НОВЫЕ институты крЕдитовдния и КОНСЕРВАТИВНАЯ КРЕДиТНАЯ РЕфОРМА

Еще в период нэпа после воссоздания Государственного банка возникала острая необходимость формирования заново целой сети кредитных институтов. Это вызывалось потребностью мобилизации свободных ресурсов, появлявшихся у населения и кооперативов. Данные ресурсы не могли быть аккумулированы из-за ограниченной депозитной деятельности Государственного банка. В 1922 г. были созданы имевшие общесоюзное значение банки такие, как Промышленно-торговый банк (Промбанк), Российский коммерческий банк (Роскомбанк), Дальневосточный банк (Дальбанк), Юго-восточный банк (с правлением в

Ростове-на-Дону), Среднеазиатский банк (с правлением в Ташкенте). Вместе с тем заново формировалась система коммунальных, сельскохозяйственных и кооперативных банков и кредитных обществ.

Деятельность Промбанка основывалась на его первоначальном капитале в сумме 5 млн руб. золотом. Формально он был образован как акционерное общество, однако фактически это было государственное кредитное учреждение, чьи акции находились в собственности государственных трестов и синдикатов или смешанных акционерных компаний под контролем государства. К 1924 г. Промбанк открыл 45 филиалов для заимствований в местных отраслях промышленности, применяя при этом принудительные методы. Например, стоимость акций, приобретаемых промышленными предприятиями, вычиталась из суммы займов, предоставлявшихся банком своим клиентам. Эти меры позволяли преумножать капитал банка и тем самым расширять его деятельность. При банке создавались специальные отделения для предоставления услуг некоторым ведущим отраслям, например, черной и цветной металлургии, лесному хозяйству и др.

Учреждение в 1922 г. Российского коммерческого банка стало первым шагом по привлечению иностранного капитала на некоторых приемлемых для инвесторов условиях. В 1924 г. акции Банка, принадлежавшие шведским юридическим и физическим лицам, были выкуплены Наркомвнешторгом и Госбанком, в то время как Роскомбанк был реформирован в Банк для внешней торговли (Внешторгбанк СССР) с увеличением капитала до 25 млн руб. Будучи созданным первоначально в качестве частного банка Внешторгбанк впоследствии был реформирован в государственный банк. Его деятельность охватывала два основных направления: увеличение кредитования государственного сектора за счет частного сектора и преимущественное управление кредитными ресурсами в сфере экспортно-импортных торговых операций. С того времени, постепенно расширяя и развивая области своей деятельности, Внешторгбанк СССР превратился в солидное международное кредитное банковское учреждение и до распада СССР достойно с точки зрения деловой этики представлял интересы страны в международных валютных и кредитных отношениях на принципах, которые были заложены в основу его деятельности.

В начале 1920-х годов в период нэпа было создано несколько региональных банков, например, Дальбанк, деятельность которого условно охватывала огромные территории Сибири и Дальнего Востока, при том что его начальный капитал составлял всего лишь 2 млн руб. золотом. После 1930 г. Банк обслуживал только местные органы власти во Владивостоке вплоть до 1959 г., когда его деятельность была прекращена.

В первые годы нэпа были организованы также под государственным контролем Юго-восточный и Среднеазиатский акционерные банки. Государство владело контрольным пакетом их акций. Оба банка занимались кредитованием государственных организаций и частных лиц, однако, уже в 1930 г. они были закрыты. Всероссийский кооперативный банк (Всекобанк), имевший около 25 отделений и 38 агентств, был открыт во времена нэпа на основе созданного ранее в 1922 г. Банка потребительской кооперации (Покобанка) с участием Госбанка и Центрального совета потребительской кооперации (Центросоюза).

В этот период были созданы также акционерные коммунальные банки с 51%-ной долей акций в распоряжении местных органов власти. Эти банки вскоре были преобразованы в муниципальные банки. К концу 1925 г. в СССР было около 40 городских муниципальных банков, крупнейшим из которых был Московский городской банк (Мосгорбанк), имевший более 80 отделений, агентств и кассовых учреждений. Доходность этих банков обеспечивалась путем произвольных командно-административных мер. В 1925 г. появился Центральный банк коммунального и жилищного строительства (Цекомбанк), который начал предоставлять краткосрочные и долгосрочные кредиты через местные коммунальные (городские) банки.

