Глава 17 МАРТ 2004 ГОДА

Ну и долго же меня мотало…29 Нарисовать детальную картину того утра в марте 2004-го совсем не трудно, притом что его историческая важность стала понятна только время спустя. Шон Паркер открыл глаза, внезапно разбуженный этой, положенной на музыку мыслью — навязчивая мелодия просочилась через ушной канал ему в мозг, инфицировала серое вещество, включила синапсы. Глядя в белый потолок и пытаясь сообразить, где он находится, Шон улыбнулся — с улыбки у него начинался каждый новый день. «Ну и долго же меня мотало». Он окончательно продрал глаза и потянулся. Его руки коснулись роскошной прохладной ткани огромной пуховой подушки — и тут он наконец полностью пришел в себя. Он лежал в кровати, стоявшей вплотную к стене маленькой спальни, голова утопала в подушке. Волосы спутались, несколько курчавых русых прядей разметались по наволочке. На нем была футболка и тренировочные штаны — исключительно по причине раннего утра. Пиджак Armani, радикально зауженные черные джинсы от Donna Karan и сшитая на заказ рубашка Prada ждали его на крючке по ту сторону двери в ванную. «Ну и долго же меня мотало». Теперь его улыбка была, пожалуй, не меньше, чем у Чеширского кота. Он точно знал, где проснулся, — там, где просыпаться было лучше всего. Он обвел взглядом свою тесную спальню: небольшой деревянный комод с зеркалом, полку с компьютерными книжками, торшер в углу, ноутбук с потухшим экраном на крошечном прикроватном столике. Повсюду валялась и беспорядочно висела одежда — на полу, на книжной полке, даже на торшере. Но Шона это совсем не напрягало, поскольку шмотки были большей частью его, а те, что ему не принадлежали, выглядели чертовски сексуально. Из чужих он заметил лифчик с рюшами, короткую юбку, топик на лямочках и модный пояс — такое носили почти все девушки-студентки Калифорнии. К счастью, стэнфордские студентки, невзирая на престижность университета, тоже одевались по-калифорнийски. И были при этом поголовно блондинками. Злобные брюнетки правили бал в Лиге плюща, зато очаровательным блондинкам принадлежало Западное побережье. Шон приподнялся на локте. Он понятия не имел, чьи это лифчик, юбка, майка и пояс, — они могли принадлежать гостье кого-то из соседей или подружке кого-то из гостей. На вопрос, почему вещи в его комнате, он ответить не смог. Возможно, он знает их хозяйку, а может, и нет. Но она его, скорее всего, знала — или, как минимум, думала, что знает. В Стэнфордском университете Шона Паркера знала каждая собака. Это было забавно хотя бы потому, что Шон там не учился. В здании, где он жил, обитали студенты, оно располагалось рядом с кампусом и фактически служило общежитием. Сам Шон студентом Стэнфорда не был и даже колледжа не кончал. Но это не мешало ему быть звездой кампуса. Конечно, он не мог тягаться славой со своим бывшим партнером по бизнесу Шоном Фэннингом, но тем не менее. В свое время два совсем еще юных парня совершили переворот в индустрии звукозаписи, запустив файлообменный сервис Napster — с помощью их сайта все желающие могли бесплатно доставать любую музыку, которой сами же делились друг с другом через Интернет. Napster пользовался неимоверным успехом и знаменовал собой настоящую революцию… Ну да, в конце концов затея рухнула — но даже рухнула она красиво. В Napster, одним из основателей которого Шон Паркер стал после того, как еще школьником познакомился в чате с Фэннингом, революционная составляющая затмевала коммерческую. Благодаря Napster открылся свободный доступ к любой музыке, открылась возможность ее скачивания — каждый обладатель компьютера мог отныне слушать все, что душе угодно. Свобода — не это ли главное в рок-н-ролле? Не это ли, по идее, главное в Интернете? Звукозаписывающие компании, разумеется, рассуждали по-другому. Эти компании — чтоб им сдохнуть — аки фурии набросились на парочку Шонов. Те отважно оборонялись, но финал схватки был с самого начала предрешен. Когда сервис окончательно накрылся, кое-кто обвинял в этом Шона Паркера — появились сообщения, что какие-то написанные им мейлы в конечном итоге помогли звукозаписывающим компаниям одержать верх в юридических