ФАЛЬШИВОМОНЕТЧИКИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ «ОБЛЕГЧИТЕСЬ МОНЕТ* ФИЛИПП IV КРАСИВЫЙ

В октябре 1287 года Париж восторженно приветствовал 17-летнего красивого юношу. Это был Филипп из рода Каиетингов, который с соблюдением пышного ритуала был помазан на французский трон, как Филипп IV.
Вскоре новый король стал известен еще одним прозвищем — Красивый. В общем Филиппу везло на различные прозвища.

Основатель рода Капетингов — Хуго Капет, правивший в 987—996 годах, несмотря на противодействие местных феодалов, имел право на чеканку монет и создал собственные монетные дворы. Хуго был первым среди равных: монеты с его изображением чеканились только в Париже и Орлеане.

Людовик IX Святой (1226—1270 гт.) продолжил дело своего предка и уделял монетному делу повсемериое внимание. Это способствовало экономическому развитию французских городов. Чеканившиеся с той поры золотые и серебряные монеты (турнозы — «золотые барашки», названные так по изображенному на монете ягненку, и «золотые стулья», получившие это прозвище по изображенному на монете королю, сидящему на готическом троне) являлись деньгами, имевшими хождение и в соседних странах, где их также приноровились изготавливать.

Совершенствованию монетного дела помогли крестовые походы. Так, многие, в том числе и король Людовик IX, постигали секреты фальшивомонетного искусства.

Рис. 19. «Облегченная» монета Филиппа IV Красивого. Он не обращал внимания на то, что монеты несли на себе крест.

Рис. 19. «Облегченная» монета Филиппа IV Красивого.

Он не обращал внимания на то, что монеты несли на себе крест.

Как видим, род Капетингов с самого начала своего возникновения накапливал опыт работы с монетами.

Филипп III, отец молодого короля, проиграл войну с Арагоном и оставил после себя одни долги. Бароны, клир и города не слишком раскрывали свои кошельки для королевской казны.

Такое отношение в значительной степени повлияло на характер Филиппа Красивого, он стал молчаливым, загадочным, у него проявилось влечение к алчности.

Никто не знал ничего о планах, которые вынашивал Филипп. А он желал всего- то ничего — создать Великую Францию. Недаром его брат Карл Валуа прозвал Филиппа «политическим кузнецом из Реймса».

Этот «реймский кузнец» понимал, что без денег его мечты неосуществимы. А в деньгах он нуждался до последнего дня. Для реализации воли короля на местах он создал огромный чиновничий аппарат. Всем им надо было платить.

Филипп Красивый отказался от услуг советников своего отца. Ему нужны были энергичные люди, преданные его идеям. Его ближайшие советники — способные юристы Пьер Флоте, Гийом де Ногаре, блестящий умница Ангерран де Мариньи. Они не все были чисто дворянского происхождения, но отдавали все свои силы на службу интересам короны. Филипп IV мог всецело положиться на них. Советники поддерживали короля, когда он повелел делать облегченные золотые монеты: внутри них находилась медь,

«Облегчитель монет» вскоре получил еще одно прозвище — «король- фальшивомонетчик». Филипп не слишком озабочивался, что его так прозывали.

Красивый мужчина, он обижался на еще одно прозвище, которое ходило в народе: «Красноносый». Выпускаемые им фальшивые золотистые монеты содержали столько меди, что тонкая поверхность быстро стиралась и первым делом инородный элемент проступал на самой выпуклой части монеты, то есть на носу короля.

Шустрый «облегчитель монет» привлек внимание Данте Алигьери, который в «Божественной комедии» выпустил немало саркастических стрел в адрес Капетингов, посвятив несколько строк денежным манипуляциям Филиппа. Данте связал смерть Филиппа от клыков кабана с королевской подделкой монет (Филипп умер 29 ноября 1314 г. в результате нескольких апоплексических ударов, первый из которых настиг его на охоте 4 ноября. В свое время была широко распространена легенда о том, что он упал с лошади и его заколол кабан).