В начале 1924 г. был создан Центральный сельскохозяйственный банк для кредитования сельского хозяйства. Он включал в себя около 50 кредитных обществ, распределявших централизованно поступающие средства. Когда началась коллективизация сельского хозяйства, Центральный сельскохозяйственный банк в 1930 г. был преобразован во Всесоюзный сельскохозяйственный кооперативно-колхозный банк, а республиканские сельскохозяйственные банки и сельскохозяйственные кредитные общества превратились в его филиалы.

Череда банковских образований, слияний и закрытий была сопряжена с перманентными заменами руководителей и высшего персонала, уже тогда положив начало обозначившейся тягостной борьбе за управление финансовыми ресурсами как главному атрибуту власти в условиях дефицитной экономики.

После нэпа наступило время для начала беспрецедентного экономического эксперимента, в соответствии с которым тяжелой промышленности отводилась роль локомотива экономического развития страны на фоне ликвидации частных крестьянских хозяйств. Централизованное и по сути количественное, весьма жесткое и примитивное, в особенности в начальный период, планирование охватывало плотным кольцом почти каждое предприятие. Поскольку за период нэпа в целом был достигнут уровень экономического развития страны, сопоставимый с довоенным состоянием экономики, была поставлена задача превратить СССР в современную индустриальную страну путем восстановления и увеличения основного капитала в промышленности.

XIV съезд ВКП(б) 1925 г. провозгласил решительный курс на индустриализацию. Первоочередной крупной и жесткой мерой была ликвидация частного сектора в сфере промышленности и в области оптовой торговли. Но еще раньше с 1924 г., по распоряжению СНК Государственный банк СССР сначала ограничил, а потом официально прекратил выкуп векселей, выписываемых частными предприятиями, т.е. прекратил их краткосрочное кредитование. В первую очередь это коснулось торговли зерном и других поставок сельхозпродукции, а также в целом оптовой торговли. В 1926 г. Госбанк СССР полностью приостановил кредитование частного сектора, и даже им было принято распоряжение отозвать кредиты, ранее предоставленные частному сектору. Однако индустриальная экономика не может в принципе оставаться и развиваться без кредитования. И, если такое кредитование в силу политики правящей партии признавалось недопустимым, то в реальной действительности руководители организаций и предприятий, рискуя быть обвиненными в саботаже и привлеченными к строгой ответственности, но в стремлении повысить экономические показатели и заработки своих работников, прибегали к мерам скрытого кредитования друг друга. В частности, они использовали и «врожденные» недостатки и неэффективность созданной системы безналичных расчетов, позволявшей в конечном счете перекладывать на Госбанк СССР издержки, связанные с отсрочками в переводах, бюрократическими нестыковками и задержками. В результате этого Госбанк СССР вынужден был прибегать к дополнительной эмиссии наличных денег, чтобы покрывать свои возникавшие внутренние дисбалансы, однако под строгим правительственным контролем. Получалось так» что одним предприятиям (преимущественно в тяжелой и оборонной промышленности) негласно допускалось кредитование под произведенную, но вовсе не реализованную продукцию, а другим, например предприятиям легкой и пищевой промышленности, это строго запрещалось при формально едином для всех запретительном порядке. В этом проявлялась «партийность»экономического подхода. Начиная уже с 1924 г., жесткие меры против частного сектора привели к сокращению производства и постепенной ликвидации частной торговли.

Административно-командная денежно-финансовая система, вводимая реформами 1930 г., была одновременно и негативной реакцией на практику хозяйствования во время нэпа (1921 — 1928). Физическое или количественное планирование оставалось относительно слабым в период нэпа. Вместо этого экономика регулировалась «диктатурой финансов», в соответствии с которой лимиты кредитования были основным инструментом планирования с целью избежания инфляции, и эти лимиты устанавливались в соответствии с уровнем стоимости товарооборота по устанавливаемым ценам.

В декабре 1929 г. было принято постановление СНК СССР, предусматривающее обязательное выполнение всеми государственными предприятиями годовых планов, утверждаемых Госпланом СССР и являющихся составными частями пятилетних планов. Этими планами в основном предусматривались строгие количественные параметры и индикативные качественные характеристики только производства товаров. В планы не входило отдельно производство или оказание услуг, поскольку в соответствии с марксистской доктриной услуги догматически не рассматривались как составная часть валового внутреннего продукта, а были производными от материального производства, куда они механически зачислялись и где они весьма произвольно оценивались. Принятие вышеупомянутого постановления означало окончательное свертывание политики нэпа и введение административнокомандной системы с жестким и детальным централизованным планированием, включая и централизованное кредитование и планирование денежного обращения.

