Неэквивалентный обмен как закон «рыночной экономики»

ДЛЯ понимания того, каким образом устроены «пищевые цепи» и «финансовые пирамиды», следует иметь в виду, что «рыночная экономика» как на уровне отдельного государства, так и в масштабах всего мира представляет собой постоянно совершающиеся акты неэквивалентного обмена товарами, услугами, активами. Образно выражаясь, в «экономике» имеют место «несбалансированные метаболические процессы».

Что такое «эквивалентный» и «неэквивалентный» обмен, сказать не всегда просто. Для того, чтобы дать полное и исчерпывающее определение понятия «неэквивалентный обмен», необходимо предварительно раскрыть такие фундаментальные понятия хозяйственной жизни, как «стоимость», «цена», «ценность», «эксплуатация» и т.п. Мы не собираемся сейчас слишком погружаться в раскрытие этих сложнейших и в то же время ключевых понятий, над тайной которых уже более трёх столетий бьются «профессиональные экономисты», начиная от «меркантилистов», «физиократов» и представителей классической буржуазной политической экономии (в лице В. Пети, А. Смита и др.).

Коротко скажем лишь следующее. Сегодня появляется всё больше публикаций, в которых оспаривается считавшееся ранее неоспоримым мнение, что стоимость — категория объективная, не зависящая от мнений, культуры, этики людей, вступающих в экономические отношения. Нам на лекциях по политической экономии в своё время говорили, что экономика стала наукой тогда, когда удалось объяснить, что такое «стоимость». А удалось это якобы Карлу Марксу, который создал трудовую теорию стоимости. Главный тезис этой теории: стоимость товара (услуги) определяется общественно необходимыми затратами труда на производство товара (услуги). Этот тезис был возведён в ранг закона (закона стоимости), не за-

Карикатура, призывающая государство прекратить служить воле ростовщиков и грабить свой народ посредством перераспределения доходов от трудящихся в пользу паразитирующих финансистов

висящего от субъективных устремлений и наклонностей участников экономических отношений.

Впрочем, с Марксом спорили другие экономисты, которые предлагали альтернативные теории стоимости. Среди них наиболее известна теория предельной стоимости австрийца Бем-Баверка. Он полагал, что в основе стоимости товара лежат не затраты труда, а полезность, причём полезность «предельная», т.е. та, которой обладает последняя единица предлагаемого на рынке товара (или иного блага).

Ещё можно назвать теорию энергетической стоимости, созданную нашим соотечественником С А. Подолинским в конце XIX века. По его мнению, в основе стоимости товара лежит физическая энергия (механическая, тепловая, электрическая и т.д.), затраченная на производство товара.

В большинстве современных учебников по экономике («экономике») вопрос о природе стоимости вообще обходится стороной. Авторы таких учебников понятие «стоимость» считают синонимом «цены». Отождествление понятий «стоимость», «цена», «ценность», «полезность» в современной экономической литературе свидетельствует о том, что происходит всё большая примитивизация и вульгаризация представлений о том, что такое «экономика»95. «Рыночная экономика» — это такая организация общества, при которой один участник рынка пытается «переиграть» другого, используя обман, силу и иные не вполне благочестивые методы. И заработать на этом прибыль96. «Профессиональные экономисты» говорят, что это очень даже здорово, так как при такой конкуренции раскрывается мощная энергия отдельных участников, которая становится «двигателем прогресса». При этом справедливость и эквивалентность обмена якобы не нарушаются, так как встречные устремления отдельных участников («игроков») рынка взаимно нейтрализуются. Однако, как мы выше отмечали, в «рыночной экономике» нет ни справедливости, ни эквивалентности обмена. А неэквивалентный обмен — это, во-первых, эксплуатация одного человека другим; во-вторых, это имущественная поляризация всего общества97.

Вот что пишет о несправедливости и неэквивалентности обмена в условиях «рыночной экономики» Н. Сомин:

«...большой капитал — явное преимущество, которое его обладатель на полную катушку использует. В результате прибыль в рыночной экономике распределяется по капиталу, т.е. по собственности. Ох, недаром Прудон восклицал: «собственность есть кража!».

И в этом главный парадокс рыночной экономики: товар создаётся только трудом, но прибыль распределяется не по труду. Драма рынка в том, что он — злостный нарушитель справедливости. И понятно почему. Рынок — это совокупность конкурирующих между собой игроков, каждый из которых стремится максимизировать свою выгоду. Поэтому в этой конкурентной борьбе используются любые конкурентные преимущества. Можно обмануть, можно поставить контрагента в стеснённые условия, можно использовать его затруднения или его беззащитность. В результате рыночные сделки становятся неэквивалентными. Вот суть дела. Причём это верно не только для отдельных покупателей или наёмных рабочих, но и для целых предприятий или даже целых стран. На рынке сильный грабит слабого, богатый — бедного.