В 1292 году французский король вводит всеобщее обложение налогами своих подданных. Налогообложение распространяется и на клир. Мирская знать облагается в объеме сотой доли своего имущества (в некоторых частях страны налог повышается до 1/50). Города выплачивают налог с оборота в размере одного денье с каждого ливра. Церковь обязана выплачивать в королевскую казну десятину. Предусматривался и «налог с очага» — шесть солей с каждого домашнего хозяйства, а также «ломбардский налог», распространяющийся на итальянских торговцев и денежных менял во Франции, а также «еврейский налог».

Например, «ломбардский налог» принес казне в 1293 году около 150 000 ливров. Филипп вооружался для войны за Аквитанию и Фландрию.

В 1294 году войска Филиппа вторглись в Аквитанию и Эдуард I направляет войска из Англии для защиты своего герцогства. Военные действия почти не велись. В 1296 году противники договорились о прекращении военных действий. Спою договоренность они решили подкрепить намерением королевских семей

Рис. 20. Английский король Эдуард I. С рисунка нач. XIV века

Рис. 20. Английский король Эдуард I. С рисунка нач. XIV века

породниться. Династические браки иногда охраняли страны от кровавых столкновений, но никогда не были гарантами мира.

Но, тем не менее, Гасконская война, как стала называться эта «нешумная» кампания, обошлась Франции очень дорого. До окончательного мирного договора, заключенного в Шартре в 1303 году, в Аквитании дислоцировались французские войска. Это обошлось в 2 млн. ливров.

В то время миллион ливров — это была невообразимая величина. Расчеты шли в ливрах, солях и денье. 12 денье (д) равнялись 1 солю (с), а 20 солей — 1 ливру (л). Ливр представлял собой лишь счетную единицу, монеты достоинством в 1 ливр не было, наиболее ходовыми были денье и полденье.

При Филиппе IV во Франции существовали две валютные системы: старая, парижская (я), и новая (н). Четыре старых ливра равнялись пяти новым. Квалифицированный ремесленник в день получал не более 18 новых денье (нд), или 27 новых ливров (нл) в год. Жалованье королевского служащего недворянского происхождения (за исключением высокопоставленных чиновников) составляло до 2—5 солей в день, рыцаря — 10 солей.

Доходы высокопоставленных чиновников исчислялись на годовой основе. Жалованье верховного судьи или высшего чиновника королевского двора составляло от 865 до 700 нл. Мастер королевского монетного двора и одновременно советник короля по монетным делам Бэтен Косинель получал всего 250 нл. Наиболее высокопоставленный человек на королевской службе Ангерран де Мариньи получал 900 нл в год.

Документ примерно от 1296 года дает представление о том, из каких источников намечалось получить средства для финансирования Гасконской войны;

200 000 нл — твердые доходы от королевских владений.

249 000 нл — десятина, удерживаемая из доходов церкви.

315 000 нл — налог на баронов (1/100 имущества).

35 000 нл — налог на баронов в Шампани (1/50).

65 000 нл — налог на ломбардцев.

65 000 нл — налог с торгового оборота городов (в большинстве случаев в виде «налога с очага»). 16

000 нл Франции.

225 000 нл штрафы.

200 000 нл — займы у ломбардцев.

630 000 нл — займы у зажиточных подданных.

50 000 нл — займы у прелатов и королевских служащих.

50 000 нл — доходы от «облегчения монет».

Итого: 2 100 000 нл.

В данном документе наиболее интересным пунктом являются доходы от «облегчения монет». Немного раньше, в 1293 году, король имел конфиденциальную беседу с искушенным в денежных вопросах ломбардцев Мускиатто Гундн о преимуществах и недостатках манипуляций с монетами. Мускиатто не советовал королю начинать такое рискованное мероприятие, поскольку последствия таких действий налоги на сделки между ломбардцами в налог на евреев, включая удержанные для хозяйства всегда отрицательны, доходы в конечном счете превращаются в огромные потери. Филипп Красивый не совсем понимал нужды экономики страны. Главный советник по монетным вопросам Бэтен Косинель, он же глава парижского монетного двора, также не являлся знатоком в этом вопросе. Косинель мог только подсчитать прямой сиюминутный выигрыш от уменьшения содержания в монетах драгоценных металлов. Кроме того, он был всего лишь преданным слугой своего господина. И Косинель взялся за выполнение указания короля чеканить новейшую крупнейшую французскую монету (соль) с номинальной стоимостью значительно выше прежней, бывшей в обращении. Одновременно он существенно снизил содержание в ней драгоценного металла. Ревизор парижского монетного двора Жак Димер подчинился высочайшему указанию.

