<<
>>

ДИРЕКТОРСКИЕ БУДНИ

Генеральный директор стоял перед выбором - либо избирательный провал на годогзом собрании акционеров, либо досрочная пен- сия. Иного развития событий надвигавшийся июнь принести не мог.
А ведь совсем недавно, каких-нибудь три года назад, в радужном девяносто шестом, Савинов Андрей Петрович стал руководителем Комбината. Это было несложно. Прежний директор скоропостижно скончался накануне новогодних праздников. Так уж получилось, что Андрей Петрович узнал об этом одним из первых — позвонила двоюродная сестра, работавшая в кардиологии. Однако он не бросился к телефону и не стал выражать соболезнования молодой супруге покойного; он даже не подумал о том, как лучше организовать гражданскую панихиду. Андрей Петрович поехал в ночной клуб. Странное решение, тем более для заместителя генерального директора по кадрам, мужчины солидного, выходящего на шестидесятилетний рубеж. Ближе к полуночи посетители клуба «Такси» могли наблюдать следующую картину: немолодой коренастый господин о чем-то долго говорил с ведущим клубным ди-джеем Коксом. Посетители не знали, о чем шел разговор, тем более они не могли знать, что видят Кокса в стенах этого клуба последний раз. Приехав домой, Андрей Петрович, несмотря на позднее время, сделал один-единственный телефонный звонок: он звонил в Москву. Необычное поведение господина Савинова объяснилось только через пол года на годовом собрании акционеров. Прежнему директору принадлежало 37 % обыкновенных акций Комбината. Остальные акционеры довольствовались маленькими пакетами, лишь у местного хлебозавода было 15 %, и то благодаря дружеским отношениям директоров двух предприятий. Сложив эти два пакета, можно было понять, что все органы управления подчинялись одному человеку. Годовое собрание акционеров потрясло северный городок. Оказалось, что прежний директор, несмотря на активно распространяемые слухи, так и не вступил в брак после смерти первой жены и проживал со своей секретаршей, не оформляя отношений.
Единственным наследником всего состояния оказался его непутевый сын, известный молодой части города как ди-джей Кокс. Но его не оказалось на общем собрании акционеров. Дело в том, что, вступив в права наследства, молодой человек продал доставшийся ему пакет акций широко известному московскому банку, представитель которого и голосовал по всем вопросам повестки дня годового собрания, Главной же новостью для мелких акционеров Комбината стало избрание генеральным директором ничем не примечательного заместителя директора по кадрам. Прошло три года, но Андрей Петрович все так же ясно видел перед собой удивленные лица акционеров в момент оглашения итогов голосования. Ну кому, какие ему, знакомому с подноготной всех работников Комбината, было не знать, что директор не женат. Кто, как не он, первым сообщил новоявленному наследнику о случившемся и убедил его продать акции, упирая на то, что Москва ждет - не дождется, когда провинциальный ди-джей откроет там ночной клуб. Именно он, полагая, что директор долго не протянет с больным сердцем, вышел на московский банк с предложением за бесценок купить основной пакет акций крупнейшего российского производителя «очень-нужной-продукции». Ну а назначение на пост директора входило отдельным пунктом в негласную сделку с банком. На первый взгляд все выглядело очень просто — любой бы справился с этой задачей, и лишь сам виновник своего торжества осознавал стратегический размах проведенной операции. Наиболее сложным этапов всей этой операции являлось знакомство со столичными банкирами С одним из них Андрей Павлович сошелся несколько лет назадг когдь Комбинат намеревался брать солидный кредит. Группа бизнесменов приехала в город, чтобы познакомиться с руководством компании и осмотреть имущество, передаваемое в залог. Каким-то чудом Андрею Петровичу удалось войти в число принимающих делегацию (откровенно говоря, чудо звали Леночкой, и она только-только стала новым секретарем директора; Андрей Петрович подарил ей золотой кулончик с барашком, а она впечатала его в нужный список — вот и все чудеса).
