Глава 3 НА ЧАРЛЬЗ-РИВЕР

Пять утра. Пустынный отрезок Чарльз-Ривер — зеркальная голубовато-зеленая излучина длиной в четверть мили, ограниченная с одного конца каменными арками пешеходного моста Уикса, а с другого — бетонным Гарвардским мостом, несущим многополосную автостраду. Низко над простылой водой тяжелым пологом нависает туман. Воздух так густо напитан влагой, что не понимаешь, где кончается река и начинается небо. Эта мертвая тишина, это застывшее мгновение — очередная строка на очередной странице книги, вобравшей в себя три столетия таких же, чреватых будущим мгновений. Мертвая тишина… Но вдруг раздался тишайший звук: два весла уверенно погружались в ледяную гладь, описывали дугу в голубовато-зеленом водовороте и толчком выныривали на поверхность — все это в совершенном и многосложном сопряжении механики с искусством. Мгновением позже из-под моста Уикса выскользнул двухместный скиф,11его фибергласовый корпус точно по центру разрезал речной извив, как алмаз — оконное стекло. Лодка двигалась настолько плавно, что казалась неотделимой от реки; пластиковый изгиб ее корпуса словно вырастал из голубоватой зелени воды, а ее безупречный ход почти не поднимал волны. Довольно было одного взгляда на скиф, на то, как весла в едином ритме пронзают поверхность воды, как плавно влечется по реке лодка, чтобы понять: двое гребцов на изящном судне не один год оттачивали свое искусство. Вид этих молодых спортсменов убеждал в том, что подобное совершенство объясняется не только упорными тренировками. С берега они были похожи на двух роботов — точные копии друг друга, с одинаковыми шапками русых волос и очень американскими рельефными чертами лиц. Как и движение лодки, сложение их было близко к совершенству, тела стройные и гибкие, под серыми гарвардскими футболками мощно перекатывались мускулы. Впечатление, которое производили эти парни ростом шесть футов и пять дюймов, только усиливалось абсолютным сходством двух пар голубых глаз и выражения неукротимой решимости на роковых для женщин лицах. Братья Винклвосс были однояйцевыми близнецами, но только «зеркальными» — оплодотворенная яйцеклетка в их случае как бы раскрылась, как раскрывается журнальный разворот. Тайлер Винклвосс, который сидел в лодке спереди, был правшой, а по складу характера — более рассудительным и серьезным из двух. Левша Кэмерон Винклвосс, в отличие от брата, был натурой творческой и артистической. Но сейчас их личности слились воедино; во время гребли они между собой не разговаривали — легко направляя лодку вниз по Чарльз-Ривер, они вообще не общались ни словами, ни какими-либо другими средствами. За годы занятий с разными тренерами в Гарварде и раньше, в Гринвиче, штат Коннектикут, где они выросли, близнецы научились почти нечеловеческой сосредоточенности. Их труды во многом уже окупились — к третьему курсу они стали кандидатами в олимпийскую сборную. В Гарварде братья были лучшими из лучших: чемпионы страны, они не раз приводили к победам университетскую команду. В Лиге плюща12им не было равных ни в одном из видов академической гребли. На время, пока близнецы Винклвосс гоняли свою лодку по студеной реке, обо всем этом было забыто. С четырех утра они гребли по Чарльз-Ривер от одного моста до другого и обратно — это молчаливое патрулирование продлится еще не меньше двух часов. Они будут работать веслами до изнеможения, до тех пор пока не проснется кампус и сквозь серую толщу тумана не начнут пробиваться яркие лучи утреннего солнца. * * * Три часа спустя Тайлер, до сих пор ощущавший под собой пружинящую массу речной воды, уселся рядом с Кэмероном у длинного деревянного стола в дальнем углу столовой Пфорцхаймер-Хауса. В ярко освещенном просторном зале таких столов помещалось больше десятка. Почти все места были заняты — завтрак начался уже давно. Пфорцхаймер-Хаус — одно из самых больших и самых новых в Гарварде общежитий для старшекурсников («новых», впрочем, только по меркам трехсотлетней истории кампуса). В нем обитают полторы сотни студентов второго-четвертого курсов. Первокурсники всегда живут на Гарвард-Ярде, а в конце первого года