Рынок имеет две «невидимые руки». Одна — смитовская — хорошо известна. Она выставляется напоказ, дабы продемонстрировать мудрость рынка. Эта рука регулирует спрос и предложение, обеспечивая рынку устойчивость. Но есть и другая рука, рука грабителя, который, пользуясь своей силой, отнимает у слабого. Но богатство и есть сила в экономическом смысле. Поэтому вторая рука богатого делает ещё богаче, а бедного ещё беднее. Об этой руке стараются помалкивать. Правда, все государства делают огромные усилия, чтобы удержать эту руку — издают антимонопольные законы, вводят прогрессивный налог и пр., пр. Но ничего не получается, ибо механизмы рынка — сила и обман (выделено мной. — В.К.). Уберите их, сделайте рынок абсолютно свободным, и тогда он зачахнет, ибо тогда, как остроумно заметил В. Краснов, станет всё равно — купить на рынке или сделать самому (здесь Я. Сомин имеет в виду В.П. Краснова, автора книги «Теории товарного производства и классовой борьбы за пределами догм». Ростов н/Д, 2001. — В.К).

Ужас рынка в том, что откровенный эксплуататор и обманщик в нём получает преимущество. А наиболее моральному на рынке труднее всех. В результате эксплуатация становится необходимой даже для предпринимателей, этого не желающих. Ведь если не будешь максимизировать свою прибыль, то тебя съедят конкуренты. Поэтому волей-неволей приходится. Ведь за счёт чего конкурировать с мастерами эксплуатации? Так что всем предпринимателям приходится недодавать зарплату наём*« ному персоналу.

В этом — трагедия моральных участников рынка. Каждый решает её по своему. Один принимает бесчеловечную мораль рынка и становится «акулой капитализма».

Другой вообще уходит из бизнеса. Третий решает, что прибыль он будет использовать не для себя, а на общество. Однако, что полезно обществу — решает сам предприниматель, решает субъективно, а ведь благими намерениями выложена дорога в ад. Четвёртый убеждается, что кроме изменения этого несправедливого строя никакого другого выхода нет»98.

Применительно к раскрытию задачи, которую мы поставили в данной работе (выяснение механизмов перераспределения богатства в масштабах мирового хозяйства), нам достаточно ограничиться выявлением определённых трендов, которые косвенно свидетельствуют о неэквивалентности обмена между странами. В течение достаточно длительных периодов времени наблюдаются чётко выраженные тенденции изменения количественных пропорций обмена одних товаров (услуг) на другие товары (услуги). Это факт доказанный, фиксируемый внешнеторговой статистикой. Он бросается в глаза даже тем, кто не относится к касте «профессиональных экономистов».

Может быть, на уровне «экономик» отдельных стран такая тенденция не всегда бросается в глаза99, а вот на международном уровне это постоянно замечается. Поэтому в энциклопедических словарях и справочниках чаще всего понятие «неэквивалентный обмен» рассматривается в контексте международного торгового обмена.

Карикатура начала XX века, изображающая финансовую власть агента Ротшильдов в США Джона Пирпонта Моргана

Вот одно из определений: «Неэквивалентный обмен — устойчивое нарушение пропорций между затратами на производство товаров и услуг и их возмещением при экспорте и импорте»100.

Есть страны, которые регулярно, на протяжении всего времени их нахождения в системе мирового капитализма, получают всё меньше доходов (реальных, а не номинальных) за счёт экспорта своих товаров на мировом рынке (в расчёте на физическую единицу товара — тонну, штуку, кубический метр и т.п.). В то же время есть страны, которые, наоборот, получают всё больше реальных доходов от экспорта своих товаров. Последние страны фактически живут за счёт первых стран и постоянно богатеют за счёт такого «международного разделения труда». Это можно назвать «неэквивалентным» обменом, можно назвать «эксплуатацией» одних стран другими, а можно просто констатировать: страны «золотого миллиарда» (ЗМ) грабят страны периферии мирового капитализма (ПМК).

Чисто условный пример: некая африканская страна в 1950 году за 10 тонн экспортированных бананов могла импортировать из некоей европейской страны 1 трактор. А в 2010 году для импорта трактора с примерно такими же техническими характеристиками африканской стране надо вывезти на мировой рынок уже 50 тонн бананов.

Неэквивалентность международного торгового обмена выражается с помощью показателя «условия торговли», который представляет собой отношение индекса цен на экспортируемые товары к индексу цен на импортируемые товары101. У стран ПМК показатель «условия торговли», как правило, ниже единицы, а у стран ЗМ — выше102. В приведённом выше примере условиях торговли африканской страны по паре товаров «бананы — трактор» за 60 лет ухудшились в пять раз. Для соответствующей европейской страны эти условия торговли по той же паре товаров улучшились в пять раз.

Иногда для описания и оценки неэквивалентности торговли используют понятие «ножницы цен». Обычно «ножницы цен» в графическом виде представляют собой две пересекающиеся или расходящиеся кривые: одна отражает динамику цен экспортных товаров за определённый период, а другая — динамику цен импортных товаров за тот же период.

Неэквивалентность обмена является почти что законом «рыночной экономики», причём он отнюдь не противоречит закону стоимости, хорошо известному всякому, кто изучал политическую экономию.

