загрузка...

Глава 15 КУМИР АМЕРИКИ

Человек на трибуне выглядел субтильным и сутулым, он слишком близко наклонялся к микрофону. Бесформенный бежевый свитер криво сидел на его костлявых плечах. Постриженная под горшок челка доставала почти до глаз. Громоздкие очки заслоняли большую часть рябоватого лица, поэтому различить его выражение было невозможно. Искаженный колонками голос звучал гнусаво и слишком высоко, речь временами сливалась в монотонное гудение — несколько секунд раздавалась одна и та же гортанная нота, и только потом снова можно было разобрать слова. Оратор из него никудышный. Однако само его присутствие, то, что он стоял в аудитории Лоуэлла, отбивая по трибуне ритм бледными руками, одаривая собравшуюся толпу перлами мудрости и по ходу двигая вверх-вниз индюшачьим кадыком, — все это вводило публику в транс. Слушатели — это в основном были ботанского вида студенты-компьютерщики, среди которых затесалось несколько экономистов, — ловили каждое произнесенное в нос слово. Стриженный под горшок мужчина был для своих адептов кумиром, рядом с ним они чувствовали себя вознесшимися на небеса. Эдуардо сидел рядом с Марком в задних рядах балкона и наблюдал за тем, как Билл Гейтс гипнотизирует слушателей. Несмотря на странную, почти аутистическую манеру говорить, Гейтс все же умудрился несколько раз сострить — на вопрос, почему он отчислился из университета, ответил, что у него «была отвратительная привычка прогуливать», — и поделиться с собравшимися несколькими мудрыми соображениями: что за искусственным интеллектом будущее, что здесь, в этой аудитории, быть может, сидят новые биллы гейтсы. Эдуардо заметил, как встрепенулся Марк, когда Гейтс отвечал на вопрос из зала: почему вы решили бросить учебу и основать свою компанию? Издав предварительно череду невнятных звуков, Билл сказал, что самое замечательное в Гарварде — то, что в него всегда можно вернуться и доучиться до конца. На этих словах Марк улыбнулся, что слегка напрягло Эдуардо — он знал, сколько сил и времени уходит у Марка на поддержание работы новорожденного сайта. Сам Эдуардо университет не бросил бы ни при каких условиях — для него такое немыслимо. Во-первых, этим он привел бы в ярость отца; в семье Саверин ничто не ценилось больше образования, а если ты провел какое-то время в Гарварде, но не получил диплома — это было бы равнозначно тому, что ты там вовсе не учился. Во-вторых, Эдуардо понимал, что предпринимательская деятельность сопряжена с рисками. И что не стоит ставить на карту свое будущее, пока до конца не просчитал, каким образом эта ставка принесет тебе богатство. Эдуардо настолько увлекся наблюдением за Марком, с восхищением глазеющим на Билла Гейтса, что не сразу обратил внимание на хихиканье, раздававшееся прямо у него за спиной. Он бы так и не обернулся, если бы сменивший веселье шепот не оказался стопроцентно девичьим. Пока Гейтс бубнил свое, отвечая на вопросы, Эдуардо посмотрел через плечо. Место непосредственно за ним пустовало, зато в следующем ряду он увидел двух девушек — они улыбались и показывали пальцами куда-то вперед. Обе были азиатками, симпатичными и накрашенными несколько ярче, чем принято краситься для похода на подобные мероприятия. У той, что повыше, длинные черные волосы были собраны почти на макушке в хвост, на ней была критически короткая юбка и белая, смело расстегнутая блузка; Эдуардо видел краешек ее красного кружевного лифчика, изумительно смотревшегося на смуглой гладкой коже. Вторая была в столь же короткой юбке и черных легинсах, которые подчеркивали эффектную лепку ее икр. У обеих девушек губы были накрашены красной помадой, вокруг глаз щедро наложены яркие тени — и обе они с улыбкой показывали пальцами на него. Ну ладно, не на него, а на них с Марком. Высокая девушка перегнулась через спинку пустого кресла и прошептала Эдуардо на ухо: — Твой друг — это Марк Цукерберг? Эдуардо удивленно поднял брови: — Ты знаешь Марка? До сих пор ни одна девушка его не узнавала. — Нет, но ведь это он сделал Facebook? Эдуардо весь сомлел, ощутив ухом тепло ее дыхания, вдохнув аромат ее духов. — Ну да. В смысле, Facebook — это наше. Мое и его. В речи из