обучения по принципу лотереи решается, где каждый из них проведет дальнейшие годы учебы. Общежитие Пфорцхаймер-Хаус считается далеко не лучшим вариантом. Оно образует центральную часть «Каре» — четырехугольника зданий, которые обрамляют обширную, поросшую нестриженой травой лужайку. «Каре» находится на отшибе, университет построил его за пределами кампуса под предлогом борьбы с перенаселенностью последнего, но истинной причиной возведения комплекса было, по всей видимости, желание с максимальной пользой освоить громадные финансовые пожертвования. «Каре» — это, конечно, не Соловки, но студенты, которых туда определяют на жительство, чувствуют себя сосланными в некое подобие ГУЛАГа. От расположенных там общежитий до Гарвард-Ярда, где проходит большая часть занятий, двадцать минут пешком. Для Тайлера с Кэмероном оказаться в «Каре» было вдвойне неприятно — от Гарвард-Ярда им приходилось еще десять минут пилить до лодочной станции, пристроившейся на берегу реки, как раз там, где стоят более известные гарвардские общежития: Элиот, Кёркланд, Леверетт, Мазер, Лоуэлл, Адамс, Данстер и Куинси. Те общежития круче, и каждое имеет свое имя, а здесь просто «Каре» и «Каре». Тайлер взглянул на Кэмерона, который склонился над заваленным едой красным пластиковым подносом. Гряда омлета возвышалась над предгорьями, сложенными из картошки по-деревенски, намазанных маслом тостов и свежих фруктов — энергии заключенных в них углеводов должно было хватить хоть мощному внедорожнику, хоть звезде гребли ростом шесть футов и пять дюймов. Тайлер пристально смотрел, как Кэмерон поглощает омлет, и думал о том, что брат тоже совсем измотался. Последние несколько недель они оба трудились — в спорте и в учебе — на полную катушку, и это давало о себе знать. Братья вставали в четыре и бежали на реку. Потом занятия, домашние задания. Затем снова гребля, качалка, бег. Участь университетских спортсменов нелегка; случались дни, когда им казалось, что вся их жизнь сводится к занятиям греблей, еде и сну урывками. С Кэмерона и его омлета Тайлер перевел взгляд на парня, сидевшего напротив. Дивья Наренда был едва виден за номером университетской газеты «Гарвард кримсон», которую держал обеими руками. Перед ним стояла нетронутая миска овсянки — Тайлер готов был поспорить, что, если Дивья сейчас же не отложит газету, его овсянка достанется Кэмерону. Тайлер и сам бы в другой раз ею не побрезговал, но, перед тем как подсесть к Кэмерону, он уговорил вдвое больше еды, чем было навалено на подносе у брата. Дивья не был спортсменом, но хорошо понимал страсть близнецов и их серьезное отношение к делу. Вместе с Дивьей, самым сообразительным из друзей Тайлера, братья разрабатывали один секретный проект. Этот проект, изначально задуманный как побочный и необязательный, занимал все более важное место в их жизни, которая и без него становилась все напряженнее и напряженнее. Тайлер прокашлялся и подождал, пока Дивья оторвется от своей газеты. Тот поднял палец, прося еще минутку подождать. Тайлер устало закатил глаза — и тут обратил внимание на соседний стол. Сидевшие там девушки жадно рассматривали их с Кэмероном. Поняв, что спортсмен их заметил, студентки смутились. К любопытству посторонних Тайлер привык, поскольку сталкивался с ним на каждом шагу. Ну да, они с Кэмероном близнецы. Это не вполне обычно — что-то вроде шоу уродов. Но в Гарварде всеобщее внимание окружало близнецов не только поэтому. И даже не исключительно по той причине, что они были кандидатами в олимпийскую сборную. Тайлер с Кэмероном обладали на кампусе определенным статусом, основу которого они заложили своими спортивными достижениями, но закрепили кое-чем принципиально иным. Тайлер точно знал: это произошло после того, как на третьем курсе их с братом приняли в клуб «Порселлиан». Третьекурсники крайне редко становились его членами не только потому, что «Порселлиан» — самый престижный, закрытый и старый из «финальных клубов». Кроме всего прочего, он еще и самый немногочисленный по составу — такого, чтобы новичков в него принимали годом позже положенного, до этого не случалось никогда.