Уже цитировавшийся в нашей работе Валерий Позгузов объясняет суть закона «неэквивалентности» рыночного обмена: «Коренной особенностью рыночных отношений, основанных на прямом и непосредственном продуктообмене, является их субъективная эквивалентность, воспринимаемая и первобытными участниками обмена, и современными экономистами как абсолютная. Это «мелкое» обстоятельство игнорировалось классической политической экономией. Но в мелочах и скрывается «бес»... Однако вульгарные политэкономы, в том числе и большинство представителей «советской школы», не понимали ни субъективного характера рыночной эквивалентности, ни стихийного характера действия закона стоимости. Они так и не поняли выводов Маркса о том, что закон стоимости проявляет себя лишь в конечном итоге, прорываясь через систематические нарушения эквивалентности в реальном рынке, обрушиваясь, как «потолок на головы» большинства, вспышками «разборок», гиперинфляцией, экономическими кризисами и мировыми войнами. Именно так костоломно и кроваво работает «невидимая рука» «автоматического» регулятора рынка, воспетая недоумками.

Неэквивалентность непосредственного продуктообмена порождает эффект прибыли, получаемой случайно то одним, то другим продавцом- покупателем в натуральной форме. То есть из каждого акта рыночного обмена его участники выходят: один с прибылью, другой с убылью (а завтра они могут поменяться местами). Обязательное неравенство каждого обмена, т.е. получение прибыли лишь одним из обменивающихся, хотя оба они жаждут односторонней выгоды, является абсолютным, а потому неустранимым законом рыночной экономики. Завороженные житейскими наблюдениями за плутовством на базаре, буржуазные теоретики, противореча собственным утверждениям о диктате потребителя над производителем, вывели общий «закон», присвоив продавцу эксклюзивное право завышать цену товара относительно действительных издержек и потому всегда получать прибыль, а покупателю отвели роль профессионального простака, поскольку покупатель якобы всегда оплачивает похоть продавца...

Никто из стремящихся к прибыли, находясь в здравом рассудке, не будет откровенно делиться секретами источников своих прибылей. Напротив, истинные охотники за прибылью сделают всё, чтобы конкуренты шли «по ложному следу». Наиболее продуктивным «ложным следом» в охоте за прибылью является тезис о том, что прибыль любит трудолюбивых и плывёт к ним в руки»103.

Такие «метаболические» процессы происходят как в пределах отдельных «национальных экономик», так и в масштабах глобальной «экономики». Несбалансированные «метаболические» процессы (неэквивалентный обмен) создают серьёзные деформации в «экономике», ведут к концентрации богатства в одном её полюсе (ростовщический капитал) и «обескровливанию» остальных частей «экономического организма». Подобные функциональные нарушения создают угрозу жизни всего «экономического организма».

<< | >>
Источник: Катасонов В.Ю.. О проценте ссудном, подсудном, безрассудном. Хрестоматия сов ременных проблем «денежной цивилизации». Кн. 2. М.: НИИ школьных технологий. 240 с.. 2011

Еще по теме Неэквивалентный обмен как закон «рыночной экономики»:

  1. РЫНОЧНАЯ ЭКОНОМИКА И ОСОБЕННОСТИ ПРОЯВЛЕНИЯ ЕЕ ЗАКОНОВ НА АВТОМОБИЛЬНОМ ТРАНСПОРТЕ
  2. Закон о ценных бумагах направлен на развитие «социалистической рыночной экономики»
  3. Тема 2. РЫНОЧНАЯ ЭКОНОМИКА КАК СИСТЕМА
  4. ГЛАВА 3. ПРЕДПРИЯТИЕ КАК АГЕНТ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ
  5. Секретность как способ существования «рыночной экономики»
  6. 1. ПРЕДПРИЯТИЕ КАК ВАЖНЕЙШИЙ СЕКТОР РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ
  7. Как влияют налоги на рыночное равновесие в экономике?
  8. Экономические ресурсы как особый товар в рыночной экономике
  9. РОССИЙСКИЙ АНТИКОММУНИЗМ КАК ИДЕОЛОГИЯ АНТИСОЦИАЛЬНОЙ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ
  10. § 1.Неопределенность как характерная черта рыночной экономики. Понятие асимметричной информации
  11. Рынок и рыночная экономика. Принципы функционирования рыночной экономики
  12. ВЛИЯНИЕ КАК ОБМЕН
  13. Обменный курс как инструмент денежно-кредитной политики
  14. ОБМЕННЫЙ ВАЛЮТНЫЙ КУРС КАК ЦЕЛЬ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ
  15. ГЛАВА 13. РОЛЬ ФЕДЕРАЛЬНОЙ АНТИМОНОПОЛЬНОЙ СЛУЖБЫ (ФАС) КАК ОДНОГО ИЗ ВАЖНЕЙШИХ ИНСТИТУТОВ РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКИ В ПОДДЕРЖАНИИ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ ПРЕДПРИЯТИЙ В РАЗНЫХ ФАЗАХ ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЦИКЛА.