<<
>>

13 Почему Англия, а не Китай, Индия или Япония ?

  Люди этого острова Япония добродушны, учтивы превыше всякой меры и доблестны на войне; правосудие у них сурово исполняется без какой-либо пристрастности к нарушителям закона. Управляют японцами на самый просвещенный манер.
Поистине, не найдется в мире страны с более просвещенным правительством.

Уильям Адаме (1612)*

В предыдущей главе отмечалось, что внезапность произошедшей в Англии промышленной революции была в большей степени кажущейся, чем действительной. Благодаря тому что резкое возрастание численности населения совпало с улучшением перспектив торговли с такими производителями сырья, как США, скромное повышение темпов технического прогресса в Англии около 1800 года выглядит едва ли не одномоментным преобразованием всей экономики. В реальности же Англия в 1850 году в техническом плане лишь немного опережала таких конкурентов, как США или Нидерланды.

Также в главе 12 отмечалось, что ускорение темпов роста производительности обеспечивалось в первую очередь возросшим предложением в сфере инноваций. Люди по-разному реагируют на стимулы, существующие в течение столетий. Это различие реакций привносило

; Rundall, 1850, р. 32.

360

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,   А  НЕ   КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ   ЯПОНИЯ?

динамику в институционально стабильный режим частной собственности в доиндустриальной Англии. Свойства населения изменялись в результате действия дарвиновского отбора. Англия оказалась в авангарде развития благодаря тому, что в ней с 1200 года, а может быть, и с еще более раннего времени царили мир и спокойствие. Культура среднего класса распространялась по всему обществу посредством биологических механизмов.

Но все эти наблюдения все равно оставляют без ответа несколько вопросов: почему те же самые условия не привели к одновременной или даже более ранней промышленной революции в Японии, в дельте Янцзы или в Бен-галии? Какие черты Европы обеспечили ей лидерство? Почему крохотная Англия, население которой в 1760 году составляло около 6 млн человек, совершила у себя промышленную революцию, в то время как в одной только Японии в условиях развитой рыночной экономики проживало около 31 млн человек, а в Китае —почти 270 млн? Например, Эдо (ныне—Токио) со своим миллионом жителей был в XVIII веке крупнейшим городом мира.

В последние годы этот вопрос был еще острее поставлен в таких книгах, как «Великое расхождение» Кеннета Померанца*. Померанц считает, что в большинстве отношений густонаселенное ядро Китая — такие его области, как дельта Янцзы —в 1800 году ничем не отличались от северо-западной Европы в смысле «коммерциализации, коммодификации товаров, земли и труда, задаваемого рынком экономического роста и приспособления домохозяйств в плане фертильности и распределения труда к экономическим тенденциям». Далее Померанц указывает, что подобное рыночное развитие и специализация сами по себе не вели к «индустриальному прорыву». Экономика обоих регионов по-прежнему не могла найти выхода из «протоиндустриального тупика», когда постепенный рост мог привести только к повышению численности населения, но не уровня жизни**.

* Pomeranz, 2000. ** Ibid., p. 107, 264.

361

ЧАСТЬ  II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ   РЕВОЛЮЦИЯ

Таким образом, Померанц утверждает, что промышленная революция была не очередным этапом развития, как считаем мы в данной книге, а резким и неожиданным выходом из застойного доиндустриального равновесия. Источник этого европейского прорыва Померанц усматривает в двух географических случайностях—наличии угля и колоний. С точки зрения Померанца, главное препятствие на пути к ускоренному росту в давно сложившемся ядре мировых экономик было экологическим. Всем обществам до 1800 года приходилось производить ресурсы — пищу, источники энергии, сырье —на возобновляемой основе на ограниченных земельных площадях. «Развитые органические технологии» Европы и Азии к 1800 году подошли к своему естественному пределу. Характерное для промышленной революции грандиозное расширение выпуска таких энергоемких товаров, как железо, стало возможным лишь после того, как за пределами системы были найдены новые источники энергии и сырья.

Европа совершила этот скачок благодаря наличию обширных запасов угля поблизости от густонаселенных районов*. Кроме того, в распоряжении европейцев имелись относительно доступные и по большей части безлюдные просторы Америки, позволившие на время устранить экологические ограничения благодаря поставкам продовольствия и сырья в континентальных масштабах.

