загрузка...

О соотношении промышленного, торгового и банковского капиталов

Но вернёмся к тезису классика марксизма об «ограниченном платёжеспособном спросе». Чем он всё-таки порождается? Тем, что «капиталисты — эксплуататоры» ужимают заработную плату до прожиточного минимума или даже ниже его, получая «прибавочную стоимость»? Или же тем, что банкиры создают долг, который невозможно погасить? В конечном счёте, вторым. Ведь в эту долговую петлю попадают все без исключения (кроме банкиров), в том числе те же «капиталисты — эксплуататоры». Капиталистам-предпринимателям необходимы деньги для развития предприятия, а они, в отличие от банкиров, деньги из воздуха не делают. Поэтому они вынуждены брать кредиты. А для того, чтобы их погасить они, во- первых, вынуждены добывать деньги на рынке, «проталкивая» свой товар в условиях жесточайшей конкуренции; во-вторых, ужимать все издержки производства, в том числе за счёт заработной платы.

Капиталисты-предприниматели, конечно же, не ангелы. Но, во- первых, они в отличие от банкиров заняты выпуском материальных благ, являются организаторами производства, выполняют действительно общественно важные функции. Во-вторых, они находятся в таком же неустойчивом состоянии, как и рабочие, которых они «эксплуатируют». В условиях высоких рисков и при весьма скромной (на фоне банковского дела) норме прибыли они запросто могут лишиться своего бизнеса, а при определённых обстоятельствах даже оказаться в долговой яме.

Почему всё-таки капиталисты-предприниматели не ангелы? Потому, что они вольно или невольно стремятся к тому же, к чему стремятся ростовщики. Т.е. к приумножению капитала. Для них это возможно через получение прибыли. Следовательно, вольно или невольно они вносили и продолжают вносить свой вклад в создание тех диспропорций, которые ведут к кризисам. Хорошо, если предприниматели тратят свою прибыль на развитие производства — в этом случае формируется спрос на машины, оборудование, другие инвестиционные товары. Хуже, если промышленники начинают брать пример с ростовщиков и накапливать прибыль в денежной форме. В этом случае происходит изъятие части денег из обращения, сокращается объём денежной массы, обслуживающей товарооборот и производство, сужается платёжеспособный спрос. При этом промышленники рубят сук, на котором сидят. Для них наступает «час истины» — рецессия (она же — «стрижки баранов»), когда денежная прибыль капиталистов-предпринимателей перекочёвывает в сейфы капиталистов- ростовщиков. Те есть можно сказать, что капиталисты-предприниматели осознанно или неосознанно работают, в конечном счёте, не на себя, а на ростовщиков. Только очень немногие из них осознают этот непреложный факт. Ростовщики же всячески культивируют у промышленников страсть к прибыли: чем больше «шерсти» будут давать «бараны» (т.е. промышленники), тем богаче и могущественнее будут ростовщики — хозяева «баранов». 0

вопросе соотношения банковского и промышленного капитала задумывались многие мыслители, политики и государственные деятели. Они пытались определить: какой из этих капиталов управляет обществом и какой из них важнее для общества? Особо среди таких мыслителей стоит выделить австрийского социалиста Рудольфа Гильфердинга (кстати, бывшего в правительстве Второго Рейха некоторое время министром финансов), который в начале XX века написал ставшую впоследствии широко известной книгу «Финансовый капитал»'.

В отличие от Маркса Гильфердинг не «замазывал» различия между промышленным и банковским капиталом, более того, он считал неизбежной непримиримую борьбу между этими двумя видами капиталов. Эту борьбу он представлял как противостояние «анархичных» промышленных предпринимателей (как правило, местных, имеющих национальную привязку) и организованного финансового капитала, слабо связанного с национальными государствами, часто действующего одновременно в нескольких или многих странах.

Как прямолинейно выражался венский соратник Гильфердинга Отто Бауэр, при построении социально-экономических прогнозов исходить надо из «противоположности интересов между еврейским торговоростовщическим и христианским промышленным капиталами»81.