Крупнейшая монета, бывшая в обращении в период пика махинаций в 1305 году, имела нарицательную стоимость в 36 денье (вместо 12). Это должно было вызвать определенный рост цен. Естественно, что такое не могло произойти за один день. Экономика средневековья гораздо медленнее реагировала на изменения в денежном хозяйстве, нежели в наше время. Таким образом, Филипп Красивый смог с помощью выпуска фальсифицированных и завышенных по сравнению с реальной стоимостью монет быстро освободиться от трети долгов. Баронам и горожанам пришлось похуже. Им досталась только треть ренты, которую они рассчитывали получить из предоставленных королю займов.

Для упреждения беспорядков еще в 1295 году король поручил своим чиновникам разъяснять народу проводимую им денежную политику как своеобразный военный заем. Лишь только прекратится состояние войны, ухудшенная и завышенная по сравнению с реальной стоимостью монета будет полноценно обменена на новые деньги. Свое королевское обещание Филипп выполнил, но очень своеобразно. До 1306 года он пять раз изымал монеты из обращения, чтобы заменить их новыми, улучшенными, и восстановить прежнее состояние.

Королевские указы, согласно которым все полновесные монеты, имевшие хождение в стране и вне ее, а также золотые и серебряные изделия подлежали обмену на плохие королевские монеты, дополняли эти мероприятия короны, которая вдобавок еще и присваивала доходы от военных трофеев.

Рис. 21. Меняла. С гравюры XII века

Рис. 21. Меняла. С гравюры XII века

Махинации с серебряными монетами велись с размахом. При Людовике IX Святом (1226 г.) из определенного веса серебра чеканились монеты, стоимость которых более чем в три раза уступала объявленной рекордной стоимости монет, отчеканенных в апреле 1305 года из того же серебра.

Если в 1296 году доход от денежных махинаций составлял 101 425 нл, то между 24 июня 1298 года и 24 июня 1299 года он составил 1,2 млн. нл. Денежные доходы своих подданных Филипп не собирался повышать.

В 1297 году войска Филиппа выступили против Фландрии, самого богатого вассального владения французского короля. Правитель Фландрии Гн де Дампьер, богатые города Гент, Брюгге, Лилль, которые снабжали всю Европу превосходным полотном, считали себя независимыми. У Филиппа же были иные планы. Атаки на Аквитанию (1294) преследовали цель заставить Англию, традиционного союзника Фландрии, отказаться от защиты графства. Эдуард I, занятый подавлением шотландского восстания, не смог помочь Фландрии. В 1300 году строптивое графство было «умиротворено». Теперь порядок и спокойствие охраняли французские оккупационные войска.

Поголовное мародерство французских солдат, налоги, которыми Филипп обложил города, привели к всеобщему восстанию в мае 1302 года. На его подавление отправились 7 тыс. всадников и 20 тыс. пехотинцев. В битве при Кортрейке французские войска были наголову разбиты. Такого большого сокрушительного поражения у Филиппа больше не было за все время его правления.

Королевский двор испытывал подавленность и разочарование. Негодующему королю советники осторожно пытаются подсказать, что на исход сражения, наверное, оказало влияние низкое жалованье превосходно экипированных и вооруженных солдат. В ответ король говорит: «Сборщики налогов обманывают нас на каждом шагу, они собирают гораздо больше, чем сдают в казну».

Это был первый, единственный случай, когда Филипп обвинил в нечистоплотности чиновников, которые находились на королевской службе.

Да король и сам понимал, что его обвинения не имеют под собой реальной почвы. В основном доходы казны от налогов и хитрых манипуляций монетного двора идут не на выплаты войскам. Расширение королевского дворца, королевские празднества, щедрые дары иностранным монархам, чтобы не обращали внимания на военные мероприятия короля. Вот куда идут огромные деньги.

Римский папа прощал Филиппу манипуляции с монетами, но вот налога на церковь простить не мог.