Именно этими географическими преимуществами, а не различиями в инновационном потенциале объясняется успех Европы и неудача Азии.

Померанц совершенно прав, утверждая, что Китай, а также, разумеется, и Япония в 1800 году мало отличались от Англии в том, что касалось рынков земли, труда и капитала. Например, недавнее исследование Кэрол Шюэ и Вольфганга Келлера, посвященное рынкам зерна в 1770-1794 годах, подтверждает идею о том, что рынки

* Даже Померанц вынужден признать, что крупномасштабную добычу угля накануне промышленной революции сделало возможным в 1712 году такое революционное новшество, как паровая машина Ньюкомена, позволявшая выкачивать воду из глубоких шахт: Pomeranz, 2000, р. 66, 68.

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,  А  НЕ   КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ?

ИСТОЧНИК: Shiue and Keller, 2006, figure 5.

РИС. 13.1.

Корреляция цен на зерно в зависимости от расстояний в Англии и в дельте Янцзы, 1770-1794 годы

зерна в Европе были ненамного более интегрированными по сравнению с китайскими*. На рис. 13.1 показана зависимость корреляции ежегодных цен на зерно от расстояний в Англии и в дельте Янцзы в 1770-1794 годах. Мы видим, что Англия в этом отношении была более интегрирована. Цены на зерно в любых двух местах этой страны лучше коррелировали друг с другом, из чего следует, что в Англии зерно более свободно перетекало с одного местного рынка на другой. Однако отличие от Китая было незначительным. На расстоянии в 50 миль корреляция цен при максимально возможной величине коэффициента, равном 1, составляла в Англии 0,88, а в Китае —0,77. На обоих этих рынках велась активная торговля зерном на значительные расстояния**.

Однако Померанц не сумел вырваться из критиковавшейся выше смирительной рубашки смитовских представлений. Он предполагает, что одних лишь рынков и стимулов достаточно для ускоренного экономического роста, если только не существует каких-либо препятствий внешнего характера.

Если в Англии происходил экономи-

* Shiue and Keller, 2006.

** Следует отметить, что Шюэ и Келлер придают большее значение

этим различиям.

362

363

ЧАСТЬ  II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ   РЕВОЛЮЦИЯ

ческий рост, а в Китае с его столь же обширными рынками и четко определенными правами собственности экономического роста не было, то проблема, по мнению Померанца, заключается в каком-нибудь внешнем неблагоприятном факторе —например, связанном с географией. Однако в ходе разговора о промышленной революции нами подчеркивалось, что она была порождена не сми-товским идеальным рынком, а различиями в реакции людей на издавна существовавшие рыночные стимулы.

И если мы рассмотрим показатели, свидетельствующие о появлении динамичного общества с доминированием среднего класса, в частности уровень образования и процентные ставки, то убедимся, что в этом отношении Англия к 1800 году, несомненно, опережала своих конкурентов*.

В недавних исследованиях Китая династии Цин (1644-1911) и Японии эпохи Токугавы (1603-1868) подчеркивается, что это были не статичные, технически окаменевшие общества, как традиционно предполагается. Поразительно, но с учетом их изоляции от европейских событий до 1800 года — вызванной как большими расстояниями, так и государственной политикой,—мы видим в них те же самые изменения, что и в северо-западной Европе. И в Японии, и в Китае с 1600 по 1800 год заметно вырос уровень образования. Со временем в этих странах произошли бы свои собственные промышленные революции. Хлопок появился в Японии лишь в конце Средних веков, и до эпохи Токугавы его там мало выращивали**. Тем не менее к концу XVII века, несмотря на тогдашнюю изоляцию Японии от остального мира, в стране возникла обширная хлопчатобумажная индустрия с центром в Осаке***. Хотя она не была механизирована, в Японии не наблюдалось недостатка в гидроэнергии, которой

* Джек Голдстоун также подчеркивал, что преимущество Англии в 1800 году заключалось в ее большей склонности к инновациям, хотя он объясняет это различие сложным сочетанием политических кризисов и институтов в обоих обществах: Goldstone, 1987.

** Первое несомненное упоминание о выращивании хлопка в Японии относится к 1429 году: Farris, 2006, р. 160.

*** Hauser, 1974.

364

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,   А  НЕ   КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ?