Прогноз Гильфердинга для всех индустриальных стран — неизбежность победы космополитического финансового капитала над «местноо граниченным» промышленным. Именно этой победе, по мнению Гильфердинга, призваны способствовать социалисты и левые радикалы, провоцирующие «когда надо» кризисы, стачки и социальные потрясения, которые разоряют промышленников и резко повышают спрос на банковский кредит, усиливая финансистов. Например, в России в период революционного хаоса 1905-1906 годов прибыль коммерческих банков увеличилась больше чем вдвое. Похожая ситуация складывалась и на Западе в период Великой депрессии 1929 года.

Генри Джордж, американский общественный деятель, английский экономист, ясно понимавший губительную роль долговых денег

К чему это ведёт? Гильфердинг пишет:

«Финансовый капитал в его завершении — это высшая ступень полноты экономической и политической власти, сосредоточенной в руках капиталистической олигархии»1.

Гильфердинг очень подробно анализирует процесс образования монополий, ведущая роль в которых принадлежит финансистам.

Уже простой переход к акционерной форме подрывает позиции промышленного предпринимателя, поскольку тот теряет функцию непосредственного организатора производства, а его капитал в форме акций, которые теперь свободно продаются на особом рынке — фондовой бирже, приобретает характер капитала чисто денежного. Доход от ценных бумаг постепенно сводится к общему уровню процента, а предпринимательский доход ушедшего на покой промышленника превращается в учредительскую прибыль, которая теперь присваивается банкирами, поскольку учредительство акционерных обществ становится делом крупных банковских консорциумов. Место предпринимателей эпохи делового риска, технологической инициативы и свободной конкуренции занимает иерархия наёмных управляющих, точно таких же, как служащие государственных отраслей. Результат: неуклонное уменьшение объёма продукции относительно мелких самостоятельных предприятий, хотя именно в их рамках изобретаются и получают путёвку в жизнь принципиально новые оригинальные технологии. Впрочем, отрицательные последствия монополизации Гильфердин- га волновали мало. Для него этот процесс — абсолютное благо, движение в сторону так называемого «организованного капитализма», в котором главными (а скорее всего, и единственными «организаторами») станут банкиры (финансисты). Более того, свою задачу он видел в разработке рецептов скорейшего наступления эры «организованного капитализма». Р.Гильфердинг «подробно исследует способы роста фиктивного капитала и технику манипулирования чужими средствами (в его классическом примере капитал в 5 млн фактически распоряжается 39 млн; современная практика шагнула дальше). Финансовая техника, которую рекомендует Гильфердинг, включает подробное описание операций, стоящих на грани жульнических махинаций: «разводнение» капитала, деление акций на обыкновенные и привилегированные, система «участия» — создание цепи зависящих друг от друга обществ и, наконец, просто разного рода «Панамы»...»82.

Гильфердинг поясняет отличие финансового капитала от ранее существовавших форм капитала: «Финансовый капитал хочет не свободы, а господства. Он не видит смысла в самостоятельности индивидуального капиталиста (промышленного. — В.К.) и требует ограничения последнего. Он с отвращением относится к анархии конкуренции и стремится к организации»83.

По сути, Гильфердинг призывал к такому капитализму, в котором производство будет управляться финансовой олигархией из одного центра — наподобие советского Госплана. Не будет и свободных рыночных цен на продукцию промышленности: «цена перестанет быть объективно определённой величиной. Она становится счётной величиной, устанавливаемой волей и сознанием человека84. Судя по всему, в эпоху финансового капитализма не останется также никаких личных свобод. Оказывается, первым термин «тоталитарное общество» ввели не нацисты или ещё какие-то «недемократичные» люди, а именно Гильфердинг. Для него «организованный капитализм», «финансовый капитализм» и «тоталитарное общество» — это слова-синонимы, отражающие позитивное состояние общества. Современное общество — это в чистом виде «финансовый капитализм». Следовательно, по Гильфердингу, это «тоталитарное общество».

С учётом сказанного можно уверенно сказать: Гильфердинг оказался более прозорливым «предсказателем» будущего состояния капитализма, чем КМаркс.

