональная экономика - Институциональная экономическая теория - Информационные системы в экономике - Информационные технологии в экономике - История мировой экономики - История экономических учений - Кризисная экономика - Логистика - Макроэкономика (учебник) - Математические методы и моделирование в экономике - Международные экономические отношения - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги и налолгообложение - Основы коммерческой деятельности - Отраслевая экономика - Оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Политэкономия - Региональная и национальная экономика - Российская экономика - Системы технологий - Страхование - Товароведение - Торговое дело - Философия экономики - Финансовое планирование и прогнозирование - Ценообразование - Экономика зарубежных стран - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика машиностроения - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика полезных ископаемых - Экономика предприятий - Экономика природных ресурсов - Экономика природопользования - Экономика сельского хозяйства - Экономика таможенного дел - Экономика транспорта - Экономика труда - Экономика туризма - Экономическая история - Экономическая публицистика - Экономическая социология - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ - Эффективность производства -