После аэропорта и долгой дороги гостей повезли в баню, построенную еще в советское время на территории заводского профилактория. Именно там Андрею Петровичу было суждено раскрыть свои тайные таланты и достоинства. Все дело в том, что будущий директор был отличным массажистом. Обычно Андрей Петрович не любил хвастаться сво ими уникальными способностями, однако в тот раз был особый случай. Директор комбината с удивлением наблюдал, как ловко его кадровик ублажает московских гостей, по очереди занимавших горизонтальное положение на полке в парилке. Москвичи остались довольны — долго жали в предбаннике руку героя, благодарили за чудные минуты и выпивали за его здоровье. Ближе к концу вечера один из банкиров вышел покурить на свежий тзоздух, Андрей Петрович решил последовать за ним. Выйдя на крыльцо, он попросил у гостя сигарету, и глубоко затянувшись, взглянул вверх. Черное бездонное северное небо, утыканное льдинками далеких звезд, недоверчиво оглядывало курящих. — Л вы верите в теорию бумеранга? — прервал молчание банкир. — Что? — Андреи Петрович задумался и не расслышал вопроса — В теорию, согласно которой к человеку возвращается все хорошее, ч го он сделал в жизни, равным образом, как и плохое. — Да, наверное, — пожал плечами господин Савинов. — Андрей Петрович, - начал гость, — вы давно работаете иа Комбинате? — В этом году тридцать лет будет, — отвечал заводской старожил. — Сначала в литейном цехе разнорабочим, потом армия, институт, ну и дальше на разных должностях. — Любите свой завод? — банкир повернул голову и заглянул в глаза собеседнику. — Да, наверное, — полушепотом произнес Андрей Петрович, неожиданно ощущая, как ему становится неуютно от этого пронизывающего взгляда. — Мы с вами, наверное, больше не увидимся, — продолжал банкир, — финансовые вопросы вы не решаете, производством тоже не занимаетесь, следовательно, в ближайшие дни наши пути пересекаться не будут. Сомневаюсь я, что ваш директор отважится брать кредит иа наших условиях, сильно сомневаюсь, а значит, больше нам с вами в одной баньке не париться.
Возьмите мою карточку, меня зовут Сергей Владимирович, если еще не забыли, — банкир вытащил из сигаретной пачки свою визитку, — здесь рабочий и домашний телефоны. Если вам Зудет, что мне сказать по поводу вашей любви к Комбинату, буду рад юслушать, — и, затушив сигарету, Сергей Владимирович неторопливо пошел в дом. Андрей Петрович верил в судьбу: неспроста, ой неспроста такой большой человек — владелец банка, это сказал один из водителей столичных гостей, — дал ему, совершенно обыкновенному директору по кадрам, свою визитную карточку. Что любопытно, директору Комбината он своей визитки не оставил. Почему? Л кто его знает, не оставил н все тут. Странный человек. Несколько лет спустя, когда Савинову пришлось ездить в Москву, улаживая вопросы наследства и подтверждая свои гарантии, он выяснил интересную вещь — оказывается, банкир очень редко звонил своим партнерам на мобильные телефоны. Если ему требовалось срочно найти кого-нибудь, он просил об этом своего секретаря, та дозванивалась и просила перезвонить Сергею Владимировичу на работу или домой — в зависимости от его местонахождения. Если же банкир лично звонил кому-то на мобильный — это говорил о о его крайней степени гнева и недовольства, что не сулило собеседнику ничего хорошего. «Он что, их физически устраняет?» — спросил Андрей Петрович у рассказывавшего эту историю банковского клерка. «Ну, зачем же устранять, есть другие, более эффективные способы», — ответил клерк и улыбнулся такой нехорошей улыбкой, что Андрею Петровичу как-то сразу расхотелось задавать дополнительные вопросы. За три года своего руководящего положения Андрею Петровичу удалось многое. Разумееуся, он прекрасно понимал, что его положени на Комбинате не было устойчивым. Он не имел ни акций, ни близки друзей-акционеров. С Сергеем Владимировичем он виделся всего тр раза; обычно он контактировал с его заместителями. Московские хоз*. ева, правда, благоволили ему, однако где гарантия, что, вникнув в дела Комбината, они не найдут более подходящую кандидатуру на столь высокий пост? Именно это, а не трудовые промахи, как могло бы показаться, стало причиной увольнения двух коммерческих директоров, трех заместителей директора по снабжению, а также главного инженера и, на всякий случай, начальника юридической службы (уж больно молодой и перспективный).