японцы могли бы воспользоваться, если бы осуществили у себя те же инновации, благодаря которым состоялась промышленная революция в Англии.

Но хотя эти общества и шли к промышленной революции, они развивались медленнее Англии и к концу XIX века, когда завершилась избранная ими по своей воле изоляция от Запада, заметно отставали от англичан.

НАСКОЛЬКО  БУРЖУАЗНОЙ  БЫЛА АЗИЯ В  1800  ГОДУ?

К 1800 году из всех азиатских экономик самой близкой к Англии в смысле социальных показателей была Япония. Притом что Япония со временем могла бы своими силами совершить промышленную революцию, в начале эпохи Токугавы в 1603 году она больше походила на средневековую Англию, чем на Англию 1760 года. Например, там по-прежнему были высокие процентные ставки. В середине XVII века процентные ставки по займам, бравшимся местными губернаторами (даймё) в ожидании поступлений от налогов на землю, составляли 12-15%, несмотря на то что эти займы были обеспеченными. Появившаяся в конце XVII века банковская система выдавала займы под обеспечение недвижимостью по средним ставкам в 15%, хотя более надежные заемщики могли получить деньги и под меньшие проценты*. Уровень грамотности в начале эпохи Токугавы также, по-видимому, был низким. В то время грамоте были обучены в основном лишь храмовые жрецы, и письменная документация велась только по таким важным вопросам, как права собственности на землю**. О сходстве японского общества со средневековым или римским миром в том, что касалось слабого владения счетом, можно судить по описанию Японии в 1577-1610 годах, составленному португальским иезуитом Жоаном Родригесом. От-

* Crawcour, 1961, р. 350, 356. В тот же самый период займы для надежных заемщиков выдавались в Англии по ставкам в 5-6%, а в Нидерландах ставки были еще ниже.

** Dore, 1965, р. 1-2.

365

ЧАСТЬ  II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ   РЕВОЛЮЦИЯ

мечая отсутствие таких болезней, как чума, и большую продолжительность жизни даже у простых японцев, Род-ригес пишет, что, по словам его собеседников, «в области Хоккоку был человек, проживший 700 лет, и мы знаем достойного доверия христианина, который видел его и встречался с ним наряду со многими язычниками, также знавшими его... Помимо того, в наше время в городе Ки-рику, что в царстве Хидзен, жил человек крепкого здоровья, который в 130 лет все еще играл в шахматы»*. Однако в эпоху Токугавы в Японии, как и в Англии, грамотность постепенно проникала во все слои общества. К 1700 году книги уже издавались тиражами до 10 тыс. экземпляров. В ответ на массовый спрос возникали коммерческие библиотеки, выдававшие книги за деньги**. В XVIII и XIX веках все чаще создавались сельские школы (тер-акоя). До 1804 года было основано 558 таких школ; с 1804 по 1843 год —3050; с 1844 по 1867 год к ним прибавилась еще 6691 школа***. В результате к моменту реставрации Мэйдзи в 1868 году уровень грамотности среди мужчин достигал 40-50%, асредиженщин 13-17%****. Тем не менее эти значения были существенно ниже, чем в северо-западной Европе накануне промышленной революции.

В Индии, Китае и Корее в XIX и начале XX века также сохранялись черты, делавшие их более похожими на средневековую Европу или на древний мир, чем на Англию накануне промышленной революции.

Например, в недавнее время разгорелись дискуссии об относительном уровне жизни в Индии и Англии около 1800 года*****. Этот показатель—как уже должно быть ясно из обсуждения мальтузианской экономики в первой части книги —ничего не скажет нам об относительной технической развитости или потенциале роста в двух этих экономиках. Однако скудность сведений о заработной плате в Индии до 1856 года красноречиво свидетель-

* Rodrigues, 1973, р. 50-51.

** Passin, 1965, р. 12.

*** Nakamura, 1981, р. 276.

**** Passin, 1965, р. 44-47.

***** Parthasarathi, 1998; Broadberry and Gupta, 2006.

366

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,   А  НЕ  КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ?

ствует о том, насколько более передовым было английское общество того времени по сравнению с индийским.

