<<

О некоторых конкретных проблемах политической экономии социализма: трактовка государства и его функций

Прежде всего, мне хотелось бы акцентировать принципиально значимый для современной экономической теории (включая теорию рыночной экономики современной эпохи) подход к трактовке государства – его экономической природы и функций.

Политическая экономия социализма показала, что это не вмешательство внешних политических сил в экономику, а рождение нового экономического субъекта новых (нерыночных по своей природе, более того, как я постарался показать выше – пострыночных, компенсирующих «провалы» рынка) производственных отношений. В том и смысл политэкономии социализма, что она перераспределение ресурсов при помощи государства трактует не как административный процесс, а как объективное экономическое отношение, которое вызвано к жизни современным развитием производительных сил, культуры и мирового сообщества. И это ее достижение сегодня необходимо применить для трактовки государства.

Я готов поспорить, что без политэкономии социализма мы сегодня целостную модель экономических функций государства в развитой рыночной экономике не нарисуем, что любой учебник экономикс систему экономических функций государства трактует уже, чем политэкономия социализма. Сравните, как описаны «провалы» рынка в этих учебниках и как это может быть сделано с использованием политэкономии социализма. В написанной совместно с А.И.Колгановым книге «Теория социально-экономических трансформаций» (М., 2003) я предложил такую схему и сейчас отмечу лишь некоторые ее крупные блоки. В основу систематизации этих блоков положим основные параметры структуры экономической системы, выделенные нами выше (кстати, то же опираясь на достижения политической экономии социализма).

Так, «исходное производственное отношение» или, на современном языке, отношения координации (напомним, что их видами являются натуральное, товарное и плановое хозяйство) предполагают наличие определенных функций государства по участию в процессах (ниже дается минимальный перечень таких функций) формирования пропорций в экономике, отношений обмена и трансфертов, качества и цен.

По всем этим параметрам в современной рыночной экономике государство ведет определенную деятельность. Это (1) прямое (государственный заказ, инвестиции, закупки, направленные, например, на развитие ВПК, образования, фундаментальной науки, аэрокосмических программ и т.п.) и косвенное (налоговые и таможенные льготы, дешевые кредиты и т.п. средства структурной политики) регулирование пропорций; (2) нормативы качества почти на все виды сельскохозяйственной продукции и продуктов питания и мн.др.; (3) государственное регулирование цен и правил ценообразования (являющееся правилом в области цен на многие тарифы, потребительские товары и т.п.); (4) определение правил и механизмов взаимодействия рыночных агентов в широком диапазоне – от правил торговли до антимонопольного законодательства (это один из подвидов более многообразной функции регулирования институтов, о которой ниже) и мн. др.

«Основное производственное отношение» и весь комплекс оформляющих современную экономику отношений собственности предполагает политико-экономическое исследование не только (1) государственной собственности (о ней как особой сфере экономических отношений, а не просто «провале рынка» экономикс как таковой тоже предпочитает не распространяться; политическая же экономия социализма показала, что за формой государственной собственности скрывается область новых экономических отношений, возникающая там и тогда, где и когда государство действует не как особый «сверх-капитал», а как действительный представитель общенародных интересов; кстати, выделение этих интересов и их реального экономического содержания – тоже одна из заслуг нашей науки) и (2) функций государства по охране прав собственности (здесь неоинституционализм сделал немало), но и (3) включение государства в регулирование распределения прав собственности (я нарочито использую современный язык для обозначения того, что наша наука исследовала в связи с проблемами хозрасчета и распределения экономических правомочий в отношениях между государством и предприятием; а ведь ныне государство существенно ограничивает права частного собственника в области распоряжения его же собственным имуществом), а также (4) регулирование деятельности по использованию такого государственного имущества, как земля, недра, культурные ценности и т.п.