Решив проблему личной безопасности, Андрей Петрович активно начал удовлетворять материальные потребности. Надо признать, это у него получалось. Ни бонусы, ни проценты от годовой прибыли не могли помешать генеральному директору зарабатывать на Комбинате. Объемы падали, финансовые потоки уменьшались, директорские будни сменяли друг друга однообразной чередой платежных поручений. Внезапно все кончилось. Холодным февральским утром секретарь принесла факс, полученный из Москвы. Это был протокол заседания совета директоров Комбината. Обычный протокол, обычная повестка дня — о проведении годового общего собрания акционеров. Андрей Петрович пробежал глазами по тексту: совет директоров в составе, кворум имеется, определить повестку дня годового собрания... Взгляд остановился на двух последних вопросах повестки дня — «О досрочном прекращении полномочий генерального директора общества» и дивиденды, они автоматически переводятся в разряд голосующих. Судя по реестру акционеров, у банка нет привилегированных акции. Следовательно, — он пристально посмотрел на Андрея Петровича, - его пакет уменьшается до двадцати девяти целых шести десятых процента. - А почему вы считаете, что рабочие — те, у которых есть акции, — будут голосовать против моего увольнения? - спросил Андрей Петрович, про себя вспоминая свое прозвище на заводе — Савок. - Господин Савинов, у нас с вами целый месяц; за это время из вас президента сделать можно, не то что директора, — Кирилл Евгеньевич встал и прошелся по комнате. — Ну что, заключаем договор? - Да, — выдохнул генеральный директор. Май оказался на удивление холодным месяцем. Начавшие было расцветать белоснежным цветом яблони пожухли, зеленая листва вековых тополей съежилась — в город снова вернулась зима. Но Андрею Петровичу было некогда размышлять о перипетиях весенней погоды, генеральный директор учил речь. «Братья и сестры, к вам обращаюсь я в этот отвественный...» М-м-м-м... «ответственный момент». Господин Савинов никак не мог правильно произнести это злосчастное слово.
— Ну, как успехи? — в кабинет без стука забежал излучающий по- :л гглв Кирилл. — Да вот сложности, — директор сделал растерянное лицо и протяну;! молодому человеку листок с речыо. - Завтра ведь у меня радиооб- ращенпе к заводчанам, а это Т все никак не проговаривается... — Замените слово синонимом, — пробежав глазами первую строчку, бросил консультант, но, увидев, как изменилось лицо директора при упоминании слова синоним, ПОЯСНИЛ: — например «решающий», «важный*. - Думаете, пойдет? - начал было Андрей Петрович, но был прерван торопливым собеседником. - Пойдет, куда же денется. Но это мелочи. Значит так, сейчас я еду на хлебокомбинат, нужно сорок тысяч наличными. Давайте решим через бухгалтерию. - Сколько? — оторопел директор. — Сорок тысяч рублен, — на протяжный манер произнес молодой человек. — Может быть, где-нибудь на Урале охота на медведя стоит дешевле, но с местными лесниками удалось сойтись на этой сумме. “ Хорошо, я позвоню в бухгалтерию Генриетте Мефодьевне. Может быть, мне с вамп съездить? — спросил Андрей Петрович (про себя думая, что не надо будет ехать сегодня вечером в заводское общежитие). — Я же руководство хлебного хорошо знаю и они меня... - Да уж, они вас тоже неплохо. Отзывы о вас просто отвратительные. Умеете вы с людьми отношения коннектить. Учите лучше речь и готовьтесь к торжественному открытию душевой комнаты в общежитии. Это стратегически важно. Ну а я поехал шутить трабл33, — консультант взял низкий старт и исчез по направлению к бухгалтерии. Душевая комната окончательно вымотала генерального директора. За все время, пока Андрей Петрович руководил Комбинатом, он всего лишь одни раз заходил общежитие. Правда, об этом случае он предпочитал не вспоминать, так как был не совсем трезв н слабо ориентировался окружающей реальности. По свидетельствам очевидцев, он полагал, то находится на проходной, и требовал от вахтера провести его через вертушку, коси, к