Для Англии у нас есть данные по заработной плате начиная с 1209 года, а к 1275 году источники этих данных имеются в изобилии. К XVIII веку мы уже располагаем статистикой по заработной плате для сотен различных городов по всей Англии. Сведения о заработной плане фиксируются церковными старостами, городскими корпорациями, чиновниками графств, в ведении которых находятся мосты и тюрьмы, лондонскими гильдиями, платившими за ремонт своей собственности, королевским двором, крупными религиозными организациями, такими как Вестминстерское аббатство, благотворительными заведениями, оксфордскими и кембриджскими колледжами, а также в домохозяиствах и поместьях крупных землевладельцев. Благодаря этому мы можем оценить не только заработную плату вообще, но и размер зарплаты у представителей разных профессий, типичную продолжительность рабочей недели, зависимость заработной платы от местности, а для периода после 1800 года даже предполагаемую продолжительность рабочего дня.

Напротив, в Индии—обществе континентального масштаба с населением, численность которого в 1800 году по крайней мере десятикратно превышала численность английского,—до XIX века мы сталкиваемся с поразительной скудостью сведений о заработной плате, ценах и численности населения. Если исключить сообщения Голландской и Английской Ост-Индских компаний и британских путешественников, то за весь период с 1200 по 1856 год в нашем распоряжении будут лишь данные о реальной заработной плате из «Айн-и-Акба-ри» — конторской книги могольского императора Акба-ра за 1595 год—несколько записей из архивов Тамилнада за 1768 и 1800-1802 годы, на которые ссылается Партхаса-ратхи, и сведения из маратхских источников, относящиеся к Пуне около 1820 года.* Средневековая Англия уже в 1209 году обладала несравненно более развитой системой документации по сравнению с Индией XVIII века.

* Divekar, 1989; Parthasarathi, 1998, p. 84.

367

ЧАСТЬ   II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ   РЕВОЛЮЦИЯ

Такое плачевное состояние статистики свидетельствует о том, что по уровню грамотности Индия в XIX веке лишь немного опережала средневековую Англию. Например, согласно переписи населения за 1901 год, уровень грамотности в Индии составлял 9,8% для мужчин и 0,6% для женщин.

Дополнительное представление о технической отсталости по крайней мере южной Индии в доиндустираль-ную эру нам дает архитектура этого региона. Виджаянага-ра, столица Виджаянагарской империи, с 1336 по 1660 год охватывавшей всю южную Индию, была в 1565 году разграблена, после чего покинута. Сейчас в руинах этого города, занимающих внушительную площадь в девять квадратных миль, среди впечатляющих каменных аркад и храмов ютятся в примитивных хижинах жители современного села Хампи (рис. 13.2). Тем не менее, несмотря на впечатляющий масштаб строений и покрывающие их изысканные барельефы, архитектура Виджаянагары намного более примитивна, чем та, что существовала в Европе еще до окончания Средних веков. Купол римского Пантеона, построенного около 125 года н.э., имеет 43 метра в диаметре. Диаметр купола Дуомо во Флоренции, завершенного к 1436 году, составляет 42 метра. Для строительства этих зданий требовались архитектурные и строительные навыки, на порядок превышающие те, которыми обладали создатели Виджаянагары.

Китай в 1800 году в смысле социального развития, по-видимому, занимал промежуточное место между Японией и Индией. Из исследования, проведенного в 1929-1933 годах Джоном Лоссингом Баком, следует, что грамотой владели 30% китайских мужчин. С 1882 по 1930 год охват китайцев образованием, похоже, не изменился, и, соответственно, таким же уровень грамотности, по всей вероятности, был и в 1882 году. Это наблюдение привело Эвелин Равски к выводу о том, что позднецинский Китай представлял собой «развитое, сложное общество... поразительно современное во многих отношениях»*.

'• Rawski, 1979, р. 17-18, 140; цит. с. 140.

368

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,   А   Н К   КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ.-1

РИС. 13.2.

Руины базара в Хампи (бывшая Виджаянагара),

среди которых разместилась современная сельская

школа

Тем не менее Китай XIX века по этому показателю все равно находится на уровне Англии XVII века.

Главной машиной массового образования в цинском Китае были благотворительные сельские школы. Поскольку число таких школ, согласно изысканиям Равски, выросло почти вдвое за период между 1750-1800 и 1850-1900 годами, то в конце XVIII века доступность образования, вероятно, была вдвое ниже, из чего следует, что уровень грамотности среди китайских мужчин в 1800 году мог составлять всего 15%*. Из этого также следует, что Китай, отличавшийся высоким по доиндуст-риальным меркам уровнем образования, все равно существенно отставал от уровня северо-западной Европы по состоянию на начало промышленной революции.