баталиях. Его юношеская дурость стоила Napster жизни. Но, с другой стороны, стремление все выдавать наружу и ничего не держать в себе было не только бедой, но и сильной стороной Шона. Сам он ни о чем не сожалел. Он вообще никогда ни о чем не жалел. После закрытия Napster он мог бы впасть в спячку, тихо вернуться домой к родителям. Вместо этого Шон взялся за прежнее. Пару лет спустя он с двумя ближайшими друзьями принялся за разработку идеи, также основанной на обмене — на сей раз обмене электронными посланиями и контактной информацией. Сначала появился скромный бесплатный сервис, с помощью которого посылались запросы на обновление информации — со временем он превратился в стабильно работающую систему хранения самообновляющихся записных книжек. Друзья назвали ее Plaxo. Но и тут все скоро развалилось. Сама компания продолжала существовать и стоила теперь, поди, многие миллионы, а вот участию в ней Шона пришел конец. Финиш. Как это виделось Шону, его просто взяли и выперли из собственной компании. Причем сделали это совершенно мерзким способом. Мерзким изгнание было потому, считал Шон, что им занимался редкостный гад — классический злодей типа соперника Джеймса Бонда, жутко скрытный валлиец, чья мания величия могла сравниться разве что с его же банковским счетом. Увы, но именно Шон в свое время предложил привлечь в компанию этого монстра венчурных инвестиций. Майкла Морица не назовешь рядовым венчурным инвестором — он был, ни много ни мало, партнером Sequoia Capital30и идолом для большинства финансистов Кремниевой долины. Вложения в Yahoo и Google принесли ему такие несметные деньжищи, что уже давно никто не задавал ему лишних вопросов. Мориц, по мнению Шона, был хитер, скрытен и упрям. С самого начала они с Шоном бодались практически по любому вопросу. Шон был молод, мыслил свободно и любил рискнуть; Морица интересовали только деньги. Где-то через год после того, как Sequoia сделала инвестиции в компанию, Мориц решил, что Шон должен ее покинуть. Уйти из им же основанной компании?! Шон, естественно, отказался. В разгоревшейся затем битве он потерпел поражение. Двое ближайших друзей, с которыми он создавал компанию, уступили давлению со стороны Морица и совета директоров. Тогда Шон заявил, что уйдет, но только если ему сначала выплатят деньгами стоимость его доли в компании. После этого Sequoia вышла на тропу войны. Шон был уверен, что Мориц пошел по тому пути, какого и следовало ожидать от злодея антиджеймс-бондовского склада, — нанял сыщиков и велел им накопать компромат, который вынудил бы Шона уйти. Шон начал замечать, что по улицам за ним следуют машины с затемненными стеклами, что при разговорах по стационарному телефону в трубке раздаются непонятные щелчки. На сотовый стали поступать звонки с незнакомых ему номеров. Ему становилось жутковато. Может быть, его и вправду пытались на чем-нибудь поймать. Шон уже прославился благодаря Napster и Plaxo и, как любой в его возрасте, любил оттянуться на вечеринках. Любил девушек. Иногда сразу нескольких. Он был кем угодно, но только не святым. В свои двадцать с небольшим он пользовался репутацией рок-короля Кремниевой долины. Он говорил слишком быстро и так же стремительно мыслил. В его манере было что-то очень резкое, маниакальное — и от этого порой случались недоразумения. Неизвестно, попался Шон на чем-нибудь или нет, но он знает, что именно Мориц выставил его за дверь. Выгнал из собственной компании. Вынудил отдать ключи от своего создания. Вместе с компанией Шон потерял и двух лучших друзей. Все это было мерзко, жалко и, по мнению Шона, несправедливо. Но что произошло, то произошло. В Кремниевой долине подобная дрянь случается постоянно. С Plaxo для Шона Паркера было покончено, но в покое его не оставляли. После скандального дубля Napster-Plaxo желтые электронные медиа принялись за него с еще большим азартом. В их подаче Шон превратился в этакий образец распущенности и разгула: девочки, дизайнерские шмотки, высосанные из пальца истории про наркотики — кокс, кислота… Шон не удивился, если бы, открыв Gawker,31увидел там новость о том, как он ширяется кровью тюленей-бельков.