Однако так лишь задумывалось авторами этих кардинальных изменений.

Централизованное планирование денежного оборота нуждалось в систематическом контроле выполнения таких планов. Государственным банком СССР вводилось прямое кредитование предприятий вместо использования векселей, что делало невозможным оборот краткосрочного кредита и сужало его предложение. Отказ от векселей как инструмента коммерческого кредитования и введение вместо него методов прямых расчетов послужили важной предпосылкой проведения той самой своеобразной социалистической кредитной реформы. Эта реформа исходила, возможно, из простого принципа: первоначально все деньги и кредитные операции должны были концентрироваться в едином монопольном банке — Государственном банке СССР. Банк наделялся правом осуществления всех финансовых операций и контроля за соблюдением административных планов. Наличные деньги и безналичные банковские счета и средства должны были быть строго функционально отделены друг от друга; расчеты между предприятиями становились безналичными, в то время как бюджеты домашних хозяйств строились исключительно на наличных деньгах. Таким образом, прямое кредитование следовало за планами выпуска продукции, а наличные деньги должны были обеспечивать наполнение трудовыми ресурсами принимаемых производственных планов. Доходы в виде заработных плат должны были бы балансироваться с наличием потребительских товаров по действующим ценам. Поэтому важные решения принимались на уровне Госплана СССР в физических показателях. Там составлялись и принимались балансы по капиталовложениям и их источникам, материально-техническому снабжению (эти функции впоследствии перешли к Госснабу СССР) и трудовым ресурсам, их источникам в соответствии с генеральными директивами коммунистической партии. Эта, казалось бы простая система начала создаваться в 1930 г.

Примерно через 10 лет тем, кто еще продолжал работать в этой области экономики и кому удалось избежать репрессий, довелось убедиться в несоответствиях между намерениями и результатами. Исходя из принятого принципа, что «деньги должны следовать за планом», денежный оборот и предложение кредита должны были бы расти теми же темпами, что и реальная экономика. Между 1932 и 1936 гг. реальный валовой внутренний продукт увеличился максимум на 50%, однако производство потребительских товаров едва ли заметно возросло68. В то же время денежная масса увеличилась в 3 раза. Тем самым советская денежная система, которая рассматривалась как пассивный инструмент централизованного планирования, оказалась в высшей степени инфляционной. Потребительские товары стали подвергаться рационированию с помощью разнообразных временных мер и скрытых манипуляций, и это продолжалось уже во время всего советского периода. Здесь уместно заметить, что в реальной практике бюджетные лимиты и ограничения для предприятий, какими бы беспрекословными они ни выглядели, на самом деле, в особенности в тяжелых отраслях промышленности, носили, мягко выражаясь, весьма условный и далеко не всегда обязательный характер. Позднее для определения этих условных ограничений, заведомо невыполнимых, современный венгерский экономист переходного периода Я. Корнай предложил особый термин «soft budget constraints», или «мягкие бюджетные ограничители», реально существовавшие в условиях псевдоплановой социалистической экономики, позволявшей функционировать нерентабельным предприятиям.

От банковской системы требовалось обеспечение жесткого контроля с помощью счетного рубля в области капиталовложений, остававшейся под строгим централизованным контролем. Бюджетное финансирование и долгосрочное кредитование концентрировались в одном центре — в Отделе долгосрочного кредитования Промбанка. Позднее Промбанк был реорганизован в специальный банк долгосрочного финансирования промышленности и электроэнергетики (после ликвидации Электробанка), который получил сокращенное название БДК (Банк долгосрочного кредитования). Этому банку передавались бюджетные ассигнования, и он перераспределял накопления из легкой и пищевой промышленности в пользу тяжелой промышленности.

Кредитная реформа, в частности, была оформлена постановлением «О кредитной реформе» от 30 января 1930 г. Ею предусматривались такие меры, как ликвидация коммерческого кредитования и введение в практику прямого банковского кредитования; концентрация краткосрочного кредитования всех государствен - ных предприятий в одном кредитном учреждении — Госбанке СССР, чем закреплялась его роль как расчетного центра государства и главного контролирующего финансового органа по наблюдению за выполнением планов; создание системы специальных банков, обеспечивающих аккумулирование и использование финансовых ресурсов через реализацию долгосрочных инвестиционных планов.