По сведениям Бака, средняя земельная рента, получаемая землевладельцами в различных регионах Китая, составляла в 1921-1925 годах 8,5%, вследствие чего Китай и в этом отношении больше напоминает древние обще-

* Ibid., p.90.

369

ЧАСТЬ II.  ПРОМЫШЛЕННАЯ РЕВОЛЮЦИЯ

ства, чем Англию или Нидерланды в 1800 году*. Величина земельной ренты в Корее в 1740-1900 годах также почти неизменно превышала уровень в 10%**.

Таким образом, создается впечатление, что азиатские конкуренты Англии—Япония, Китай и Индия—к 1800 году достигли намного меньших успехов в насаждении буржуазного образа жизни во всех слоях населения. Эти общества—или по крайней мере Япония и Китай —не были такими статичными, как полагали Смит и Мальтус. Они развивались по тому же пути, что и северо-западная Европа, хотя бы с точки зрения распространения образования, но не успели в этом развитии зайти достаточно далеко.

ПОЧЕМУ АЗИЯ ОТСТАВАЛА ОТ ЕВРОПЫ?

Мы уже говорили, что общественная эволюция в Англии имела биологическую основу, происходя под воздействием выборочного выживания отдельных социальных типов в институционально стабильном обществе с четко определенными правами частной собственности. При этом встает вопрос: почему хотя бы в Китае и Японии, где стабильные институты прав собственности имели еще более давнюю историю, не происходили такие же процессы, которые могли бы дать такой же результат даже раньше, чем в Англии?

Из-за неполноты демографических данных по Китаю и Японии до 1800 года и их почти полного отсутствия в Индии мы оказываемся в сфере умозрительных рассуждений. Однако все-таки можно выдвинуть два возможных объяснения.

Во-первых, мальтузианские сдержки, как ни странно, в 1300-1750 годах проявлялись в Англии намного более заметно, чем в Японии или в Китае. В табл. 13.1 приведены оценки численности населения для всех трех стран в районе 1300 и 1750 годов. В Англии население за эти 450 лет практически не выросло. При этом в Японии,

* Buck, 1930, р. 158.

**Jun and Lewis, 2006, figure 7.

370

13.  ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,  А НЕ  КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ:

ТАБЛИЦА 13Л.

Рост численности населения в Англии, Японии и Китае в 1300-1750 годах (млн человек)

ИСТОЧНИКИ: Англия: Clark, 2007a. Япония: Far-ris, 2006, p. 26, 165; в 1280 году численность населения оценивается в 5,7-6,2 млн человек. Китай: Perkins, 1969, р. 16; для 1300 года принята оценка численности населения в 1393 году.

по оценкам, оно увеличилось пятикратно, а в Китае — более чем троекратно. В Англии хватка мальтузианских законов ощущалась значительно жестче, чем в Азии. Процесс выборочного выживания в доиндустриальной Англии принимал намного более суровые формы.

В Китае население быстро росло, в частности, из-за наличия фронтира: в стране происходила постоянная миграция жителей из центра в слабозаселенные западные и южные провинции. Площадь обрабатываемых земель в Китае, по оценкам, увеличилась с 62 млн акров в 1393 году до 158 млн акров в 1770 году, чем в значительной мере и объясняется рост населения*. Напротив, в Англии площадь обрабатываемых земель к 1750 году, по-видимому, нисколько не возросла по сравнению с 1300 годом. В стране просто не осталось земель, пригодных для освоения. Резкое возрастание численности населения в Японии стало возможно благодаря чрезвычайным успехам в повышении урожайности риса.

Второе отличие Англии от Японии и Китая заключалось в том, что различия в фертильности, обусловленные размером дохода, и в Японии, и в Китае, по-видимому, проявлялись намного слабее. Вероятно, в японском

; Perkins, 1969.