блага, значительная часть которых находится в государственной собственности разных уровней, (5) поддержка малого бизнеса (как известно, в условиях нынешней конкуренции этот тип собственности не может выжить без поддержки государства), (6) содействие демократизации отношений собственности (например, планы ESOP в США и Западной Европе) и многое другое. Конечно же, прямо политическая экономия социализма эти функции не исследовала, но именно она дала ту методологию исследования экономических функций государства – а именно, отношение к государству как субъекту нового типа экономических отношений, – которая подталкивает исследователя к поиску именно этих отношений и, как следствие нахождению все новых и новых «забытых» неоклассической теорией, но в жизни развивающихся объективных экономических процессов.

Блок социальных параметров экономики («основной экономический закон») выявит огромный пласт отношений по сознательному регулированию (1) трудовых отношений, отношений труда и капитала (от социальных норм до трехстронних коллективных договоров), а также (2) занятости (не только пособия по безработице, но структурная политика и стимулирование занятости в современных секторах, например, бесплатные компьютерные курсы), опосредуемые государством (3) пострыночные механизмы распределения, такие как бесплатное общедоступное распределение многих благ (например, бесплатное среднее, а во многих странах – ФРГ и др. – высшее образование и мн.др.), социальные трансферты, налоговое перераспределение доходов и т.п.

Еще более многообразны функции государства в области регулирования отношений воспроизводства и функционирования экономики. В частности, именно здесь «располагается» весь объем функций государства по регулированию макроэкономической динами (роста и т.п.), финансово-кредитной системы и мн. др. Я не буду здесь уходить в детали – это не предмет данного текста.

Многие из названных выше механизмов, конечно же, хорошо известны и экономикс, но я хотел сделать в данном случае иной акцент, опирающийся на методологию политической экономии социализма, а именно: во всех этих случаях за конкретными экономическими функциями государства скрывается новый пласт экономической реальности – отношения сознательного регулирования экономических процессов в общенациональном (региональном, международном) масштабе.

Эти функции государства качественно отличны от традиционных (акцентируемых экономикс) функций государства как института волевого (не-экономического) поддержания условий функционирования рынка, капиталистической системы хозяйствования (функции по защите прав собственности, регулированию денежного обращения и т.п.).

Этот водораздел – отнюдь не теоретическая конструкция. Именно здесь проходит линия, разграничивающая рыночников-либералов и государственников-социалистов (от социал-демократов и далее влево). Первые стремятся всячески ограничить роль государства исключительно не-экономическими функциями по созданию условий для развития рынка, вторые (часто даже не осознавая этого теоретически наподобие мольеровского героя, не знавшего, что он говорит прозой) стремятся к развитию новых, пострыночных экономических отношений, реализуемых при помощи государства (но, как это было показано выше, не сводимых к деятельности этого института).

Вот почему спор на протяжении десятилетий и в мире, и в России идет не о том, сильное или нет государство нам нужно – сильным может быть и фашистская пиночетовская диктатура, защищающая модель «Чикаго-бойз», – а о том, повторю, развивать или нет в экономике новые, пострыночные отношения. Либералы не случайно столь активно выступают против осуществления государством селективного и антициклического регулирования, развития социальных трансфертов и бесплатного распределения общественных благ – во всем этом они «нутром чуют» действительно угрожающие всевластию рынка и капитала зародыши новых общественных отношений. И именно для исследования последних нам может быть полезна политическая экономия социализма (естественно, опять же намеренно повторюсь, при условии отделения ее апологетической шелухи от ростков научной теории пострыночной экономики).

Но к экономическим функциям государства отнюдь не сводятся пострыночные отношения, исследованные (частично, не полностью, перемежая теоретические достижения и апологетику мутантного, бюрократического «социализма») нашей наукой.

Из числа конкретных проблем укажу также на разработку проблемы нерыночных ценностей и стимулов. К аксиомам нашей науки относилось выделение творческого труда, свободного времени и неотчужденных социальных отношений («коллективизм», свободная работающая ассоциация) как важнейших слагаемых экономической жизни эпохи рождения постиндустриального общества (эпохи НТР). Не менее интересные разработки были сделаны в области выделения социально-экономической (выдвигающей интегральный фонд благосостояния и свободного гармоничного развития личности, а не только денежного дохода в качестве соизмеряемого с затратами результата развития), экономической теории самоуправления и мн.др.