Подчиняя себе промышленный капитал, банковский (финансовый) капитал, тем не менее, заставляет промышленников жить по законам капитализма, т.е. всю свою деятельность подчинять получению прибыли и её накоплению. А это ведёт, в конечном счёте, к разрушению экономики (экономики без кавычек) как единого живого организма.

Здесь уместно привести выдержку из интересного материала под названием «Задумывались ли Вы когда-нибудь над вопросом «Откуда берутся деньги?»85. В этом материале автор использует аналогии из биологии и физиологии. В частности, деньги он сравнивает с «кровью», которая циркулирует в сложном, состоящем из многих органов «организме», называемом «экономика»:

«В здоровом организме никакой орган не может «выводить из организма прибыль». Не может, к примеру «мозг» задерживать у себя кровь как «прибыль от своей деятельности», так как автоматически это подавляет весь остальной организм. Равно как и не может вдруг «инвестировать» отобранную ранее кровь, под которую уже давно печень эмитировала новую, восполнив исчезнувший (правильно: «возникший». — В.К.) в своё время недостаток. Всему организму от такой эквилибристики хорошо не станет. Такой орган нужно удалять. Это опухоль. Любая задержка денежного обращения (или, наоборот, «необоснованная эмиссия») дестабилизирует работу сбалансированного единого организма экономики. Вплоть до «смерти». Если все деньги скопились на вершине... «финансовой пирамиды», денежное обращение останавливается...»86.

<< | >>
Источник: Катасонов В.Ю.. О проценте ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия сов ременных проблем «денежной цивилизации». Кн. 2. М.: НИИ школьных технологий. 240 с.. 2011

Еще по теме О соотношении промышленного, торгового и банковского капиталов:

  1. От ТОРГОВОГО К ПРОМЫШЛЕННОМУ КАПИТАЛУ Б ДОПЕТРОВСКИЙ ПЕРИОД
  2. 5.2. Управление капиталом и торговая тактика
  3. 4.1. Управление капиталом и торговая тактика
  4. Россия торговая и промышленная
  5. Глава 5. Международное краткосрочное финансирование промышленно-торговой фирмы
  6. Глава 6. Международное долгосрочное финансирование промышленно-торговой фирмы
  7. ЧАСТЬ II. ПРОМЫШЛЕННО-ТОРГОВЫЕ ФИРМЫ В КОНТЕКСТЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ВАЛЮТНО-ФИНАНСОВЫХ И КРЕДИТНЫХ ОТНОШЕНИЙ
  8. 6.8. ТОРГОВЫЕ И КЛИРИНГОВЫЕ БАНКОВСКИЕ СЧЕТА
  9. Формы сращивания банковского капитала с промышленным
  10. Торговый метод Ливермора состоял в записи цен в сочетании с выбором времени, управлением капиталом и правилами эмоционального контроля.
  11. 9.2. Особенности построения банковских систем промышленно разбитых стран
  12. 1. Торговый капитал как обособившаяся часть промышленного капитала
  13. Оценка различных стратегий управления капиталом Что такое управление капиталом?
  14. Часть 1 БАНКИ И БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА: ПРИРОДА, СТРУКТУРА, ОСНОВЫ УПРАВЛЕНИЯ Глава 1 БАНК, БАНКОВСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ, БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА
  15. Глава пятая ПРОМЫШЛЕННОСТЬ ЭПОХИ ФЕОДАЛИЗМА (ДОМАШНЯЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ, РЕМЕСЛО, МЕЛКОТОВАРНОЕ ПРОИЗВОДСТВО, МАНУФАКТУРА И ФАБРИКА)
  16. ПРОМЫШЛЕННЫЙ ПЕРЕВОРОТ И ВОЗНИКНОВЕНИЕ ПРОМЫШЛЕННОЙ МОНОПОЛИИ АНГЛИИ
  17. Состав торгового баланса в соответствии с Торговым кодексом
  18. ГЛАВА I. Торговые пути, торговые города и ярмарки.