От мысли, что он — распущенный гуляка, самому Шону становилось смешно. Любому, кто знал его по городку Шантильи, штат Вирджиния, она показалась бы вконец уморительной. Там его помнили тощим задохликом с аллергией на арахис, моллюсков и пчелиные укусы, который не выходил из дома без шприца, наполненного лекарством. Не расставался он и с ингалятором, потому что страдал еще и астмой. То, что он был тощим, еще слабо сказано — на его худобу было страшно смотреть, двуспальной кровати ему хватало для того, чтобы делать упражнения, которыми остальные занимаются на спортивной площадке. И это — злодей из Кремниевой долины? Смех, да и только. Шон посмотрел на пол, где валялся лифчик с рюшами, и снова заулыбался. Да, он и вправду не без греха. Любит красиво пожить. От приставленных к нему сыщиков не укрылось, очевидно, что он любит девушек. Любит шляться по ночам и неслабо выпивает — не раз и не два его выставляли из ночных клубов. А вдобавок ко всему он не пошел в колледж — после запуска Napster бросил школу и с тех пор к учебе не возвращался. Он не был злодеем. Он был хорошим. И мыслил себя даже неким подобием супергероя, думал о себе не как о Шоне Паркере, а как о Бэтмене. Днем он Брюс Уэйн, который тусит с воротилами бизнеса, а ночью — спасающий мир Темный Рыцарь и веселый гуляка в одном лице. Вся разница в том, что, в отличие от Брюса Уэйна, у Шона пока нет денег. Создатель двух крупнейших интернет-компаний сидит без гроша. Ну да, Plaxo со временем сколько-нибудь да будет стоить. И ему с его доли в компании чего-нибудь перепадет — может, даже не чего-нибудь, а несколько десятков миллионов. Или сотен. А Napster, хоть и не принес Шону состояния, сделал ему имя. Кое-кто сравнивал Паркера с основателем Silicon Graphics Джимом Кларком, который приложил руку также к созданию Netscape и Healtheon. Шон уже дважды красиво выступил с интернет-проектами — для полного сходства с Кларком не хватало третьего. Чтобы не упустить свой шанс, он все время был начеку. На сей раз ему нужен был проект, который перевернет мир. И в отличие от большинства искателей удачи он наверняка знал, где именно ее искать. С непоколебимой, чуть ли не религиозной верой он делал ставку на социальные сети. Несколько месяцев назад Шон имел дело с ребятами из социальной сети Friendster. Помог им привлечь венчурные инвестиции, познакомил с полезными людьми — в частности, с Питером Тилем, который стоял у истоков PayPal и тоже повидал горя от разбойников из Sequoia Capital. Но Friendster Шону не подходил — там уже слишком многое было сделано, а он никогда не приходил на все готовое. Кроме того, у Friendster имелся большой недостаток — по сути, это был сайт знакомств. Хороший, не такой прямолинейный, как Match или JDate, но приспособленный главным образом для того, чтобы знакомиться с девицами и пытаться вступить с ними в электронную переписку. Потом Шон обратил внимание на MySpace, молодой и быстро развивающийся сервис, но решил, что это тоже не его. Сделан MySpace был здорово, но, на взгляд Шона, его нельзя было назвать в полном смысле слова социальной сетью. На сайте регистрируются не ради общения, а ради того, чтобы заявить о себе. Не сайт, а сборище самовлюбленных типов. Посмотрите на меня! Ну посмотрите! На мою дворовую рок-группу, мои юморные монологи, мои видеопробы, мое портфолио и так далее и тому подобное. Пользователи сайта из кожи вон лезут, лишь бы их кто-нибудь заметил. Если Friendster — это сайт знакомств, а MySpace — инструмент саморекламы, то какие еще остаются варианты? Шон этого не знал — но помнил, что где-то в подвале Шон Фэннинг корпит над социальной сетью, не менее революционной, чем был в свое время Napster. Главное теперь — не пропустить момент. Он понимал, что слишком высоко задрал планку. Его устроила бы только компания, которая потянет на миллиард долларов, — свой YouTube или Google. На меньшее не стоило тратить время. Он уже имел опыт с Plaxo, которая на миллиард не тянула, и ничего хорошего из этого не вышло. В следующий раз или миллиард — или ничего. Шон сел на кровати. Он был полон энергии. Пора за дела! На столике у кровати стоял открытый ноутбук, рядом с ним лежали женские часики. Ноутбук был не его — он мог принадлежать кому-то из соседей или их гостей. Чьим бы он ни был, до него можно было дотянуться не вставая с кровати, поэтому Шон решил воспользоваться именно им. Пора было проверить почту и заняться тем, чем он обычно занимался по утрам. Шон дотянулся до ноутбука и перетащил его к себе на колени. Через несколько секунд ноутбук ожил. Он