Клуб, полагал Тайлер, потому выжидал год с приемом братьев Винклвосс, что его членов не устраивало их происхождение. У большинства членов «Порселлиан» многие поколения богатых предков оканчивали Гарвард. А отец Тайлера с Кэмероном хотя и был невероятно богат, состояние заработал собственным трудом, создав с нуля чрезвычайно успешную консалтинговую компанию. Тайлер и Кэмерон не принадлежали к старой финансовой аристократии — при этом деньги у них, безусловно, были. Для приема в «Муху» или «Феникс» этого бы хватило. Для членства в «Порселлиан» требовалось нечто большее. В отличие от того же «Феникса» «Порселлиан» не ориентирован на приятное времяпрепровождение. Так, в его помещение совсем не допускают женщин. Точнее, в день свадьбы член клуба может устроить жене экскурсию по клубному зданию, но в следующий раз она имеет право показаться там только на праздновании двадцатипятилетия выпуска. Исключений ни для кого не делается. Самое большее, на что могут рассчитывать посторонние — мужского и женского пола, — это попасть в прихожую клуба — знаменитую «Велосипедную комнату». Вечеринки и романы — ради этого существуют все остальные клубы на кампусе. «Порселлиан» существует ради будущего. Он облачает своих членов статусом — тем самым, который со всех сторон привлекает к ним взгляды в столовой, в учебных аудиториях, просто на улице. «Порселлиан» — это не просто клуб, «Порселлиан» — дело серьезное. Все это Тайлер великолепно понимал и ценил. Серьезное дело — именно ради него они сегодня встречались в столовой с Дивьей на час позже, чем обычно. Страшно серьезное дело. Тайлер оставил в покое засмущавшихся студенток и взял у брата с подноса надкусанное яблоко. Кэмерон даже не успел возмутиться, как Тайлер подкинул яблоко, и оно, описав в воздухе дугу, приземлилось в овсянку Дивьи. Каша брызнула по сторонам и клейкими комьями залепила газету. Дивья, не проронив ни слова, аккуратно сложил запачканную газету и пристроил ее рядом с миской. — Зачем ты читаешь этот отстой? — спросил Тайлер, с ухмылкой глядя на приятеля. — Только время зря тратишь. — Хочу знать, что волнует тех, кто с нами учится, — ответил Дивья. — Надо держать руку на пульсе университетской жизни. Ведь когда-нибудь мы запустим наш дурацкий проект, и тогда нам будет важно знать, о чем пишут в этом «отстое». Или, по-твоему, не так? Тайлер пожал плечами, он знал, что Дивья прав. Дивья почти всегда был прав. Поэтому-то они с Кэмероном с ним и связались. Их еженедельные, а иногда и более частые встречи продолжались с декабря 2002-го. Почти два года. — Если не найдем кого-нибудь вместо Виктора, мы никогда ничего не запустим, — вмешался Кэмерон с полным ртом омлета. — Это я вам точно говорю. — Он окончательно отвалился? — спросил Тайлер. — Да, — ответил Дивья. — Говорит, у него и без нас дел по горло. Нужен новый программист. Но такого профи, как Виктор, поди найди. Тайлер вздохнул. Целых два года — кажется, за все это время запуск проекта не приблизился ни на шаг. Виктор Гуа, отличный программер, понимавший их замысел, был для проекта бесценен. Но он ушел, не доделав сайт. Вот если бы у кого-нибудь из них — Тайлера, Кэмерона или Дивьи — хватало компьютерных познаний для воплощения проекта… Господи, они были бы обречены на успех! Идея великолепна — она пришла в голову Дивье, а потом совместными усилиями они развили ее и скромно признали результат гениальным. Проект носил название Harvard Connection и заключался в создании сайта, который обещал в корне переменить жизнь кампуса — но только при условии, что найдется человек, который напишет для него программу. В основе проекта лежала простая идея перевести общение между студентами в онлайн, сделать сайт, где люди — вроде тратящих все время на греблю, еду и сон Тайлера и Кэмерона — могли бы знакомиться с девушками типа тех, что украдкой рассматривали их из-за соседнего стола, и при этом не утруждать себя времязатратными и малопродуктивными скитаниями по кампусу, без которых в реальной жизни мало с кем познакомишься. Принадлежность к гарвардской элите давала Тайлеру и Кэмерону уникальное видение того, насколько ущербна в их престижном университете студенческая жизнь. Самые достойные парни — взять хотя бы самих братьев — начисто лишены возможности познакомиться с лучшими девушками, поскольку все время уходит у ребят на то, что, собственно, и поднимает их акции. Облегчающий