В соответствии с этим постановлением государственным и кооперативным предприятиям было запрещено взаимное коммерческое кредитование и предоставление в кредит услуг либо предоставление авансов без предварительного разрешения Госбанка СССР. Таким образом, в нем концентрировалось все краткосрочное кредитование производства, сбыта и товарооборота. Банковский кредит становился единственным источником любого вида заимствований. Все краткосрочные кредитные операции, формально выполнявшиеся другими банками, должны были проходить через Госбанк СССР. Для каждого предприятия открывался единый контокоррентный счет, на котором концентрировались деньги предприятия независимо от их предназначения.

Краткосрочное кредитование допускалось только в соответствии с лимитами, утверждаемыми Государственным банком СССР. Однако оно не увязывалось ни с какими конкретными проектами или целями предприятий. Эти лимиты предназначались для покрытия любой нехватки рабочего капитала независимо от выполнения плана. На практике лимиты кредитования постоянно нарушались и корректировались, а предприятия приоритетных отраслей получали почти неограниченный доступ к прямому кредитованию для закрытия возникавших брешей при выполнении планов. Другой отличительной особенностью этой системы была автоматическая оплата Госбанком СССР всех счетов, выставляемых поставщиками вне зависимости от отношения к плановым поставкам заказчиков и получателей. Таким образом, как бы устранялся финансовый контроль из ключевых элементов трансакций, а именно, сроки поставки, количество, качество, цена, ассортимент и т.д. Покупатели или скорее получатели товаров не имели права отказаться от них в условиях, когда они уже были оплачены Госбанком или его филиалом. В экономике зарождался «партийный контроль». Впоследствии в период брежневского «застоя» он стал непреодолимым препятствием на пути инновационных экономических инициатив. Организация платежей, призванная укреплять плановую дисциплину, сразу же оказалась недостаточно гибкой, в связи с чем предприятия получили возможность дополнительного лимитного финансирования. Единый контокоррентный счет был заменен на два счета — текущий и кредитный для каждого предприятия в отдельности. Кредиты стали предоставляться сверх собственного рабочего капитала предприятия. Таким образом, Госбанк СССР взял на себя кредитование таких операций, как движение товаров от производителей к клиентам, авансовые платежи для покрытия сезонных затрат, сезонное хранение сырьевых материалов, топлива, производственных и сопутствующих материалов, а также готовых изделий, увеличение капиталовложений в незавершенное производство и на другие временные нужды.

В январе 1931 г. кредитование сельского хозяйства было передано Госбанку СССР. Предварительно в нем был создан долгосрочный фонд кредитования развития сельского хозяйства, однако вскоре был создан специальный банк. 5 мая 1932 г. СНК СССР принял постановление, в соответствии с которым финансирование инвестиций во все сферы экономики поручалось четырем основным крупным банкам (в дополнение к упомянутому уже Внешторгбанку СССР, осуществлявшему кредитование внешней торговли): 1)

Промбанку СССР, учрежденному как банк долгосрочного финансирования капитального строительства всех промышленных предприятий и строительных организаций на основе долгосрочного безвозвратного субсидирования в соответствии с плановыми директивами. На самом деле это направление оказалось в наибольшей ступени подверженным различным серьезным проблемам, поскольку такое планирование осуществлялось волюнтаристскими партийно-административными решениями и нередко соображениями престижного характера, когда ставились расточительные цели в духе гигантомании в ущерб здравому смыслу и сбережений; 2)

Сельхозбанку, созданному для долгосрочного финансирования и кредитования сельскохозяйственного сектора; 3)

специальному банку для финансирования капитального строительства кооперативных обществ (за исключением жилья) (Всекобану), переименованному позднее в Торгбанк; 4)

Банк для финансирования коммунального и городского домостроительства, на который возлагалась ответственность за финансирование всех видов домостроительства, а также комплексное строительство новых городов и поселков.

Эти крупнейшие банки аккумулировали основную часть долгосрочных финансовых ресурсов через бюджетные ассигнования и поступление средств от государственных и кооперативных организаций. Все они были под контролем наркомата финансов, который вырабатывал стандартные правила для управления капитальными вложениями в строительстве. Для долгосрочного финансирования также были разработаны организационные меры, в частности по линии Промбанка СССР. В 1934 г. было принято решение, в соответствии с которым все рублевые затраты, бюджетные или внебюджетные, вкладываемые в капитальное строительство, должны были выделяться на безвозвратной основе в виде долгосрочных субсидий, в то время как накопленные ранее доли аннулировались. С этого времени Промбанк СССР стал крупнейшим учреждением, финансировавшим на безвозвратной основе промышленность, транспорт и коммуникации. Усилились контролирующие функции банка относительно производимых затрат. Однако выбор приоритетных проектов, их масштабов, графиков работ, номенклатуры изделий закреплялся за Госпланом СССР, который вместе с наркоматом финансов и промышленными наркоматами также участвовал в распределении рублевых финансовых ресурсов. К 1934 г. практически все государственные капиталовложения в стране производились через упомянутые выше крупные банки.

