<<
>>

Теория семейно-трудового хозяйства и стадий кооперации А. Чаянова

А. Чаянов: теоретик, кооператор, утопист. Александр Васильевич Чаянов (1888—1937) был самой многогранной и публичной фигурой из деятелей организационно-производственной школы.

Ученик А. Ф. Фортунатова по Петровской академии, Чаянов еще студентом (1909) сформулировал в «Вестнике сельского хозяйства» ключевую идею своей концепции, развернутой затем в монографии «Теория крестьянского хозяйства» (1912—1913) и «Кратком курсе кооперации» (1915): внутренняя структура крестьянского хозяйства представляет собой связку отдельных агротехнических процессов, соединенных экономически волей хозяйствующего субъекта; но каждый из этих процессов настолько самостоятелен, что может быть выделен без нарушения общего организационного плана хозяйства. Поэтому возможно организовать отдельные агротехнические процессы путем выделения их и слияния с подобными процессами в кооперативе без крупной ломки организационного плана мелкого крестьянского хозяйства.

И во время учебы, и после ее завершения Чаянов стажировался за границей; он хорошо знал не только состояние агрономии, сельскохозяйственной помощи населению и кооперативного движения во всей Западной Европе, но и основы маржиналистских концепций. Однако аппарат маржинализма, с применением графических методов и оптимизационных расчетов, был использован Чаяновым для создания теоретической модели хозяйства иной природы, чем частнопредпринимательская фирма, — безнаемного семейно-трудового крестьянского хозяйства, в котором и голова, управляющая хозяйством, и рабочие руки принадлежат одному и тому же человеку.

Как практик Чаянов снискал известность прежде всего в сфере кооперации, которой придавал не только социально-экономическое, но и культурно-просветительское значение, в том числе для собирания и сохранения художественного наследия. Сам Чаянов был библиофилом, краеведом, коллекционером гравюр, автором поэтического сборника и фантастических повестей, одна из которых отразила его экономические и социально-политические пристрастия — «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии» (1920).

Повесть Чаянова, изображающая «строй трудового земледелия» (отнесенный к 1984 г.) с кооперированным крестьянством как «полным хозяином земли русской», была напечатана большевистским Госиздатом с критическим предисловием его директора, видного марксистского критика Вацлава Воровского.

Один из творцов НЭПа. Чаянов не входил в состав какой-либо политической партии, но после Февральской революции выдвинулся как активный сторонник Временного правительства, член Оргкомитета Лиги аграрных реформ, Главного земельного комитета, Предпарламента. Он был избран в разогнанное большевиками Учредительное собрание и не питал симпатий к «зачатому в застенках германской капиталистической фабрики» идеалу рабочего социализма и его советскому воплощению в диктатуре, при которой «колоссальная доля прибавочной стоимости усвоялась стадами служащих в главках и центрах». Однако, видя отсутствие политического единства в российской кооперации и угрозу ее развала, Чаянов рано встал на путь компромисса с Советской властью и уже в 1919 г. возглавил Высший семинарий сельскохозяйственной экономии, реорганизованный вскоре в НИИ. В марте 1921 г. Чаянов вошел в комиссию Наркомата земледелия, разработавшую основные принципы продналога — важнейшей меры перехода к НЭПу. После организации Госплана в нем представителем Наркомзема стал Чаянов, разработчик первого «генерального плана» развития сельского хозяйства.

«Краткий курс кооперации» Чаянова наряду с работами Туган-Барановского и Штаудингера был в числе книг, просмотренных В. Ульяновым-Лениным при подготовке статьи «О кооперации». Ленинские тезисы о введении НЭПа «всерьез и надолго» и о социализме как «строе цивилизованных кооператоров» предоставили Чаянову опорные пункты при конкретизации плана кооперирования крестьянских хозяйств в СССР как процесса, рассчитанного на «понимание его значительной продолжительности».

«Кооперативный план» Ленина был наброском, допускающим разные толкования. «Кооперативный план» Чаянова исходил из тщательного анализа крестьянского семейнотрудового хозяйства как предприятия с особой мотивационной природой.