общение сайт эту проблему бы разрешил, создав динамичную среду для знакомств. Сайт Harvard Connection должен был преодолеть все препоны в общении. Без него, если ты занимаешься греблей, играешь в бейсбол или футбол, только этим ты и будешь заниматься до конца учебы. А познакомиться тебе суждено лишь с девушками, которых можно встретить на реке, у бейсбольной площадки или футбольного поля. Если живешь в «Каре», то в пределах твоей досягаемости только девушки из пресловутого «Каре». Разумеется, располагая соответствующим потенциалом, можно применить оружие массового поражения — свое мужское обаяние, — но оно поразит лишь ближайшие окрестности, тогда как Harvard Connection способен значительно расширить область его воздействия. Простой, идеальный, нужный. Как предполагалось, сайт будет иметь два раздела — для знакомств и для общения. Тайлер и Кэмерон уже представляли себе, как, покорив Гарвард, их сайт охватывает другие университеты, возможно даже, всю Лигу плюща… Их бизнес-план имел, однако, один изъян: сайт невозможно создать без настоящего компьютерного гения. В старших классах школы и Тайлер, и Кэмерон учились программировать на языке HTML, но приобретенных ими познаний для такого серьезного дела было явно недостаточно. Как ни вертись, нужно искать настоящего специалиста. И не просто отменного программиста, а человека, который бы понимал их идею. Она состояла в том, чтобы студенты впредь не смогли бы обходиться без Harvard Connection, чтобы его посещение стало рутиной: принял душ, побрился, сделал несколько звонков и зашел отметиться на сайт, посмотреть, не интересовался ли кто тобой. — Виктор обещал кого-нибудь посоветовать, — продолжил Дивья, помахивая газетой над столом, чтобы она быстрее высохла. — Кого-нибудь со своего факультета. Мы можем и сами поискать, дать знать на кампусе, что нам нужен человек. — Могу поспрашивать в «Порселлиан», — предложил Кэмерон. — Там, конечно, в компьютерах вряд ли кто силен. Но, может, чей-нибудь младший брат возьмется… Отлично, подумал Тайлер, завтра надо повесить объявление в естественно-научном корпусе и навести справки в компьютерных лабораториях. Он взглянул на Дивью и не смог сдержать улыбку. Дивья, как всегда, выглядел безупречно. Он родился в семье врачей-индийцев в Бейсайде13и поступил в Гарвард, пойдя по стопам старшего брата. Одевался, причесывался и подбирал слова Дивья с исключительной тщательностью. По его облику никто бы не догадался, что он мастерски играет на электрогитаре — и что особенно хорошо ему даются импровизации в стиле хеви-метал. На людях он проявлял себя невероятным чистюлей, даже испачканную газету пытался теперь вернуть в первозданный вид. Наблюдая за тем, как Дивья машет своей газетой, Тайлер невольно снова посмотрел на девушек за спиной у приятеля. Самая высокая из них, брюнетка с выразительными карими глазами, в майке с глубоким вырезом, надетой под порванную по моде серую гарвардскую толстовку, улыбалась ему поверх кокетливо обнаженного загорелого плеча. Тайлеру оставалось лишь улыбнуться в ответ. Дивья покашлял, отвлекая Тайлера от приятной задумчивости. — Сильно сомневаюсь, что она интересуется веб-программированием. — Но спросить-то можно, — ответил Тайлер и подмигнул брюнетке. Он встал из-за стола. Совещание получилось недолгим — пока не найдется замена Виктору, говорить им все равно не о чем. Тайлер сделал шаг по направлению к девичьей компании, но замешкался, весело глядя на приятеля-индийца с его газетой. — Знаешь, где-где, а в этой занюханной газетенке программиста ты нам в жизни не найдешь.
<< | >>
Источник: Бен Мезрич. Миллиардеры поневоле Альтернативная история создания Facebook. 2011

Еще по теме Глава 3 НА ЧАРЛЬЗ-РИВЕР:

  1. ЧарЛЬЗ.И. Меррилл
  2. Чарльз Г.Доу 1851-1902
  3. ЧарЛЬЗ.И. Меррилл
  4. Чарльз Г.Доу
  5. Декларация политики Чарльз И. Меррилл и К А. Пирс
  6. Бумы и спады Чарльз Г. Доу 24 АПРЕЛЯ 1899 ГОДА
  7. Глава 22. ЭКОНОМЕТРИКА В ПРИМЕНЕНИИ К ИССЛЕДОВАНИЮ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЦИКЛА (глава написана Ричардом М. Гудвином)
  8. Глава 5. Организация как феномен Глава 6. Жизненные стадии и циклы организации
  9. Глава II. ДОГОВОР СТРАХОВАНИЯ Исключена. - Федеральный закон от 31.12.1997 N 157-ФЗ. Глава III. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ФИНАНСОВОЙ УСТОЙЧИВОСТИ СТРАХОВЩИКОВ
  10. Глава 7
  11. Глава 6