С принятием новых постановлений в 1936—1938 гг. были установлены правила, в соответствии с которыми финансирование капиталовложений и ведение счетов заказчиков с подрядчиками осуществлялись под контролем Промбанка СССР в соответствии с теми объемами работ, которые выполнялись на плановых объектах и были обеспечены необходимой документацией по финансовым затратам на проект. Банку было разрешено применять санкции против отстающих от плана объектов строительства. Это были первые шаги по введению принципов дифференцированного финансирования и кредитования строительства и поставщиков в зависимости от результатов выполненной работы без конкуренции среди подрядчиков. После кредитной реформы банковская система СССР оставалась стабильной в течение продолжительного времени вплоть до начала «перестройки» и упразднения командно-административной системы. В сфере денежного обращения периодически происходили определенные изменения, не имевшие принципиального значения, и реформы конфискационного характера. Однако некоторые основные формы безналичных расчетов, которые были внедрены в течение этого периода, а именно: платежные поручения и платежные требования как специфические формы денежных переводов, находят еще очень широкое, доминирующее применение в российской банковской практике до настоящего времени.

В период 1926-1930 гг. во главе наркомата финансов был Н.П. Брюханов, активный, высокообразованный революционер, и его задачей стало «вытянуть» финансы страны из нэпа. Для этого выкачивались деньги из простого населения путем принудительных внутренних государственных заимствований. Н.П. Брюханов выступал за раскулачивание, т.е. принудительную ликвидацию частных сельских хозяйств и вынуждал их владельцев вместе с их собственностью вступать в колхозы или совхозы — новые крупные социалистические сельскохозяйственные объединения. Однако позднее он признавал, что эта политика нанесла ущерб народному хозяйству.

Следующим наркомом финансов был назначен Г.Ф. Гринько, который, имея опыт работы в Госплане СССР, руководил наркоматом финансов с 1930 по 1938 г., т.е. во время индустриализации и коллективизации. Он участвовал в проведении кредитной реформы и организации налогообложения сельского хозяйства и уделял особое внимание финансовой дисциплине и финансовому контролю.

Лишь после серии увольнений и репрессий среди высшего руководства наркомата финансов на пост наркома, а затем министра финансов был назначен А.Г. Зверев, проработавший очень продолжительный срок — с 1938 по 1960 г. Непродолжительное время в течение 10 месяцев 1948 г. этот пост занимал будущий Председатель Совета Министров СССР, высококомпетентный и уважаемый народом А.Н. Косыгин. В годы Великой Отечественной войны он отвечал, наряду со своими близкими соратниками, за прямое обеспечение блокадного Ленинграда всем тем, что было так необходимо жителям города.

<< | >>
Источник: Попырин В.И.. Очерки истории денег в России. — М.: Финансы и статистика; ИНФРА-М - 224 с.. 2010

Еще по теме НОВЫЕ институты крЕдитовдния и КОНСЕРВАТИВНАЯ КРЕДиТНАЯ РЕфОРМА:

  1. Глава 1.7 Новые технологии— новые институты
  2. Глава 21 КРЕДИТНО-ФИНАНСОВЫЕ ИНСТИТУТЫ И СИСТЕМЫ
  3. Глава 9 ИНСТИТУТЫ ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЙ ПОЛИТИКИ
  4. 7.4. Государственное регулирование кредитно-финансовых институтов
  5. ГЛАВА 21. ВЗАИМООТНОШЕНИЯ ПРЕДПРИЯТИЯ С ИНСТИТУТАМИ ФИНАНСОВО- КРЕДИТНОЙ СИСТЕМЫ
  6. 13.1. Место и роль специализированных небанковских институтов в кредитно-банковской системе
  7. 1. ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ И КРЕДИТНАЯ СИСТЕМА ДО РЕФОРМЫ 1861 г.
  8. ГЛАВА II СТАГФЛЯЦИЯ И БЕЗРАБОТИЦА: КОНСЕРВАТИВНЫЙ ПОДХОД
  9. 2. Новые технологии и новые бизнесы
  10. Даже консервативные циники теряют клиентов