названия сайта все чаще выпадало начальное «the» — на кампусе его называли просто Facebook. С запуска сайта прошло всего две недели, но на нем были уже, похоже, все — то есть не «похоже», там действительно был весь Гарвард. По словам Марка, на сайте зарегистрировались пять тысяч человек. Это означало, что аккаунты на Facebook завели 85 процентов старшекурсников. — Прикольно, — сказала девушка. — Меня зовут Келли. А ее — Элис. На Эдуардо с девушками уже оглядывались соседи. Однако они и не думали возмущаться тем, что перешептывание мешает им с наслаждением впитывать мудрость Билла Гейтса. Эдуардо заметил, что соседи девушек тоже начали шептаться между собой и показывать пальцами — но не на него, а на Марка. Теперь о Марке знали все. Об этом позаботилась редакция «Гарвард кримсон», печатавшая одну за другой статьи о созданном им сайте — только за последнюю неделю их вышло три штуки. В газете цитировались высказывания Марка и даже был помещен его портрет. Эдуардо об интервью никто не просил — и это его более чем устраивало. Марка интересовало всеобщее внимание, а Эдуардо — лишь те выгоды, которые оно могло принести. Бизнес, который они затеяли, необходимо было продвигать, но Эдуардо не желал ради этого превращаться в знаменитость. Все, однако, шло к тому, что знаменитостью стать придется. За недолгое свое существование Facebook успел изменить жизнь Гарварда. Он исподволь, но прочно внедрился в университетскую повседневность: утром встаешь и проверяешь на сайте, кто пригласил тебя в друзья и какие из твоих предложений дружбы были приняты, а какие — отвергнуты. Потом уходишь по делам. Придя обратно домой, ищешь в Facebook девушку, которая ходит с тобой на одни занятия или которая просто встретилась тебе в столовой, и предлагаешь ей дружить. Ты можешь присовокупить к своему предложению несколько слов об обстоятельствах вашей встречи или о том, какие из указанных ею в профиле интересов близки и тебе. А можешь пригласить холодно, без объяснений, чтобы проверить, знает ли она вообще о твоем существовании. Зайдя на Facebook, девушка увидит приглашение, посмотрит твою фотографию и, возможно, согласится дружить. Марк создал замечательный сервис, невероятно ускорявший установление и развитие отношений между людьми. Но то, что он сделал, ни в коем случае не было сайтом знакомств, к каковым Эдуардо относил, например, Friendster. Хотя он и подавался как социальная сеть, Friendster — равно как MySpace, уже приобретший всеамериканскую популярность, — был рассчитан на поиск среди незнакомых тебе людей, с которыми можно попытаться завязать контакт. А через Facebook ты предлагаешь дружить людям, которых знаешь — может, и не близко, но, главное, знаешь. Это твои соученики — друзья твоих друзей, члены сообщества, к которому ты можешь присоединиться по своей инициативе или получив приглашение от тех, кто в нем уже состоит. В этом и заключалась гениальность замысла. Замысел принадлежал Марку, но Эдуардо тоже приложил к нему руку. Он дал деньги на аренду серверов, участвовал в обсуждении некоторых элементов сайта и идей, затем воплощенных Марком. Но они с Марком и вообразить не могли, что Facebook будет вызывать такое непреодолимое привыкание. Пользователи заходили на сайт по несколько раз за день: заменяли одну фотографию другой, что-то подправляли в сведениях о себе, в перечне своих интересов, обновляли список друзей. Благодаря Facebook университетская жизнь в значительной мере переместилась в Интернет. Сайт действительно преобразил студенческое общение. Однако, будучи очень удачной новинкой, в бизнес он пока не превратился. У Эдуардо имелись кое-какие соображения на этот счет — после лекции он как раз собирался обсудить их с Марком. Главное, что он хотел донести, — это то, что пришла пора зарабатывать на рекламе, что именно благодаря платным объявлениям Facebook начнет приносить деньги. Эдуардо понимал, что дело ему предстоит непростое. Марку сайт был нужен для развлечения, а не для наживы. А чего еще было ожидать от человека, школьником отказавшегося от миллиона долларов? Может, он так никогда и не захочет зарабатывать на Facebook… Эдуардо смотрел на вещи иначе. На