его изумлению, нигде не было видно. Стихийный митинг по торжественному поводу было решено проводить на нервом этаже в том самом холле, напоминавшем директору о досадной оплошности. Андрей Петрович вместе с тремя заместителя* мп стоял D центре зала на небольшой скамеечке, что позволяло ему чуть выделяться из толпы проживающих в общежитии рабочих. - Товарищи, покучпсе, ire закрываем прохода, продвигаемся вперед, - активно распоряжался комендант, — Сидоров, — его голос приобрел металлические потки, — у нас не курят, сколько раз повторять. - Кхе-кхе, — подал голос Андреи Петрович, - Тише, - рявкнул комендант. - Дорогие друзья, — продолжал директор, —я очень рад видеть вас здесь в этот весенний день. - Кто рад, а кто и ист, - буркнул мужской голос из задних рядов. Собрание одобрительно загудело. - Молчать, - заорал комендант. — Кто скалится? Мпхалепя, ты опять - We надо, — директор поморщился и махнул рукой па ретивого помощника. - Это действительно светлый и радостный день. Теперь каждый из вас вместо того, чтоб мыться п цеху па рабочем, так сказать, месте, сможет помыться здесь, дома, - люди молчали и директор продолжил: — Помшо, когда я был молод, у нас в общежитии не было душевой. Нам приходилось принимать душ где придется. Представьте: свободных мест не хватало, и мы залезали вдвоем, втроем, а то и впятером в одну душевую кабинку. Это взрослые-то мужики. Знаете, как нам было тесно и неудобно? — Андреи Петрович трагически воздел руки к потемневшему от времени и отсутствия своевременного ремонта потолку. Аудитория замерла, все молча смотрели па скорбное лицо директора. - Он, правду говорит, — выдохнула вахтерша баба Зина. — Он, правду... - Но теперь я вижу, что паши дети будут мыться в других условиях, в чистых, ухоженных душевых. Стоило ли ради этого работать, а? — Андрей Петрович грозно обвел взглядом притихших слушателей. — Конечно да. И несмотря ни на что, несмотря пи на какие пропеки, я буду делать все ради вас, я буду строить душевые, чего бы эго мне ни стоило... — пауза. — Может быть, и не свидимся с вами вот так больше. Закроет новый директор и душевые, и общежития, в городе будете квартиры снимать... — Андреи Петрович опустил голову... - Петрович, мы с тобой, — подал голос мифический Мнхаленя, — мы тебя в обиду не дадим. Ты говори, что делать-то, — мы поддержим. Рабочие заволновались. Каждый хотел выразить поддержку родному Петровичу, которого еще каких-нибудь сорок минут назад иначе как «Савок — большой роток» не называли. — Спасибо друзья, спасибо, — кокетливо улыбался директор. - Я ценю это. Ну а сейчас айда в душ, кто со мной? — и, махнув рукой па остолбеневшего коменданта, Андрей Петрович зашагал в душевую. «Поверили, - стучала в мозгу всего одна лишь мысль, — поддержат! 1!» Результаты охоты тоже превзошли все ожидания. Когда на следующее утро Андрей Петрович зашел в свой кабинет, он увидел лежащую па столе коп петую медвежью лапу, а рядом с ней в прозрачном файл шее, чуть измазанном жиром, красовался некий докумеш — директор хлебокомбината выдал-таки Кириллу доверенность па право голосования па общем собрании Это событие вдохновило Андрея Петровича, и, обретя второе дыхание, оп зашагал по цехам, рассказывая рабочим о негодяях из московского банка, забиравших все деньги Комбината, о том, что он сначала поверил их обещаниям возродить былую мощь родного предприятия, а когда ему удалось раскрыть их истинные намерения, его ре ш mi и уволить Вдень собрания в актовом зале Комбината собрались практически все акционеры. Счетная комиссия еле-еле уложилась в отведенные для регистрации два часа Июнь, как и предсказывал Андреи Петрович, выдался жарким. Из-за духоты стало плохо одной из бабушек, которая пришла на собрание еще за четыре часа до начала регистрации — боялась, не хватит мест. Акционеры толпились около входа, сжимая в руках красочные приглашения принять участие в собрании. Из динамиков доносились задорные песни «Русского радио», а слева от счетной