Некапиталистическая мотивация и устойчивость мелкого крестьянского хозяйства. Центральной в чаянов- ской концепции семейно-трудового хозяйства является категория трудопотребительного баланса — соразмерности напряжения годового труда со степенью удовлетворения потребностей хозяйствующей семьи. В отличие от капиталистического предприятия, не стремление к максимизации денежного дохода на единицу затрат труда определяет «основное равновесие» и пределы продукции. Не мотивация предпринимателя, получающего в результате вложения своего капитала разницу между валовым доходом и издержками производства, а мотивация скорее рабочего «на своеобразной сдельщине, позволяющей ему самому определять время и напряжение работы», движет крестьянское хозяйство. Это объясняет, с одной стороны, исключительную устойчивость мелкого крестьянского хозяйства, с другой стороны, его техническую и экономическую инертность.

Крестьянские хозяйства часто функционируют с номинально негативной прибылью и, тем не менее, выживают за счет «самоэксплуатации», что невозможно для капиталистических предприятий. Они готовы платить за дополнительную землю арендную плату, гораздо превосходящую размер капитализированной земельной ренты, но лишь для того, чтобы полнее задействовать трудовые ресурсы семьи. В то же время крестьянское хозяйство мало податливо к улучшенному трудосберегающему инвентарю: поскольку высвободившиеся рабочие руки могут не найти себе какого- то другого применения, то это ни на копейку не увеличит дохода крестьянской семьи, а приобретение техники составит значительный вычет из крестьянского бюджета. Поэтому, например, земской агрономией была отмечена трудность распространения среди русских крестьян молотилок.

Своеобразно крестьянин реагирует на рыночную конъюнктуру. При достижении определенного обычного уровня насыщения потребностей едоков крестьянин отвечает на рост цен не увеличением, а уменьшением производства, так как при этом экономит на бесплатном с точки зрения издержек производства труде своей семьи.

В данном случае

крестьянин как рабочий, воспользовавшись благоприятным стечением обстоятельств и рентными доходами, заставляет крестьянина как предпринимателя предоставить ему лучшие условия труда в смысле сокращения годового рабочего времени вопреки естественному стремлению предпринимательства расширить объем хозяйственной работы для использования удачной конъюнктуры. В подтверждение этого теоретического положения Чаянов привел эмпирический вывод Челинцева: «Если все нужное для существования семьи было бы возможно добыть ее работникам в течение, например, 150—180 дней в году, то от дальнейшей собственной работы наше трудовое хозяйство воздержится».

«Одна и та же объективно выражаемая оплата единицы труда, при одном и том же уровне, будет считаться то выгодной, то невыгодной для крестьянской семьи, прежде всего в зависимости от состояния основного равновесия между мерой удовлетворения потребностей и мерой тягостности труда. Если в сметном учете хозяйства основное равновесие еще не достигнуто, острота непокрытых потребностей еще достаточно остра, хозяйствующая семья сильнейшим образом стимулируется к расширению своей работы и ищет приложения своему труду, мирясь с низкими нормами его оплаты. Обратно, если основное равновесие вполне покрывается сметными соображениями хозяйства, то только очень высокая оплата труда может побудить крестьянина к новым работам».

Земельный режим и дифференциация крестьянства.

Выяснив категориальное своеобразие семейно-трудового хозяйства в его статике, Чаянов исследовал и динамику этого хозяйства, в которой главную роль придавал изменению численности и половозрастного состава семьи, соотношения числа едоков и работников. Молодая крестьянская семья, состоящая всего из супружеской пары с малолетними детьми, маломощна в хозяйственном отношении. Зато когда младшее поколение один за другим вступает в работу и ее силы постепенно возрастают, она укрупняет хозяйство до масштабов средней мощности, начинает прибегать к аренде земли и использовать машины.

Взрослая сложная семья с несколькими работниками, организуя свою работу по принципу сложной кооперации, достигает наибольшей рабочей мощи, при этом средняя сила работников, входящих в ее состав, намного превышает таковую силу в молодых семьях. Сообразно росту сил растут и размеры хозяйственной деятельности и зажиточность семьи, пока, наконец, подросшие дети не создадут новые молодые семьи и старая сложная семья не начнет распадаться на ряд молодых, выделяющихся из нее. Крупное зажиточное хозяйство дробится на ряд мелких.