371

ЧАСТЬ  II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ   РЕВОЛЮЦИЯ

и китайском обществе не было постоянного потока выходцев из богатых слоев, которые бы спускались на нижние ступени социальной иерархии, принося с собой нравы и культуру среднего класса. К сожалению, доступные для изучения богатые группы в обеих странах принадлежали к наследственной знати: к самураям в Японии и к цинской аристократии в Китае. Было бы полезно исследовать и слой богатых простолюдинов, однако по ним у нас не имеется никаких данных.

О степени репродуктивного успеха японских самураев мы можем судить исходя из частоты усыновлений. Оно применялось ради продолжения рода всякий раз, когда у главы рода на момент смерти или отставки не было живых сыновей. Изучению в данном случае подвергались местные чиновники из числа самураев, обладавшие наследственными правами на свои должности и на соответствующее жалованье, которое в большинстве случаев составляло от 50 до 15 тыс. коку риса. Поскольку 10 коку риса равнялись годовому заработку работника в Англии XVII века, эти самураи были очень богатыми даже по английским стандартам.

Тем не менее в этих семьях усыновления происходили очень часто. В XVII веке, когда японское население росло стремительными темпами, уровень усыновлений составлял 26,1%, из чего следует, что уровень фертиль-ности среди самураев был таким же, как у богатых классов в Англии. Однако в XVIII веке уровень усыновлений возрос до 36,6%, то есть фертильность самураев в то время не отличалась от фертильности англичан, владевших всего 4 акрами земли или коттеджем. В XIX веке уровень усыновлений поднялся еще выше, до 39,3%. На рис. 13.3 показано, как изменялась по столетиям доля самураев, у которых имелся хотя бы один выживший сын, в зависимости от их состояния по сравнению с аналогичной долей богатых англичан в 1620-1638 годах. Самурай, владевший средним состоянием, в Англии принадлежал бы к самым богатым слоям общества. Соответственно, после 1700 года предполагаемая фертильность у самураев была намного ниже, чем у богатых англичан.

372

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,   А  НЕ   КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ?

Поскольку в Англии при чистом уровне замещения, равном 1, выжившие сыновья имелись примерно у 55% мужчин, из этого следует, что чистый уровень замещения у самураев, несмотря на их значительное богатство, после 1700 года был лишь немногим выше, чем в среднем по Японии во времена, когда численность населения оставалась неизменной. Поскольку усыновлялись почти исключительно младшие сыновья из тех самурайских семей, в которых сыновей было много, то в доиндустриаль-ной Японии не имелось постоянного притока лишившихся своего положения самураев в ряды простонародья*.

Сведения по фертильности китайской элиты мы находим в генеалогических архивах императорского дома Цин. Изучению в данном случае подвергались члены императорской семьи, проживавшие в Пекине в 1644-1840 годах. Применительно к этой группе Ван Фэн, Джеймс Ли и Кэмерон Кэмпбелл вычислили общее число рождений на одного женатого мужчину, прожившего не менее 45 лет, — как для моногамных, так и для полигамных мужчин, по десятилетиям, к которым относится рождение первого ребенка**. На рис. 13.4, составленном по данным этих авторов, изображена приблизительная оценка «суммарного коэффициента фертильности» у всех мужчин, принадлежавших к императорскому роду***. Среднее значение коэффициента фертильности за период 1750-1849 годов составляло 4,8, хотя еще в начале XVIII века оно равнялось приблизительно 7.

Эта величина превышает суммарный коэффициент фертильности у мужчин в доиндустриальном Китае, по оценкам, составлявший лишь около 4,2****. Однако

* Moore, 1969, р. 619. В Yanamura, 1974, р. 104, приводятся данные по знаменосцам — еще более богатому классу самураев периода Эдо, —свидетельствующие об еще более высоком уровне усыновлений, достигавшем в XVIII веке 52%.

** Feng et al., 1995, p. 387.

*** Это лишь грубая оценка, поскольку авторы не приводят данных ни о доле неженатых мужчин по десятилетиям, ни о доле моногамных и полигамных браков.

**** В главе 4 мы видели, что общий уровень фертильности для замужних женщин составлял около 5, однако при этом примерно каждый

373

ЧАСТЬ  II.   ПРОМЫШЛЕННАЯ  РЕВОЛЮЦИЯ

Самураи, XVII в Самураи, XVIII

13.   ПОЧЕМУ АНГЛИЯ,  А  НЕ  КИТАЙ,   ИНДИЯ   ИЛИ  ЯПОНИЯ?