Facebook были потрачены деньги — аренда серверов, правда, стоила недорого, но по мере роста числа пользователей за них придется платить все больше и больше. Вложенная Эдуардо тысяча долларов рано или поздно закончится. До тех пор, пока у их предприятия не появится модель получения прибыли, пока они не придумают, как зарабатывать деньги, оно будет оставаться всего лишь оригинальной игрушкой. Ценность предприятия, очевидным образом, возрастала — но для превращения ее в реальные деньги нужна была реклама. Им пора было создать модель ведения бизнеса, а для этого — сесть и все как следует обговорить. При этом важно, чтобы Марк не мешал Эдуардо проявить себя в том, что получалось у него лучше всего, — в масштабном мышлении. — Приятно познакомиться, — оторвавшись от этих размышлений, наконец отозвался Эдуардо. Девушки опять захихикали. Та, что повыше, Келли, склонилась совсем близко к нему и шепнула, почти касаясь губами его уха: — Напиши мне сообщение в Facebook. Может, встретимся, куда-нибудь сходим. Эдуардо почувствовал, что у него заполыхали щеки. Он обернулся к Марку. Тот тоже смотрел на него — на девушек он внимание обратил, но даже не попытался с ними заговорить. Марк на мгновение недоуменно поднял брови, а потом снова устремил взгляд на своего кумира Гейтса, напрочь забыв об Эдуардо и его новых знакомых. * * * Только два часа спустя Эдуардо с Марком добрались до душной комнаты Цукерберга в Кёркланд-Хаусе. Эдуардо рассеянно перебирал книжки по программированию, которыми была завалена полка, нависавшая в углу над маленьким телевизором. Марк тем временем опустился на ветхий диван, положил босые ноги на журнальный столик и заговорил наконец о девушках: — Те азиаточки — прикольные. Эдуардо кивнул, попутно пытаясь уловить смысл написанного на задней обложке одной из книжек, но там были сплошные уравнения, которые навсегда останутся для него китайской грамотой. — Кстати, они предлагали вечером встретиться. — Что ж, это могло бы быть любопытно. — Могло бы… Марк, а это еще что такое? Из-под вынутой с полки книги выскользнул листок бумаги и текстом кверху приземлился на итальянские туфли Эдуардо. Даже не нагибаясь, он рассмотрел, что это официальное письмо. Оно было написано от лица какой-то юридической фирмы из Коннектикута и адресовано Марку Цукербергу — но уже по первому предложению Эдуардо понял, что письмо его тоже касается: слова «Thefacebook», а также «ущерб» и «незаконно присвоил» трудно было не заметить. From: Кэмерон Винклвосс Sent: Вторник, 10 февраля, 21:00 To: Марк Эллиот Цукерберг Subject: Важная информация Марк, до нашего (Тайлера, Дивьи и моего) сведения дошло, что ты запустил интернет-сайт под названием Thefacebook.com. Прежде этого события мы заключили с тобой договоренность, в соответствии с которой ты обязывался помочь нам разработать наш собственный сайт (Harvard Connection) и сделать это своевременно (тем более что срок, в течение которого мог быть запущен сайт, скоро истекал). На протяжении трех последних месяцев, в нарушение договоренности и в ущерб нашим материальным интересам, каковой ты нанес путем предоставления искаженных данных, обмана и/или других поступков, дающих основания для преследования по закону, и каковой должен быть возмещен, ты препятствовал созданию нашего сайта и одновременно, в условиях недобросовестной конкуренции, не ставя нас о том в известность и без нашего согласия, работал над своим сайтом. Кроме того, ты незаконно присвоил результаты нашей работы, в том числе идеи, замыслы, концепции и материалы исследований. О вышеуказанных соображениях правового порядка мы уведомили нашего юриста и намерены предпринять надлежащие меры. Мы также намерены обратиться в Дисциплинарную комиссию Гарвардского университета по поводу нарушения тобой этических норм поведения, изложенных в Студенческом уставе. При этом мы будем апеллировать к отступлению тобой от принципов честности и прямоты в отношениях с соучениками, уважения к собственности и правам других, а также к недостаточному уважению к чувству собственного достоинства окружающих. Незаконное присвоение также является нарушением этических норм, равно как и закона.