комиссии, регистрировавшей участников, работал буфет, куда очередь была намного больше тянувшейся к столикам регистраторов. Внезапно разношерстная толпа притихла, послышался торопливый шепот: «Приехали, идут, идут...» Кто-то со злостыо добавил: «Оккупанты...» Представители банка слабо понимали, что происходит, ведь должно было пройти ординарное годовое собрание акционеров, на которое обычно больше пятидесяти миноритариев не являлось. Кроме того, неожиданно выяснилось, что в голосовании будут участвовать и владельцы привилегированных акций. Однако сильнее всего столичных гостей волновало другое — полные справедливым гневом взгляды рабочих Комбината. Нет, они не пытались наброситься па долгожданных гостей в отчаянной попытке вернуть захваченные обманом акции завода, они просто испепеляли глазами своих классовых врагов — речь директора п разъяснительная работа в цехах сделали свое дело. Наконец присутствовавшие заняли своп места и подошло время открытия собрания. Зал затих, ожидая кульминационной развязки мно годневной драмы, вот уже который день разворачивавшейся на территории Комбината. На собрании председательствовал Андрей Петрович. Ему не пришлось оправдываться за долги, за низкие показатели — все уже знали, кто виновник развала Комбината. В момент оглашения итогов голосования Андрей Петрович посмотрел на лица представителей банка — кроме удивления они ничего не выражали. Генеральный директор принимал поздравления, рабочие выбежали на сцену и начали качать любимого директора. Захватчики с позором пытались пробраться между кресел к выходу, однако радостная толпа заводчан закружила их и растворила в своем беснующемся потоке. Андрей Петрович, с каждым разом все выше поднимаясь над головами радостных сослуживцев, выкрикивал слова благодарности качавшим его людям, а в голове одна за другой вертелись мысли: сколько же всего еще предстоит сделать, и акции скупить, и совет директоров переизбрать, а еще Кирилл советует активы вывести, так, на всякий случай, мало ли что на следующем собрании произойдет... Когда триумфатор-директор, поправляя растрепанные волосы, спускался со сцены, неожиданно зазвонил мобильный телефон. Андрей Пет рович вытащил телефон из заднего кармана брюк и радостно приветствовал: «Вас слушают...» — Поздравляю, Андрей Петрович, — знакомые интонации резали слух. — Желаю удачи. Надеюсь, вы не пожалеете о том, что совершили... 11-2098
<< | >>
Источник: Молотников А. Е.. Слияния и поглощения. Российский опыт / Александр Молотников. — М.: Вершина. — 344 с.. 2006

Еще по теме ДИРЕКТОРСКИЕ БУДНИ:

  1. 8.9. ((Директорская болезнь», или ((Менеджерский синдром»
  2. из личного опыта
  3. 4. Диспетчерская служба и ее функции
  4. Все для рыбалки
  5. время для семьи
  6. 1.1. Зачем люди изучают историю
  7. 3.3. Новые масштабы жизнедеятельности
  8. Ситуации
  9. Revlon: бренд есть, прибыли нет
  10. Дальнейшее развитие проектного подхода
  11. Фирмы и их типология. Цели деятельности фирмы
- Антикризисное управление - Деловая коммуникация - Документоведение и делопроизводство - Инвестиционный менеджмент - Инновационный менеджмент - Информационный менеджмент - Исследование систем управления - История менеджмента - Корпоративное управление - Лидерство - Маркетинг в отраслях - Маркетинг, реклама, PR - Маркетинговые исследования - Менеджмент организаций - Менеджмент персонала - Менеджмент-консалтинг - Моделирование бизнес-процессов - Моделирование бизнес-процессов - Организационное поведение - Основы менеджмента - Поведение потребителей - Производственный менеджмент - Риск-менеджмент - Самосовершенствование - Сбалансированная система показателей - Сравнительный менеджмент - Стратегический маркетинг - Стратегическое управление - Тайм-менеджмент - Теория организации - Теория управления - Управление качеством - Управление конкурентоспособностью - Управление продажами - Управление проектами - Управленческие решения - Финансовый менеджмент - ЭКОНОМИКА ДЛЯ МЕНЕДЖЕРОВ -