В этом цикле — разжимающемся и сжимающемся объеме «земельного режима» — Чаянов видел главный фактор имущественной дифференциации русского крестьянства. Ученый не отрицал, что в демографическом процессе нарастания и разделов семей от крестьянской массы отслаиваются крупные «кулацкие» хозяйства на базе наемного (батрацкого) труда и ростовщичества, подобные западноевропейским и американским «фермерским предприятиям». Но такая динамика не фатальна — трудовое крестьянское хозяйство может отстоять свои позиции от хозяйств крупнокапиталистического типа благодаря кооперативным организациям и соответствующей государственной политике. Чаянов был противником «коммунизации» крестьянских хозяйств, неудачные примеры которой оставила политика «военного коммунизма». Но он считал перспективным путь «самокол- лективизации», или «кооперативной коллективизации», при которой трудовые крестьянские хозяйства, сохранив индивидуальность, могут выделить из своего организационного плана те элементы, в которых крупная форма производства имеет несомненные преимущества над мелкой.

Два типа вертикальной концентрации. Чаянов выделил в организационном плане крестьянского хозяйства три основные группы процессов: механические процессы, связанные с земельным пространством (обработка почвы, посев, уборка урожая) и биологические процессы растениеводства и животноводства; механические процессы первичной переработки сырья (молотьба, изготовление масла, трепка льна); экономические операции, связывающие хозяйство с внешним миром (покупка семенного и племенного фонда, инвентаря, сбыт, кредит).

Главной формой укрупнения сельского хозяйства в XX в. стала вертикальная концентрация — подчинение указанных процессов крупному капиталу. Оно начинается с третьей группы: овладение путями сбыта, развитый ипотечный кредит, диктующая роль капитала, вложенного в транспортные, элеваторные, ирригационные и др. предприятия. Затем крупный капитал «отщепляет» от деревенского производства отрасли, связанные с первичной переработкой сырья. И, наконец, капитал активно вмешивается в организацию самого процесса производства, выдавая семенной материал и удобрения, определяя условия севооборота и превращая своих клиентов в простых технических исполнителей, производящих однотипные продукты. Это — американский фермерский путь капитализма в земледелии с внедрением в толщу фермерских хозяйств всякого рода капиталистических вспомогательных предприятий (переработка, элеваторы, холодильники и пр.) и присвоением финансовым и торговым капиталом большей части дохода, создаваемого фермерским хозяйством, с перекладыванием риска предприятия в значительной степени с владельца капитала на фермера.

Но вертикальная концентрация может принять и иные формы — не капиталистические, но кооперативные и смешанные, когда контроль над системой торгово-кредитных, дорожных и перерабатывающих предприятий принадлежит организованным мелким производителям, создавшим общественные капиталы (примеры — Дания, Сибирский Союз маслодельных артелей в начале XX в.). Высшей формой такой вертикальной концентрации мелких производителей, превращающих ее в «одно из главных слагаемых социалистической системы хозяйства», Чаянов считал «кооперативную коллективизацию» в последовательности, аналогичной «фермерскому перерождению». При поддержке социалистического государства и параллельном развитии электрификации, сети усовершенствованных дорог, технических установок, системы складочных помещений и кооперативного кредита может быть достигнуто перерастание системы отдельных крестьянских хозяйств в систему общественного кооперативного хозяйства, оставляющую выполнение некоторых процессов в частных хозяйствах «почти что на началах технического поручения».

«Аграрный фронт». «Кооперативный план» Чаянова, выведенный из организационного плана крестьянского хозяйства на микроуровне, требовал на макроуровне уточнения классового подхода. Чаянов предложил 6-звенную классификацию крестьянских хозяйств: 1) кулацко-ростовщические; 2) крупные полукапиталистические, применяющие наемный труд; 3) семейно-трудовые зажиточные; 4) се-

13.2. Теория семейно-трудового хозяйства и стадий кооперации А. Чаянова 1

Рис. 13.1. Схема последовательных стадий кооперации (составлена по работам А. В. Чаянова японским экономистом С. Кодзима)

мейно-трудовые, мелкие и бедные капиталом; 5) бедняцкие, вынужденные продавать свою рабочую силу; 6) полупролетарские, получающие главную часть дохода с заработной платы.