РИС. 13.3.

Фертильность у самураев по столетиям по сравнению

с фертильностью у англичан в 1620-1638 годах в зависимости

от размера состояния

РИС. 13.4.

Суммарный коэффициент фертильности у мужчин из императорского дома Цин

различие в пользу императорского дома относительно невелико. На этой же диаграмме показаны как суммарный коэффициент фертильности для мужчин в Англии до 1790 года, который был равен приблизительно 4,75, так и суммарный коэффициент фертильности у богатых мужчин по данным выборки из завещаний XVII века, который равнялся примерно 8,1. Таким образом, в Англии различие в пользу богатых было намного более заметным. На примере богатых слоев, представлявших собой, правда, несколько обособленную группу, мы видим, что -• в доиндустриальных Японии и Китае богатые, вероятно, имели некоторое репродуктивное преимущество над бедными. Правда, очевидно также, что это преимущество было намного менее выраженным, чем в доиндуст-риальной Англии. Имеющиеся у нас источники не дают возможности выяснить причину этого различия. Однако

пятый мужчина не мог найти себе жену из-за практиковавшихся детоубийств.

волна нисходящей мобильности, затопившая доиндуст-риальную Англию, в Китае и Японии должна была представлять собой не более чем незначительную рябь.

Соответственно, на вопрос «Почему Англия? Почему не Китай, Индия или Япония?» мы можем дать следующий ответ. Китай и Япония с их давней историей оседлых стабильных аграрных систем независимо шли по той же траектории, которую проделала северо-западная Европа в период 1600-1800 годов. Это были не статичные общества. Однако этот процесс происходил там медленнее, чем в Англии,— вероятно, вследствие действия двух важных факторов. Во-первых, в период 1300-1750 годов население в Китае и Японии росло быстрее, чем в Англии. Во-вторых, демографическая система в обоих этих обществах обеспечивала меньшие репродуктивные преимущества для богатых людей, чем в Англии. Можно предположить, что преимущества Англии заключались в быстром культурном, а возможно также и в генетическом, распространении ценностей экономически успешного слоя по всему обществу в 1200-1800 годах.

374

375

<< | >>
Источник: Кларк Г.. Прощай, нищета! Краткая экономическая история мира.. 2012

Еще по теме 13 Почему Англия, а не Китай, Индия или Япония ?:

  1. Восточно-Азиатская экономическая модель, или Почему Китай — не Россия?
  2. КИТАЙ VS. ИНДИЯ
  3. Глава 6 Почему Китай — не Россия?
  4. Почему клиенты не покупают или чего они бояться
  5. Отправляем пингвинов на Южный полюс, или почему мультфильм лучше видео
  6. Противоречия товара. Глубинные предпосылки кризиса, или Почему бизнес осенью 2008 г. начал требовать государственной поддержки
  7. Индия
  8. 4. Индия
  9. Глава 16 Почему попкорн в кинотеатрах стоит дороже, и почему неверен очевидный ответ
  10. Индия. 
- Бюджетная система - Внешнеэкономическая деятельность - Государственное регулирование экономики - Инновационная экономика - Институциональная экономика - Институциональная экономическая теория - Информационные системы в экономике - Информационные технологии в экономике - История мировой экономики - История экономических учений - Кризисная экономика - Логистика - Макроэкономика (учебник) - Математические методы и моделирование в экономике - Международные экономические отношения - Микроэкономика - Мировая экономика - Налоги и налолгообложение - Основы коммерческой деятельности - Отраслевая экономика - Оценочная деятельность - Планирование и контроль на предприятии - Политэкономия - Региональная и национальная экономика - Российская экономика - Системы технологий - Страхование - Товароведение - Торговое дело - Философия экономики - Финансовое планирование и прогнозирование - Ценообразование - Экономика зарубежных стран - Экономика и управление народным хозяйством - Экономика машиностроения - Экономика общественного сектора - Экономика отраслевых рынков - Экономика полезных ископаемых - Экономика предприятий - Экономика природных ресурсов - Экономика природопользования - Экономика сельского хозяйства - Экономика таможенного дел - Экономика транспорта - Экономика труда - Экономика туризма - Экономическая история - Экономическая публицистика - Экономическая социология - Экономическая статистика - Экономическая теория - Экономический анализ - Эффективность производства -