уже был подключен к Интернету через стэнфордскую локальную сеть, а на экране был открыт какой-то сайт. Очевидно, неведомый владелец компьютера вчера вечером лазал по Интернету. Из любопытства Шон не закрыл сайт, а решил его посмотреть. Раньше он Шону не попадался, что было странно, поскольку он успел побывать чуть ли не на всех сайтах на свете. Сверху и снизу страницы шла голубая полоса — страница, очевидно, была главной. Слева в верхнем углу Шон увидел фотографию девушки — с красивыми светлыми волосами, очаровательной улыбкой и потрясающими голубыми глазами. Потом он заметил, что под фотографией есть сведения о ней. Пол — женский. Одинока. Предпочитает мужчин. Ищет друзей. Дальше шли списки уже найденных друзей, любимых книг, курсов, которые она посещает в Стэнфорде. Правее профиля было размещено написанное ею сообщение, а под ним — комментарии друзей. Все они, судя по стэнфордским адресам электронной почты, учились с ней в одном университете. И были ее настоящими друзьями, а не просто желающими с ней переспать, как на Friendster, или похвастаться своей новой рок-группой или там последней линией одежды, как на MySpace. Это была настоящая социальная сеть в онлайн. Она не рассыпалась, когда кто-то выключал компьютер. Не была статичной. Она была подвижной. Простой. Красивой. — Господи ты боже мой, — пробормотал Шон. Придумано гениально. Социальная сеть, рассчитанная на студентов. Это же элементарно. Единственной нишей, не охваченной социальными сетями, были университеты и колледжи — а ниша эта самая активная. Студенты невероятно общительны. В годы учебы у человека появляется гораздо больше знакомых, чем на любом другом этапе жизни. Friendster и MySpace упустили из внимания как раз тот слой людей, которому электронная социальная сеть нужна больше всего. Ну а этот сайт? Он, судя по всему, вгрызся прямо в золотую жилу. Шон опустил взгляд на нижнюю часть страницы. Там была одна любопытная строчка: Проект Марка Цукерберга. Шон улыбнулся. Ему эта надпись понравилась — очень понравилось, что создатель сайта поместил свое имя на видном месте. Шон запустил Google и занялся поиском. К его удивлению, информации было много, но исходила она в основном из единственного источника — «Гарвард кримсон», гарвардской университетской газеты. Сайт называется Thefacebook, его запустил второкурсник полтора-два месяца назад. За первые четыре дня на нем зарегистрировалось большинство студентов Гарварда. Через неделю у него было около пяти тысяч пользователей. Потом создатели открыли доступ на сайт для студентов других университетов. Теперь число пользователей приближалось к пятидесяти тысячам. Стэнфорд, Колумбийский, Йель… Офигеть, ну и темпы! Шон бормотал себе под нос: «Thefacebook, Thefacebook…» А почему не просто «Facebook»? Мелкие огрехи всегда бесили Шона. На инстинктивном уровне он стремился их исправить, загладить шероховатости. Сейчас он поймал себя на том, что поглаживает ладонью простыни на кровати, пытаясь выровнять складки. Шон усмехнулся: ко всем его неврозам не хватало еще обсессивно-компульсивного расстройства. Надо срочно звонить редакторам Valleywag: Шон Паркер — злодей-астматик, страдающий аллергией на арахис и обсессивно-компульсивным расстройством, берется за новый проект… Это была чистая правда. Он собирался разыскать Марка Цукерберга и посмотреть, что это за человек. Если ожидания не обманут, Шон поможет парню превратить Facebook в нечто невероятное. Миллиард долларов или ничего. Просто и ясно. Другого не предлагать. Два успешных проекта — Napster и Plaxo — за Шоном уже числились. Станет ли Facebook третьим?
<< | >>
Источник: Бен Мезрич. Миллиардеры поневоле Альтернативная история создания Facebook. 2011

Еще по теме Глава 17 МАРТ 2004 ГОДА:

  1. Глава 14 9 ФЕВРАЛЯ 2004 ГОДА
  2. Глава 20 МАЙ 2004 ГОДА
  3. Глава 26 ОКТЯБРЬ 2004 ГОДА
  4. Глава 12 14 ЯНВАРЯ 2004 ГОДА
  5. Глава 13 4 ФЕВРАЛЯ 2004 ГОДА
  6. Глава 24 28 ИЮЛЯ 2004 ГОДА
  7. Глава 27 3 ДЕКАБРЯ 2004 ГОДА
  8. Игнатов В.Г.. Государственное и муниципальное управление: Введение в специальность. Основы теории и организации: Учебное пособие. — М.: ИКЦ «МарТ»; Ростов н/Д: издательский центр «МарТ» — 448 с., 2005
  9. Постановление Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 19 мая 2004 г. № Ф04/2773-1137/А27-2004 г.
  10. ИЗМЕНЕНИЯ НЕСКОРРЕКТИРОВАННОЙ ДЕНЕЖНОЙ БАЗЫ (НОЯБРЬ 1985 ГОДА — НОЯБРЬ 1986 ГОДА)
  11. Глава 34 МАЙ 2008 ГОДА
  12. Глава 28 3 АПРЕЛЯ 2005 ГОДА
  13. Глава 29 4 АПРЕЛЯ 2005 ГОДА
  14. Глава 1 ОКТЯБРЬ 2003 ГОДА
  15. Глава 10 25 НОЯБРЯ 2003 ГОДА