Кооперативную работу Чаянов ориентировал на хозяйства 2—5-го типов — «подавляющее большинство нашей деревни». Но стереотипная схема расслоения деревни, которую Ленин («Ильин») развивал еще в своей книге «Развитие капитализма в России» и которой продолжали оперировать советские «аграрники-марксисты», ориентировала на иное. Лозунги Коммунистической партии провозглашали «прочную опору» только на бедноту — наемную рабочую силу для чужих средств производства — и ликвидацию кулачества — сельских «эксплуататоров», предпринимателей со своими средствами производства и чужой рабочей силой.

Чаянов вступал в явное противоречие с этими лозунгами, утверждая, что успехи кредитной, сбытовой и машинной кооперации сами по себе поведут к уничтожению кулацкого (1-го) типа хозяйства, а пролетаризированный (6-й) тип хозяйств остается «за бортом» кооперативного движения, поскольку не имеет предмета для участия в кооперации («потребительское хозяйство не дает в их руки ничего для сбытовой кооперации, ничтожность посевной площади делает ненужным применение машин, объем же закупок и кредита не окупит собою паевого взноса в кооператив»).

«Аграрники-марксисты» инспирировали в 1927 г. дискуссию о дифференциации крестьянства и стали агрессивно нападать на позиции Чаянова и его школы. А поворот большевиков к политике «сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса» нанес по организационно-производственной школе смертельный удар.

Трагедия «ликвидации». Будучи в начале 1920-х гг. за границей, Чаянов, объясняя свой отказ эмигрировать, размышлял о том, как «превратить русскую проблему из проблемы борьбы за власть в проблему спасения и возрождения родины всеми живыми силами ее, в том числе и коммунистическими, поскольку они содержат в себе живое творческое начало»[XLVI].

Жестокий ответ на эти ожидания ученого и гражданина был дан И. Сталиным в угрожающей речи на Первой Всесоюзной конференция аграрников-марксистов, проходившей в дни первой крупномасштабной кампании культа «великого теоретика марксизма»: «Почему антинаучные теории “советских” экономистов типа Чаяновых должны иметь свободное хождение в нашей печати?»

Отбросив НЭП «к чорту» и обвинив недавнего ближайшего соратника Бухарина в «правом оппортунизме»», Сталин заявил, что «проводить ленинский кооперативный план — это значит подымать крестьянство от кооперации сбытовой и снабженческой к кооперации производственной, к кооперации колхозной». И дал «специалистам» из ГПУ — НКВД сигнал к «проверочно-мордобойной работе» со спе- циалистами-аграрниками, арестованными по сфабрикованному процессу «Трудовой крестьянской партии» (ТКП).

Заклейменные как «идеологи кулачества» и организаторы «вредительства в практической работе, направленного к срыву социалистического строительства», А. В. Чаянов и другие лидеры организационно-производственной школы, а также еще ряд экономистов (в том числе Н. Д. Кондратьев и Л. Н. Юровский) были репрессированы. Научное направление исчезло в пропасти «великого перелома».

После полуторагодичного заточения А. В. Чаянов был выслан в Алма-Ату, где с 1933 г. работал в Казахском сельскохозяйственном институте. Нарком земледелия Казахстана Н. Сыргабеков принял Чаянова своим научным консультантом. В 1937 и тот, и другой были арестованы и расстреляны.

Более благополучной оказалась судьба А. Н. Челинце- ва и Н. П. Макарова, уцелевших в годы Большого террора и доживших каждый до 90 с лишним лет, продолжавших, хотя и в гораздо более скромном масштабе, научную деятельность. Но реабилитированы они были лишь в 1987 г., когда было официально пересмотрено «дело ТКП».

Возвращение Чаянова. При жизни Чаянова несколько его работ было издано в немецком переводе. Во второй половине XX в. они привлекли внимание западной и азиатской общественной мысли как объяснение торможения «модернизации» в освободившихся от колониальной зависимости отсталых аграрных странах. Подтвердились слова Чаянова, что «сегодня, когда наш мир постепенно перестает быть только европейским миром, а Африка и Азия с их

специфическими экономическими формациями все больше и больше будут входить в круг нашей жизни и культуры, мы тем больше будем вынуждены посвящать наш теоретический интерес проблемам некапиталистических экономических систем». Построенная Чаяновым модель семейного разделения труда и трудопотребительного баланса, теоретический анализ семейно-трудового хозяйства как относительно автономной и исторически живучей формы со своей стратегией выживания и использования ресурсов стали аналитическим импульсом не только в разработке обширного круга проблем «крестьяноведения», но и для «экономической палеонтологии»1.