В 1296 году король потребовал от французской церкви удвоить взнос десятины в казну для поддержания защиты страны. Ранее Филипп никогда не отказывал церкви в разных богатых дарах. В трудные годы церковная десятина составляла до трети всех государственных доходов. В этот раз церковь требует от Филиппа больших привилегий. Внезапно еще до начала переговоров вмешался римский святой отец папа Бонифаций VIII, запретивший в своей булле любые контрибуции с церкви в пользу мирских властителей.

Бонифаций VIII, властолюбивый и вспыльчивый человек, был избран папой в 1294 году, в возрасте 74 лет. На то время возраст библейский, На папскую буллу Филипп ответил запретом на любой вывоз золота и драгоценных металлов из Франции. Через некоторое время папа все же уступил, заявив, что его булла на Францию не распространяется.

Вскоре произошло событие, которое временно приостановило борьбу священного престола за мирскую власть.

Верный сторонник папы, епископ Пармский, Бернар Сэссэ, не раз выступавший против деспотизма и своевластия Филиппа, в своей очередной речи высказался о монетах короля: «Эти деньги дешевле грязи. Они нечистые и фальшивые; неправедно и нечестно поступает тот, по чьей воле их чеканят. Во всей римской курни я не знаю никого, кто дал бы за эти деньги хотя бы горсть грязи».

Такие речи паства одобряла. По-своему реагировали на них во дворце. Филипп начал ждать удобного момента, чтобы расправиться со своим противником. Вскоре такой случай предоставился. Сэссэ сравнил облеченного саном божьего наместника во Франции короля с совой, «самой красивой из птиц, которая ни на что не годится... Таков и наш король» самый красивый мужчина в мире, который, однако, не может ничего иного, как лицезреть окружающих».

Это уже открытое оскорбление королевского величества, государственная измена. В конце октября 1301 года епископ предстал перед судом. Сэссэ был посланником папы, поэтому решение суда было сравнительно мягким. Филипп ограничился тем, что лишил Сэссе епископского сана и имущества стоимостью в 40 000 ил, которое «с согласия» Сэссэ было передано одному из монастырей. Через семь лет ему был возвращен епископский сан, но своих денег Сэссэ так и не увидел.

Реакция святого престола на процесс не заставила себя ждать. Приговор был оглашен в конце ноября, а уж 5 декабря папские послы привезли буллу Бонифация под красноречивым названием «Внемли, сын», в которой папа называл себя верховным судьей. В булле папа уведомлял «короля французов» о ликвидации всех привилегий, которые французский двор имел во взаимоотношениях со святой церковью. Самым болезненным для короля было аннулирование выторгованного в 1297 году у святого престола права обложения французской церкви десятичным налогом без согласия папы. В пространной булле речь шла о запретах на вывоз", о выборе королевских советников, о финансовой политике, о манипуляциях с монетами. Правда, Бонифаций воздержался от того, чтобы открыто назвать Филиппа фальшивомонетчиком.

Король поручил разобраться с буллой своему первому министру Пьеру Флоте. Тот сообщил о ней лишь узкому кругу советников. Ее содержание осталось неизвестным для наиболее верных приверженцев папы из королевского окружения. Римские упреки Флоте обобщил одной фразой: «Знай, что ты наш подданный и в мирских, и в духовных делах». По этой фразе о папской булле следовало судить на собрании Генеральных штатов 10 апреля 1302 г.

На это собрание в первый раз были приглашены представители не только дворянства и духовенства, но и третье сословие в лице горожан. Подобный ход должен был обеспечить победу королю. В знак признательности Флоте получил титул хранителя большой королевской печати.

Папа, узнав о решении Генеральных штатов, пришел в ярость. Он созвал церковный собор, на который прибыла только половина французских епископов (39 из 79), и открыто проклял Флоте, «которого бог уже покарал частичной физической слепотой и полной слепотой духовной». Флоте был назван вторым Ахитофелем, папа пожелал ему разделить участь последнего. Предсказание папы сбылось. 11 июля 1302 года Пьер Флоте погиб в битве при Кортрейке.

На смену Флоте пришел такой же энергичный, но более тщательный в исполнении королевской воли Гийом Ногаре. Вскоре за служебное рвение король пожаловал ему дворянство. В книге «Проклятие из огня» Морис Дрюон характеризует этого поджарого темноволосого человека с беспокойными глазами как беспощадного и «неотвратимого, как коса смерти» слугу короля, который смахивал на черта и был дьявольски настойчив в проведении политики своего господина.

18 ноября 1302 года последовала новая булла Бонифация. В ней он выдвигает постулат о том, что любое существо между небом и землей подчинено святому престолу: «Мы заявляем, провозглашаем и определяем, что каждый человек с необходимостью является подданным римского понтификата, если ему дорого бессмертие его души».

У Филиппа были влиятельные союзники в Италии. Например, представители рода Колонна, чье имущество было конфисковано Бонифацием в пользу членов своей семьи. Колонна знали многое о Бонифации, о чем и сообщили Гийому Ногаре. В частности, и о фразе, которую Бонифаций произнес: «Я лучше буду собакой, чем французом». Законники Филиппа повернули эту фразу против понтифика: «У собаки нет души, но у самого последнего француза она есть. Другими словами, Бонифаций не верит в бессмертие души. Он еретик».

Тем временем Бонифаций пишет очередную буллу. 8 сентября 1303 года она доставлена в Париж и предана оглашению. В ней Филипп отлучался от церкви, ибо он запретил французским прелатам направляться в Рим, дал убежище отступнику Стефано Колонна и потерял доверие своих подданных.

В тот же день Филипп скаэал своему хранителю печати, что о послании не должен знать никто. Папа не должен предстать перед церковным собором.

Не теряя времени, Ногаре быстро собрал самых верных и смелых рыцарей и направился в Ананьй, личное владение Бонифация. Там при поддержке семьи Колонна он фактически взял в плен 86-летнего папу. Наверное, Бонифаций подвергался жестокому обращению. Через четыре недели после того как жители Ананьй освободили Бонифация, он умер в Ватикане. И все же у него хватило сил на то, чтобы, отлучить от церкви Гийома де Ногаре.

В борьбе с Римом Филипп IV победил, но заплатил большую цену за победу. В 1301—1303 годах его казна не получила церковной десятины. Король потерял почти 800 000 нл. Вновь избранный папа Бенедикт XI был готов дать согласие на взимание французским королем церковной десятины при условии, что Филипп даст клятву на Священном писании в непричастности к покушению в Ананьй. Ради денег Филипп дал ложную клятву.

Бенедикт XI недолго оставался на святом престоле. Его преемником оказался ставленник Филиппа архиепископ Бордо Бертран де Го. Он был избран папой в 1306 году благодаря поддержке, французской короны. Новый папа принял имя Климента V. Через четыре года Климент V перенес свою резиденцию в Авиньон. Так начался «авиньонский плен» римских пап, продолжавшийся до 1377 года,

23 декабря 1305 года Климент V освободил Филиппа от проклятия Бонифация и дал ему отпущение грехов. Папа превознес милостью божьей короля Франции как «самую яркую звезду среди всех католических монархов». Польщенный похвалой Филипп ответил, что объявляет себя защитником епископов и аббатов, по отношению к которым Климент V был жесток, и сам начинает собирать с них налоги и займы. Законники короля позаботятся о лазейках.

18 августа 1304 года войска Филиппа разгромили у Монс-эн-Певель ополчение Фландрии. В июне 1305 года с ней был заключен выгодный для Франции мир. На Фландрию накладывалась контрибуция в 400 000 нл. Герцогство Ретель (не относящееся к Фландрии) должно было ежегодно выплачивать французской короне 20000 нл. До полной выплаты контрибуции города Лилль, Дуэ, Бэтюн оставались оккупированными. Однако Фландрия, признав верховную власть французского короля, смогла отстоять свой полунезависимый статус.

Через год после подписания мира его величество «император Королевства, самый просвещенный монарх в Европе, помазанник божий, наследник Карла

Великого и Людовика Святого, наместник бога во Франции» принял решение возвратиться к чеканке «хороших денег». Вес серебряных монет, выпускавшихся с 1 октября 1306 года, увеличивался. Во всех провинциях служили благодарственные молебны, однако восторженных толп они не собирали. Очень долгое время подданные подвергались мощному давлению, поэтому сразу не ощутили нового удара.

Повышение стоимости денег произошло внезапно. Люди, которые приобрели имущество или получили кредиты в те времена, когда стоимость денег была завышена, теперь должны были платить проценты и возвращать долги деньгами, которые стоили только треть того, что на них недавно чеканилось.

В летописях сообщается, что Филипп любил, облачившись простолюдином, походить по базарам, послушать, о чем говорит простой люд. Короля не останавливали даже вести о происходивших беспорядках. Однажды вблизи замка ордена тамплиеров короля узнали, и он оказался в опасном положении. Со всех сторон послышались угрозы, толпа сомкнулась вокруг монарха. Филипп Красивый стоял бледный, растерявшийся, не зная, что делать.

В последний момент его спасла группа людей в белых накидках, с красными крестами на груди1. Своими щитами они сдержали толпу. По образовавшемуся проходу король прошел в замок тамплиеров, которые дали ему убежище.

«Христианнейший император Франции» не понимал людей. Он совершил доброе дело, а народ отвечает покушением на жизнь королевского величества. Советники короля, ответственные за поддержание порядка, получили от Филиппа небывалый разнос. За неслыханную дерзость король жестоко покарал парижан. Мужчин хватали прямо на улицах без всякого разбора.

Мучительными пытками инквизиторы добивались признания в принадлежности к бунтовщикам, после чего «преступников» вздергивали на виселицах у городских ворот.

Королевские советники спешно искали способы законного регулирования последствий утяжеления монет для кредитной системы страны и поземельных платежей. Это заняло немало времени.

Накануне введения нового денежного масштаба могли произойти беспорядки. Гийому Ногаре пришла мысль о том, в какое русло направить гневное брожение народа. Коварный министр сделал ставку на ненависть к евреям, особенно ростовщикам и менялам из их числа. Простые люди считали последних непосредственно причастными к финансовому обнищанию страны с 1306 года. Имущество евреев конфисковывалось, долговые обязательства перешли во владение короны. До 1310 года эта акция принесла не слишком высокий доход — около 200 000 нл. Необходимо заметить, что в военную пору удавалось «выжать» из евреев такую за один год.

73 Филипп решил обогатиться за счет ордена тамплиеров. Орден рыцарей храма Иерусалима был основан в 1119 году для защиты паломников и святынь Палестины. Члены ордена целиком посвящали себя служению Иисусу Христу. 20 тыс. рыцарей ордена, облаченные в белые балахоны с красным крестом на груди, полегли в крестовых походах, принеся ордену несметные богатства. За свою службу орден собирал золото со всей Европы. Орден был и крупнейшим землевладельцем. С течением времени орден тамплиеров превратился в крупного банкира. Его клиентами являлись самые могущественные монархи Европы. Постепенно жесткие самоограничения для членов ордена смягчались. Определенное влияние на это оказали привычки и воззрения, воспринятые на Востоке. Выражение «ругается, как тамплиер», «пьет, как тамплиер» вошли в Париже в поговорку.

Рис. 22. Рыцарь ордена тамплиеров

Рис. 22. Рыцарь ордена тамплиеров

Филипп IV долгое время рассматривал замок тамплиеров в Париже в качестве «своего» банка, который занимался финансовыми делами двора. У тамплиеров хранились сокровища французской короны.

Орден тамплиеров подчинялся святому престолу, но в августе 1803 года вступил в союз с Филиппом в его борьбе против Бонифация VIII. За услуги тамплиеров Филипп отплатил черной неблагодарностью.

В июле 1306 года король настоял на том, чтобы папа отозвал великого магистрата Жака де Моле с Кипра (там находилась штаб-квартира ордена) и направил его во Францию, где ему предстояло ответить перед судом. Климент дал согласие, но при условии, что лишь он единолично будет решать судьбу тамплиеров.

13 октября 1307 года была проведена молниеносная операция по захвату замка тамплиеров в Париже. Были арестованы 140 тамплиеров. На следующий день начались допросы, пытки. Подвергнутые изощренным пыткам, тамплиеры признавались в контактах с нечистой силой. За 1309 год 64 рыцаря ордена были сожжены заживо, как вероотступники. В 1312 году папа Климент V распустил орден тамплиеров во всех странах. В марте 1313 года на медленном огне сгорел великий магистр ордена. Сгорая, Жак де Моле проклял папу Климента V, короля и Гийома Ногаре. Его страшное проклятие сбылось. 20 апреля 1314 года умер папа Климент V, четыре недели спустя Ногаре был отравлен бывшим тамплиером. Филипп прожил немного дольше отпущенного магистром срока.

Финансовые результаты насильственного устранения ордена тамплиеров для Филиппа были более, чем скромными. Климент V, комментируя казни тамплиеров словами: «Король заставляет вспомнить кротость своих предков», не пошел навстречу пожеланию Филиппа создать новый орден под своим главенством. Это означало бы передачу имущества разгромленного ордена королю. Папе удалось возвратить имущество ордена его госпиталю.

Королевская казна выиграла от разгрома ордена тамплиеров приблизительно четверть миллиона ливров.

Неблаговидные действия, которые предпринял король, не пошли на пользу стране. Контрибуция в 400 000 ливров, вырванная у фламандцев, не окупила расходов.

Ликвидация ордена тамплиеров лишила короля надежного кредитора.

Бароны не слишком спешили предоставлять свои кошельки для козны, налогообложение дворянства проводилось лишь в военное время. В 1310 году Климент V охарактеризовал французское королевство как «денежный вакуум».

У Филиппа остался только один выход: ухудшение золотых монет. До сего времени они оставались неприкосновенными, С 22 января 1310 года король распоряжается вместо монет достоинством в 44 ливра чеканить из того же веса золота 65 ливров, 10 солей и 4 денье. Речь шла о наиболее распространенных монетах — флоринах с изображением ягненка.

Спустя год король предпринимает последнюю попытку пополнить казну, за счет махинаций с монетами. Филипп объявляет, что буржуа — монета достоинством в 1 денье — по новой системе обращения теперь имеет достоинство в 1 денье по старой парижской системе. Соотношение между старыми и новыми деньгами составляло 5:4. Теперь гражданин обязан был повсюду платить на 20 % больше. Эту идею королю подал второй по могуществу человек во Франции Ангерран де Мариньи, Через год Филипп возложил решение всех финансовых вопросов на него.

Народ ожидал новой аферы. По стране прошла буря протестов. В 1313 году Филипп вынужден был отступить.

После кончины короля становятся достоянием гласности многие тайны его семьи. Над королевским домом померк божественный нимб.

Жоффруа Парижский в 1313—1319 годах составил состоящую из 8000 стихов хронику, рассказывающую о событиях 1300—1316 годов. Соблюдая необходимую осторожность, Жоффруа изложил мнение простого народа о своем короле: «Ты брал сотую часть, ты брал пятидесятую, ты брал так много займов, король... В твоих закромах должны быть деньги тамплиеров, евреев и ростовщиков. Ты обложил налогами и податями ломбардцев. Никогда до тебя короли не обращались так плохо со своим народом... На смертном одре короля охватило раскаяние... В его время больной была вся Франция, и у народа мало причин для того, чтобы оплакивать его кончину.

<< | >>
Источник: Пономарев В. Т.. Тайны фальшивых денег: вчера, сегодня, завтра. — Донецк: Пбб ООО ПКФ «БАО».-288 с.. 2005

Еще по теме ФАЛЬШИВОМОНЕТЧИКИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ «ОБЛЕГЧИТЕСЬ МОНЕТ* ФИЛИПП IV КРАСИВЫЙ:

  1. ОБЛЕГЧИТЕ СЕБЕ ЖИЗНЬ
  2. «ДИКИЕ» РОССИЙСКИЕ ФАЛЬШИВОМОНЕТЧИКИ
  3. «Леонардо да Винчи» среди фальшивомонетчиков
  4. 2.6. Универсалисты: Филипп Генри Уикстид, Лайонел Роббинс и Людвиг фон Мизес
  5. СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ГОРОД В XI-XV вв.
  6. Разбитие феодализма в раннее средневековье
  7. Глава VII СРЕДНЕВЕКОВЫЙ ГОРОД В XI-XV вв.
  8. Монета
  9. история ДЕНЕГ в ДРЕВНЕЙ и СРЕДНЕВЕКОВОЙ Руси
  10. Кредитный характер разменной монеты
  11. § 9. Средневековая металлургия
  12. Средневековые времена
  13. § 10. Феодальные условия средневековой торговли