Осуществление перечисленных выше мер может быть временно отложено до тех пор, пока мы не составим себе исчерпывающего мнения о твоем сайте и не разработаем план дальнейших действий, только при условии, что ты: Прекратишь дальнейшее развитие и обновление сайта Thefacebook.com. В письменном виде поставишь нас в известность об этом. Дашь письменное обещание не сообщать третьим лицам о нашей работе, связанных с ней договоренностях, предъявленном к тебе требовании. Требование должно быть удовлетворено не позднее 17:00 среды 11 февраля 2004 года. Вне зависимости от твоего согласия с вышеизложенным, мы оставляем за собой право предпринять действия, направленные на защиту наших прав и взыскание с тебя понесенного нами ущерба. Пойдя на сотрудничество с нами, ты предотвратишь дальнейшее нарушение наших прав и нанесение нам еще большего ущерба. Любого рода несогласие выполнить данное требование подтолкнет нас к немедленным действиям в связи с юридическими и этическими аспектами твоего поведения. Если у тебя возникнут вопросы, можешь написать мне и договориться о встрече. Кэмерон Винклвосс Копия требования направлена на твой университетский электронный адрес. — По-моему, у них это называется письмо-предупреждение, — пробормотал Марк, заложив руки за голову и откинувшись на спинку дивана. — Как девушек-то звали? Мне понравилась та, что поменьше. — Когда ты его получил? — спросил Эдуардо, проигнорировав вопрос Марка. Кровь застучала у него в висках. Он наклонился, поднял письмо и быстро его прочел. Оно было составлено в сильных выражениях и содержало кучу обвинений. Тайлер и Кэмерон Винклвоссы обличали Марка в краже их идеи и их кода, требуя, чтобы Марк закрыл сайт во избежание судебного иска. — Неделю назад. Почти сразу после того, как сайт заработал. От них еще и мейл был, в котором они грозились пожаловаться университетскому начальству. Утверждали, что я нарушил гарвардский этический кодекс. С ума сойти! Эдуардо уставился на Марка, но, как обычно, его лицо не выражало эмоций. Винклвоссы обвиняют Марка в том, что он спер их идею? Идею сайта знакомств? И хотят, чтобы Thefacebook закрылся? Да с какой, вообще, стати? Да, Марк встречался с ними, переписывался по электронной почте, а потом продинамил. Но не подписывал никаких контрактов и не писал им кода. И Thefacebook совсем не похож на Harvard Connection. И тот и другой — социальные сети. Но в мире десятки, если не сотни социальных сетей. Черт побери, на кампусе каждый студент-компьютерщик создавал свою социальную сеть. Аарон Гринспен, тот и вовсе назвал раздел своего сайта «фейсбуком» или как-то вроде того. Так что же теперь, всем подавать в суд друг на друга? Только потому, что всем пришли в голову похожие идеи? — Я поговорил с одним человеком с юрфака, — сказал Марк. — И написал им ответ. В администрацию я его тоже послал. Посмотри там рядом под книжками. Эдуардо порылся на полке и извлек другое письмо, адресованное Марком администрации Гарварда. Эдуардо пробежал его глазами и с приятным удивлением обнаружил, что Марк твердо опровергал претензии близнецов. Марк в предельно четких выражениях объяснял, что Thefacebook никак не связан с его недолгим и малопродуктивным сотрудничеством с Винклвоссами. Сначала, когда вы меня попросили доработать функции связи между пользователями, проект показался мне интересным… Только после той встречи, а не до нее я начал работать над сайтом Thefacebook, не заимствуя при этом ни кода, ни функций сайта Harvard Connection. Мой проект был абсолютно самостоятельным, в нем не использовались идеи, которые обсуждались на наших встречах. С течением времени Марк понял, что на первой встрече его ввели в заблуждение, что близнецы дали заведомо ложные сведения относительно того, что от него требуется: На первых порах я был уверен, что имею дело с некоммерческим проектом, ориентированным прежде всего на помощь студенческому сообществу Гарварда. Но вскоре я понял, что концепция вашего веб-сайта не такова, какой вы мне ее представили. При всем при том Марк никого не кидал: На январской встрече я выразил сомнения относительно вашего сайта (в том, что касалось графической оболочки, неожиданно большого для меня оставшегося объема программирования, отсутствия оборудования и рекламы, необходимой для успешного запуска веб-сайта, и т. д.). Я сказал вам, что работаю над другими проектами, окончить которые мне важнее, чем ваш сайт. Закончил письмо Марк словами о том, что он потрясен «угрозами» близнецов, основанными