В 1988 г. было широко, хотя и с большим налетом приторной помпезности, отмечено 100-летие со дня рождения А. В. Чаянова на его родине. К сожалению, в постсоветской России идеи ученого оказались невостребованными. 

<< | >>
Источник: Гловели Г. Д.. История экономических учений : учеб, пособие для бакалавров. 2013

Еще по теме Теория семейно-трудового хозяйства и стадий кооперации А. Чаянова:

  1. А. В. ЧАЯНОВ И ЕГОТЕОРИЯ СЕМЕЙНОГО КРЕСТЬЯНСКОГО ХОЗЯЙСТВА
  2. Чаянов А. В.. Организация крестьянского хозяйства. // Избранные труды. - М.: Экономика, 1991
  3. Принципы семейно-трудового хозяйствования
  4. ГЛАВА VII СЕМЕЙНОЕ ХОЗЯЙСТВО КАК ОДНО ИЗ СЛАГАЮЩИХ СИСТЕМЫ НАРОДНОГО ХОЗЯЙСТВА И ВОЗМОЖНЫЕ ФОРМЫ ЕГО РАЗВИТИЯ
  5. Судьбы учения о семейном крестьянском хозяйстве
  6. Истоки семейно-трудовой теории
  7. ОСОБЕННОСТИ ТРУДА И ТЕНДЕНЦИИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ТРУДОВЫХ РЕСУРСОВ В ТОРГОВЛЕ ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ КООПЕРАЦИИ
  8. ГЛАВА II МЕРА САМОЭКСПЛУАТАЦИИ ТРУДОВЫХ СИЛ КРЕСТЬЯНСКОЙ СЕМЬИ. ПОНЯТИЕ ВЫГОДНОСТИ В ТРУДОВОМ ХОЗЯЙСТВЕ
  9. ГЛАВА VI НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННЫЕ СЛЕДСТВИЯ, ВЫТЕКАЮЩИЕ ИЗ ОРГАНИЗАЦИОННЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ СЕМЕЙНОГО ХОЗЯЙСТВА
  10. Трудовая теория стоимости и теория полезности
  11. Семейное предпринимательство и семейный менеджмент
  12. Глава 3. ТРУДОВЫЕ РЕСУРСЫ В МИРОВОМ ХОЗЯЙСТВЕ
  13. ОЧЕРКИ ПО ТЕОРИИ ТРУДОВОГО ХОЗЯЙСТВА. ВЫП 1. СООТНОШЕНИЕ ПРОИЗВОДСТВА И ПОТРЕБЛЕНИЯ
  14. ГЛАВА V КАПИТАЛ В ТРУДОВОМ ХОЗЯЙСТВЕ
  15. ГЛАВА 7 ТРУДОВЫЕ РЕСУРСЫ И ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ ТРУДА В СЕЛЬСКОМ ХОЗЯЙСТВЕ
  16. ОЧЕРКИ ПО ТЕОРИИ ТРУДОВОГО ХОЗЯЙСТВА
  17. Система А. В. Чаянова и метод ее изучения
- Бюджетная система - Внешнеэкономическая деятельность - Государственное регулирование экономики - Инновационная экономика - Институциональная экономика - Институциональная экономическая теория - Информационные системы в экономике - Информационные технологии в экономике - История мировой экономики - История экономических учений - Кризисная экономика - Логистика - Макроэкономика (учебник) - Математические методы и моделирование в экономике - Международные экономические отношения - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги и налолгообложение - Основы коммерческой деятельности - Отраслевая экономика - Оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Политэкономия - Региональная и национальная экономика - Российская экономика - Системы технологий - Страхование - Товароведение - Торговое дело - Философия экономики - Финансовое планирование и прогнозирование - Ценообразование - Экономика зарубежных стран - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика машиностроения - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика полезных ископаемых - Экономика предприятий - Экономика природных ресурсов - Экономика природопользования - Экономика сельского хозяйства - Экономика таможенного дел - Экономика транспорта - Экономика труда - Экономика туризма - Экономическая история - Экономическая публицистика - Экономическая социология - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ - Эффективность производства -