Позволю себе также дополнительно аргументировать кажущуюся очевидной, но редко акцентрируемую (если вообще упоминаемую) тезу, сформулированную выше: если развитие государственного и социального (сознательного, централизованного, во многом планового) регулирования; широкое внедрение экологических, социальных, гуманитарных норм; все более широкое распространение общественной собственности во всем многообразии ее форм; передача общественным (не-частным, некоммерческим структурам) ряда прав собственности даже на предприятия рыночного сектора (контроль, ограничения и т.п., находящиеся в руках государства, профсоюзов и других НПО); производство, распределение и использование общественных благ (в том числе наиболее значимого для постиндустриального общества ресурса – культурных ценностей, фундаментальных знаний, базовых «человеческих качеств» – общедоступность большей части образования и здравоохранения в развитых европейских странах) и т.п. есть «провалы рынка» (термин неоклассики; я бы сказал – рынка и капитала), то…

То эти феномены можно и должно считать ростками именно пострыночных и посткапиталистических отношений. Аргументация здесь проста: все названные феномены явно нельзя причислить к до-рыночным, до-капиталистическим (рабовладельческим, феодальным) экономическим феноменам; они стали массовым явлением и научной проблемой лишь на этапе позднего капитализма, развитого рынка и являются сферами, где рынок уже не эффективен (с точки зрения новых – социальных, гуманитарных, экологических и т.п.

критериев), следовательно, это более развитые, более прогрессивные (с точки зрения названных выше новых критериев, обретающих все большую актуальность по мере движения к постиндустриальному обществу), чем рынок, т.е. пострыночные отношения.

Вот почему я хочу повторить еще раз, что политэкономию социализма как науку, дающую объяснение реальным экономическим связям при помощи определенной системы категорий и понятий, можно использовать для, во-первых, понимания нашего прошлого (с учетом того, что она дала очень специфическую картину этого прошлого); во-вторых, для понимания природы нашей переходной экономики, и, в-третьих, для понимания черт пострыночной, посткапиталистической экономической жизни в сегодняшней реальной экономике, в экономике будущего. В частности, я берусь утверждать, что в сегодняшней мировой экономике существуют пострыночные, посткапиталистические отношения в области координации, собственности, распределения доходов, воспроизводства, мотивации и т.д. Для понимания этих механизмов политэкономия социализма (при ее критическом использовании) полезна и необходима, поскольку она наработала многое такое, чего не знают современные теоретики или что они узнали позже и в ограниченных масштабах и под очень специфическим углом зрения.

При этом я хочу вновь повторить: прежде чем использовать какие-либо достижения политической экономии социализма, мы должны проделать тяжелую, но абсолютно необходимую работу по нелицеприятной критике нашей науки как ненаучной в той мере, в какой она ориентировалась на обслуживание самосознания правящего класса советской системы.

В то же время не следует впадать в чрезмерную эйфорию, останавливаясь лишь на внешней характеристике прежней системы как плановой, опирающейся на общественную собственность и распределение по труду, быстро растущей и якобы пропорциональной. Не столько сравнение с абстрактным идеалом (кстати, и этот идеал, как я постарался показать выше, был не придуман, а главным образом абстрагирован из реальных процессов и явлений), сколько анализ реальных отношений. Мы не можем забывать, что экономика МСС была полна глубоких противоречий, в том числе и тех, что тормозили технический, социальный и гуманитарный прогресс, обуславливали политический и идеологический авторитаризм (и воспроизводились им), вплоть до чудовищных форм сталинизма. Противоречие централизованного планирования и плановых сделок, бюрократизма, ведомственности; ростки гармоничного развития личности и чудовищные провалы в сфере личного потребления; опережающее развитие ключевых отраслей и повсеместный дефицит… – все это практика нашей экономики прошлого, адекватно отображавшаяся лишь в некоторых полудиссидентских работах, открыто появившихся в малотиражных научных изданиях только в начале 80-х годов, но игнорировавшаяся нашей официальной наукой.