на считаных встречах в столовой Кёркланд-Хауса и нескольких мейлах, которыми он обменялся с Кэмероном, Тайлером и Дивьей. Претензии к себе он назвал «досадным недоразумением», о котором «хочется поскорее забыть», а кроме того — «беззастенчивым вымогательством, к которому должен быть готов всякий, добившийся успеха». Эдуардо показалось, что под конец Марк хватил через край: Thefacebook пока никому ни цента не принес, да и близнецы вряд ли затеяли сыр-бор из-за денег. Но все равно ему было приятно видеть, что Марк умеет за себя постоять. Эдуардо немного успокоился и положил письмо Марка обратно на книжную полку к письму-предупреждению Винклвоссов. Если даже Марк не испугался, то ему самому бояться и вовсе нечего. В конце концов, с близнецами он не встречался, в программировании не разбирался и вынужден был слепо верить тому, что Марк говорил ему о несходстве двух сайтов. А Марк уверял, что это как если бы некий мебельщик попытался привлечь к суду человека, смастерившего стул на свой манер. Существуют тысячи разновидностей стульев, и, если ты сделал один, это не значит, что тебе принадлежат права на все стулья на свете. Такой взгляд, может, и был несколько упрощенным — ну и черт с ним, они же всего-навсего студенты, а не юристы. Последнее, чего им сейчас хотелось, — это впрягаться в судебные дрязги. Тем более по поводу сайта, который вот-вот привлечет в их объятия девиц. — Их зовут Келли и Элис… — начал было Эдуардо, но тут дверь комнаты распахнулась, чуть не вдарив ему по спине. Эдуардо оглянулся — это вошли оба соседа Марка, не похожие друг на друга настолько, насколько вообще могут быть непохожи два молодых человека. У Дастина Московица было детское лицо, темные волосы и густые брови, черные глаза светились решимостью. Он изучал экономику и великолепно разбирался в компьютерах, был тих и погружен в себя, но при этом приветлив и вообще чрезвычайно мил. Крис Хьюз выглядел гораздо ярче, блондин-экстраверт, открытый, с густой копной волос и остатками южного акцента, вынесенного им из родного города Хикори, штат Северная Каролина. В школе Крис председательствовал в Обществе юных демократов и по-прежнему оставался ярым сторонником либеральных взглядов. Отчасти пижон, он мог посостязаться с Эдуардо в умении одеваться — но если Эдуардо носил консервативные блейзеры и галстуки, то Крис отдавал предпочтение дизайнерским рубашкам и брюкам. Марк за это называл его «Прада». Эта четверка — Марк, Эдуардо, Дастин и Крис — явно не принадлежала к социальной элите Гарварда. Собственно, аутсайдерами они оказались бы в любом университете, а не только в том, где учились Рокфеллеры и Рузвельты. Все четверо были со странностями — каждый со своими. Но они нашли друг друга. Марк заговорил, он все решил за всех — Эдуардо уже почти привык, у Марка по-другому не бывает. Thefacebook стремительно растет, и в одиночку справляться с его поддержкой стало тяжело — перед Марком маячит реальная угроза завалить экзамены. Поэтому, чтобы сайт и дальше продолжал расти и развиваться, ему нужны помощники. Дастин мог бы пособить Марку с компьютерными делами. Крис, у которого язык подвешен несравненно лучше, чем у остальных троих, мог взять на себя рекламу и продвижение. До сих пор сильно выручала «Гарвард кримсон» — оказывается, на первом курсе он что-то сделал для редакции по компьютерной части, чем, собственно, и объяснялось обильное освещение сайта на газетных страницах. Однако со временем Facebook понадобится более активная поддержка в прессе, чтобы подогревать интерес к себе, привлекать новых пользователей и удерживать старых. Эдуардо, как и раньше, будет заниматься коммерческой стороной проекта — если, разумеется, у проекта появится коммерческая сторона. Они четверо станут командой, которая поднимет Facebook на новый уровень. В этой команде каждый получит свою должность. Эдуардо станет финансовым директором, Дастин — вице-президентом и техническим директором, Крис — директором по рекламе. Себе Марк оставил пост основателя, капитана и судовладельца, а также врага государства. Такое вот у Марка было чувство юмора. Эдуардо слушал и пытался понять, чем все это чревато. Естественно, когда проектом занимались только они с Марком, все было гораздо проще. Но компания не может обходиться без сотрудников — и при этом у нее нет денег, чтобы кому-то платить за работу Единственный вариант в такой ситуации — привлечь новых компаньонов. Соседи Марка хорошо соображали, и на них можно было полностью