Есть у нашей науки и ее собственно теоретические глубинные недостатки, недоработки. Не менее чем любая другая сфера научной деятельности, политическая экономия социализма включала огромное количество низкокачественных, вторичных и просто халтурных работ, ориентированных на реализацию чисто карьерных целей (вот почему, говоря о достоинствах нашей науки, мы имели в виду наиболее интересные тезисы наиболее интересных работ, а не все те сотни тысяч книг и статей, что выходили в странах МСС). Более того, и специфика ее объекта (ростки, тенденции, мутантные формы…), и особые условия работы ученых (авторитарный режим и цензура в МСС, где номенклатура была не заинтересована в истинном отображении дел; отторжение этих разработок профессиональным сообществом и вытекающая из этого маргинализация на Западе вследствие подчинения науки и образования капиталу), и – главное – распад и кризис первых экономических систем, называвших себя социалистическими, – все это не могло не привести к фрагментарности и недостроенности здания нашей науки (хотя даже эти ростки являются одним из высоких примеров стремления к системности), переплетению крупиц истины и научных открытий с (повторю) откровенной апологетикой и прямым недомыслием.

Тем важнее серьезный анализ достижений нашей науки и (особенно!) ее ошибок и трагедий для современной науки, учет обеих неразрывно связанных сторон нашей науки. Другое дело, что выше я постарался выявить, прежде всего, позитивные достижения нашей науки, хотя никогда не забывал оговорить реальные противоречия прошлого.

<< |
Источник: А.В.Бузгалин, А.И.Колганов. Пределы капитала: методология и онтология Реактуализация классической философии и политической экономии (избранные тексты). 2009

Еще по теме О некоторых конкретных проблемах политической экономии социализма: трактовка государства и его функций:

  1. О некоторых реальных достижениях политической экономии социализма
  2. об объекте политической экономии социализма
  3. Глава 8 КРИТИКА ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИИ ДОКТРИНЫ СОЦИАЛИЗМА
  4. Трактовка закона экономии времени как экономии суммы прошлого, живого и будущего труда за жизненный цикл объекта на единицу его полезного эффекта
  5. P.S. Эвристический потенциал политической экономии социализма в XXI веке: вопросы методологии и теории
  6. 2.4. Функции политической экономии
  7. Economics и политическая экономия: к постановке проблемы
  8. 2. ПРЕДМЕТ, МЕТОД И ФУНКЦИИ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИИ
  9. 3.4. Проблемы современного развития политической экономии
  10. социализм как эпоха нелинейной трансформации «царства необходимости» в «царство свободы»: некоторые дополнения и социо-политические аспекты
  11. разработка проблем структуры экономической систем: система категорий политической экономии социализма как ключ к структуре экономических систем
  12. Неоинституционализм о политических рынках: «новая политическая экономия» Дж. Бьюкенена
  13. 8.3. О некоторых проблемах построения производственной функции для финансовой фирмы
  14. Государство и его экономические функции
  15. Понятие государства и его экономические функции
  16. Социализм: некоторые общие характеристики
  17. «Новая» историческая школа Г. Шмоллера: этическая экономия и катедер-социализм
  18. Методология и теория исследования социализма: некоторые полемические заметки
- Бюджетная система - Внешнеэкономическая деятельность - Государственное регулирование экономики - Инновационная экономика - Институциональная экономика - Институциональная экономическая теория - Информационные системы в экономике - Информационные технологии в экономике - История мировой экономики - История экономических учений - Кризисная экономика - Логистика - Макроэкономика (учебник) - Математические методы и моделирование в экономике - Международные экономические отношения - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги и налолгообложение - Основы коммерческой деятельности - Отраслевая экономика - Оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Политэкономия - Региональная и национальная экономика - Российская экономика - Системы технологий - Страхование - Товароведение - Торговое дело - Философия экономики - Финансовое планирование и прогнозирование - Ценообразование - Экономика зарубежных стран - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика машиностроения - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика полезных ископаемых - Экономика предприятий - Экономика природных ресурсов - Экономика природопользования - Экономика сельского хозяйства - Экономика таможенного дел - Экономика транспорта - Экономика труда - Экономика туризма - Экономическая история - Экономическая публицистика - Экономическая социология - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ - Эффективность производства -