положиться. К тому же они были такими же ботанами, как Марк с Эдуардо. Эдуардо согласился с новым распределением обязанностей и долей компании. Дастин получал около 5 процентов. Сколько причитается Крису, будет решено позже, когда станет ясно, какой объем работы ему приходится выполнять. Свой пай Марк сократил до 65 процентов, за Эдуардо оставались прежние 30. Доли, с точки зрения Эдуардо, распределились в высшей степени справедливо. Причин торговаться не было, тем более что сайт денег не приносил. — Итак, первый пункт повестки дня, — сказал Марк, когда вопросы собственности были утрясены. — По-моему, надо открыть Thefacebook для других университетов. Ведь бизнесу положено расширяться. Гарвард лежал у их ног — настало время проверить, насколько работоспособной созданная ими модель окажется за его пределами. Все четверо согласились, что стоит попробовать распространить Facebook на другие престижные университеты — для начала на Йель, Стэнфорд и Колумбийский. Сайт при этом не станет общедоступным, для регистрации по-прежнему будет нужен университетский адрес электронной почты. Со временем и с ростом аудитории пользователям откроется возможность межуниверситетских контактов. Facebook обязан расти и расширяться. — А еще пора начать заводить отношения с рекламодателями, — вмешался в разговор Эдуардо с близкой ему темой. — Нужно подумать о прибыли. Марк кивнул, но Эдуардо был почти уверен, что он не согласен. Марк отдавал себе отчет, что аренду серверов необходимо отбивать, но, по всей видимости, стремился зарабатывать только на поддержание сайта. Эдуардо хотел другого. Втайне Эдуардо надеялся, что сайт поможет им разбогатеть. Глядя на собравшихся в комнате, на команду сверхнебанальных персонажей, он все больше склонялся к тому, что непреодолимых препятствий на пути к богатству у них не возникнет. * * * Четыре часа спустя Эдуардо с гулко бьющимся сердцем и в не очень удобной позе пытался не поскользнуться в кабинке туалета — итальянские туфли плохо держали сцепление с линолеумом на полу. Его оседлала высокая, изящная азиатская девушка: обнаженные ноги обхватывали его талию, юбка задралась выше некуда, грациозное тело выгнулось дугой. Он прижимал ее к стене кабинки, блуждая руками под расстегнутой белой блузой, исследуя на ощупь изысканную материю красного лифчика, — пальцы замирали на дерзко-округлой груди, впитывали шелковистость безупречной, карамельного цвета кожи. Она прильнула губами к его шее, провела по ней языком. Он задрожал мелкой дрожью, всем телом устремился вперед, еще плотнее притиснув ее к стенке, отыскал губами ее ухо… И тут по пространству туалета прокатился другой звук — что-то с другой стороны ударило в алюминиевую стену кабинки. Потом послышалось ругательство, за ним — смех. Через секунду смех умолк, вместо него из-за стены между кабинками доносились постанывания. Эдуардо усмехнулся про себя: отныне их с Марком объединял не только веб-сайт, но и общие похождения. Мужской туалет в общежитии — это, конечно, не книгохранилище Библиотеки Уайднера, но тем не менее… Подстегнутый звуками, которые издавал беснующийся за стенкой друг, Эдуардо снова занялся девушкой, попутно улыбаясь мысли, которая прочно засела у него в голове. У них с Марком завелись фанатки. А если эту мысль развить, то выходило, что в свое время он сильно заблуждался. Компьютерной программой еще как можно затащить девушку в постель. Ну ладно, может, и не совсем в постель.
<< | >>
Источник: Бен Мезрич. Миллиардеры поневоле Альтернативная история создания Facebook. 2011

Еще по теме Глава 15 КУМИР АМЕРИКИ:

  1. ГЛАВА 6 Америка
  2. Глава 37 ВНЕШНЕЭКОНОМИЧЕСКИЕ СВЯЗИ США СО СТРАНАМИ ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ
  3. Глава 2 Возрождение Западной Европы и трансформация Северной и Южной Америки
  4. ГЛАВА 13 Интеграционные процессы в странах Азии, Африки и Латинской Америки
  5. Латинская Америка
  6. ЛАТИНСКАЯ АМЕРИКА
  7. Природные ресурсы Северной Америки.
  8. Ярость богатой Америки
  9. Рынки стран Северной Америки
  10. Рынки стран Южной Америки
  11. ВЕЛИКАЯ ДЕПРЕССИЯ В СОЕДИНЕННЫХ ШТАТАХ АМЕРИКИ В ХХ ВЕКЕ.
  12. 6. Интеграционные процессы в Южной Америке
  13. Природные ресурсы Северной Америки
  14. Экономические интеграции в Америке
  15. Долги Америки — угроза человечеству
  16. 26.4. Интеграционные объединения в Южной Америке
  17. II.4.1. Интеграционные процессы в Латинской Америке
  18. КОЛОНИАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